Любовь не для меня!

Какое-то время Кэрри пыталась разобраться в своих мыслях. Но она была слишком зла, чтобы рассуждать здраво. Зла на Гарри. Он обидел ее. Так, как никогда раньше не обижал. Он мог бы написать и все объяснить, но приехать на свадьбу ее отца без всякого предупреждения… А что почувствовала его бедная мать, поставленная перед необходимостью на глазах у всех приветствовать нежданно-негаданно явившуюся невестку? Явившуюся на самое крупное деревенское событие со времен… Она вздохнула. Это больше не имело значения.
  
Другое дело — ее злость на Майкла. Кэрри всегда считали прямой, открытой, легкой в общении девушкой. И только Майкл вел себя с ней так, словно она двуличная, и он единственный понимал это.
Появился уже знакомый Кэрри потрепанный кот и, запрыгнув на скамейку рядом с ней, фыркнул.
— Ты не похож на обитателей этого дома, киса, — сказала Кэрри, погладив его по взъерошенной голове. — Тебе бы пристало быть каким-нибудь редким и экзотичным животным — элегантным сиамцем, например.
— А он здесь и не живет. Он из соседнего дома. Беда в том, что он этого, кажется, не знает.
Кэрри не слышала, как приблизился Майкл.
— Похоже, незваные гости вас просто одолевают.
— Ничто и никто не может одолеть меня, Кэролайн.
Он подхватил кота и швырнул его на газон, а сам устроился на скамейке рядом с Кэрри.
— Я не собиралась злоупотреблять вашим гостеприимством, Майкл, — холодно сказала она. — И завтра же всерьез приступлю к поискам квартиры.
— Если настаиваете. Я поручу своему секретарю заняться этим в первую очередь.
— В этом нет никакой необходимости.
— Помилуйте, Кэролайн! Я же обещал вашему отцу заботиться о вас.
— Примите мои уверения в том, что это не пожизненный приговор, — сказала она и получила в отместку ледяной взгляд. — Почему вы так упорно называете меня Кэролайн?
— А вам бы хотелось, чтобы я называл вас Кэрри? Возможно, даже «маленькая Кэрри»? Как Гарри Клейтон? — Кэрри не ответила, понимая, что он намеренно пытается «завести» ее. — Так как же?
— Не так.
— Кэролайн. И никак иначе. Пора бы вам повзрослеть и перестать скрываться за детским именем.
Кэрри с удивлением посмотрела на него.
— И от чего же, по-вашему, я скрываюсь?
— От жизни. Я могу понять, почему это устраивало вашего отца: ему было удобно держать под рукой бесценную домоправительницу, в то время как ваши сверстники открывали для себя мир, постигая соблазны и трудности бытия. Но почему вы смирились? Смутные надежды на то, что вернется Гарри и все устроится, не оправдание.
— Я вовсе не питала смутных надежд. Все было вполне определенно: Гарри попросил моей руки, когда приезжал домой на Рождество.
Если Кэрри рассчитывала на то, что этот аргумент заткнет ему рот, она глубоко ошибалась.
— Но вы не носили кольца.
Майкл ей не верил.
— Нет, — сказала Кэрри, надеясь, что он наконец оставит эту тему, но Майкл сделал нетерпеливый жест, побуждая ее продолжать. — Мы… поссорились.
— Значит, вы послали ему приглашение на свадьбу в качестве оливковой ветви. — Он встал, сделал несколько шагов и обернулся к Кэрри. Его глаза в надвигающихся сумерках казались грифельно-черными. — И он приехал. — Майкл смотрел на нее так, словно видел впервые. — Господи, он приехал! Должно быть, под вашей маской наивной простоты скрывается великолепная актриса. Неужели в вас нет ни капли жалости к Лесли, неужели вы не способны пощадить это юное создание?!
— С ней все будет в порядке, Майкл. Я… — Кэрри вскрикнула, когда он схватил ее за запястье и рывком поднял на ноги.
— Вы бездушная маленькая сучка. Я отлично знаю, что у вас на уме. Мне известно, как вы упрашивали его вернуться к вам.
— Майкл, — взмолилась она, — выслушайте меня. Я не…
— Нет, это вы послушайте меня! — воскликнул он. — Я думал, вы смирились, стараетесь справиться с собой. Несмотря на все, что Джулия рассказала мне о вас, я был обманут невинным выражением этого миленького личика. — В его голосе звучало глубокое отвращение к себе за свою доверчивость.
Он глубоко вздохнул, пытаясь справиться со злостью, и, когда заговорил вновь, слова его падали как льдинки.
— Гарри Клейтон, возможно, жалеет о своей поспешной женитьбе, но надвигающееся отцовство заставит почувствовать ответственность, и вы уже не сможете сбить его с пути истинного…
— Откуда вы узнали, что Лесли беременна?
Он не ответил.
— Ну и парочка! — Его презрение было почти осязаемым. — Честно говоря, вы заслуживаете друг друга, но Лесли и ее ребенок не должны пострадать. Клейтону придется жить с плодами содеянного, равно как и вам. Но поскольку стало совершенно очевидно, что не удастся убедить вас выйти с честью из положения, я вынужден что-нибудь предпринять сам.
— Что вы собираетесь делать? — спросила Кэрри, тщетно стараясь освободить запястье из его мертвой хватки. — Учтите, Майкл, ваша попытка заставить всех поверить в то, чего нет, зашла слишком далеко…
— В таком случае следует прекратить этот дурацкий спектакль. — Он был очень спокоен. — И сыграть по-настоящему.
— Что?..
Без видимых усилий он медленно притянул ее к себе, и Кэрри почувствовала жар его тела сквозь тонкую ткань рубашки и мерное биение сердца под пальцами, когда, попытавшись воспротивиться, уперлась ладонями ему в грудь. Его свободная рука оказалась на спине девушки, еще плотнее прижимая ее, и Кэрри со зловещей отчетливостью поняла, что он собирается заняться с ней любовью.
Однако любви в его действиях не было ни на грош. Он делал все хладнокровно и расчетливо, с уверенностью, что, как бы Кэрри ни противилась, она в конце концов охотно упадет в его объятия. Он продемонстрировал свое могущество, когда, поцеловав в театре, заставил ее потерять голову. А еще он ошибочно полагал, что она и Гарри были любовниками. Возможно, он задумал избавить ее от воспоминаний… заставить забыть?
Вскрикнув словно пойманный зверек, Кэрри начала отчаянно сопротивляться, и Майкл слегка поддался ей, позволив колотить себя бессильными кулачками по широкой груди и могучим плечам, давая понять, как тщетны любые попытки противостоять его воле.
Но все это время он не переставал крепко прижимать Кэрри к себе. Ее чувствительные соски задевали его грудь, живот прижимался к пугающей мощной и притягивающей восставшей плоти, а ноги, облаченные в джинсы, едва сдерживали напор его бедер.
Когда уже перехватило дыхание и Кэрри, слабая и трепещущая, не в силах была сопротивляться, он отпустил ее.
В глубоком изумлении бедняжка отшатнулась и почти упала на скамейку. Ее так трясло, что, сделай она хоть шаг — и тут же рухнула бы. Но Майкл был безжалостен. Никакого бренди на этот раз. Напротив, он смотрел на нее с глубокой неприязнью.
— Расслабьтесь, Кэролайн, — лениво протянул он. — Я не собираюсь тащить вас в постель ни с вашего согласия, ни без него.
— Джентльмены так не поступают? — Голос Кэрри так дрожал, что ей не удалось придать его звучанию горький сарказм. — Особенно если учесть, что вы обещали отцу заботиться обо мне, — добавила она.
Его губы сжались в прямую линию.
— Кто-то же должен это делать. Приходится мне. И поскольку не хотелось бы приглашать кого-либо в спальню, чтобы засвидетельствовать наши отношения, остается одно — жениться на вас.
  
5
 
Мгновение Кэрри удивленно смотрела на него, а затем слабо рассмеялась.
— Какая ерунда!
Он, казалось, не услышал.
— Возможно, в среду. Завтра утром мы пойдем в муниципалитет и обо всем договоримся.
— Майкл, да вы с ума сошли! Я не собираюсь выходить за вас ни в среду…
  
— Наверное, в четверг и впрямь лучше, — абсолютно серьезно согласился он.
— …ни в любой другой день, — упрямо закончила Кэрри.
— Я только отдам распоряжения с утра, а потом свободен до вечера, — продолжал он, в свою очередь, игнорируя ее замечание.
— Ну что ж, очень сожалею, Майкл, — сказала она, возмущенная поразительной практичностью этого человека. — Но в четверг буду занята я. Разве вы забыли, что посылаете меня с Лесли по магазинам, а затем нас ожидают открытие выставки и подготовка обеда на двенадцать персон?