Хозяйка Тишины (СИ)
- Тихий лес не любит расставаться со своими тайнами.
- Ничего. Я упрямый.
Хлопает дверь. Я перевожу дух.
Рухнуть бы на кровать и уснуть без задних ног - но пачкать чистое покрывало не хочется. Надо бы раздобыть где-то хоть какую одежду! Никудышная из меня путешественница оказалась, не привыкла я к дальним походам - отправилась налегке. Кроме сухарей и фляги с водой, которую время от времени наполняла в попадавшихся по дороге ручьях, да безделушек Верды ничего с собой и не брала.
Хорошо, хоть частые прогулки по спутанному подлеску приучили меня хорошо запоминать раз увиденную дорогу. Я прекрасно помню все коридоры и переходы, по которым шла с лордом холда Нордвинг. Мне никто не запрещал здесь ходить - так что будем считать, на правах оруженосца здешнего хозяина могу свободно перемещаться. Да и... уборную не помешало бы найти.
- Совёнок, ты уже носом... то есть клювом клюёшь, засыпаешь. Оставайся, а я быстренько туда-обратно. Постараюсь раздобыть одежду на смену.
Он хочет возразить, но за сегодя мой храбрый друг, кажется, тоже выдохся. И в отличие от меня, у него не было магического лекарства. Поэтому он просто машет крылом в сердцах и отправляется на спинку кровати, спать.
"Просто не делай глупостей! Надеюсь, под защитой лорда тебя никто не обидит. Знаешь, Тэми - а он хороший. И место мне очень нравится. Здесь спокойно и как-то... по-домашнему".
- Ну вот и хорошо! Спи. Я скоро вернусь. И спасибо за сегодня - ты меня спас. Я так тебя люблю, малыш!
"Иди уже, иди! Подлиза".
Я надеялась, что за это время Дункан уже вернётся к гостям, и я смогу избежать очередной смущающей встречи. Но услышав знакомый голос внизу, на лестнице, отшатнулась и вжалась в стену.
Надо бы вернуться... нехорошо подслушивать.... но я ничего не могла с собой поделать.
- ...к чему эти игры, Малена?
- Ну что вы... какие игры, лорд? Вы мне и правда очень нравитесь.
От звуков этого низкого мурлыкающего голоса меня всю прошибло дрожью. Медленно, прячась в тени, я подобралась к самому углу и осторожно выглянула.
Далеко внизу, на одном из лестничных пролётов две тени - так близко, что почти сливаются в одну.
- Возвращайтесь к своему коронованному мальчику.
- Ах, неужели? Вы... меня ревнуете?
- Не надейтесь. И вы, и остальные представительницы вашего проклятого племени мне глубоко противны.
- Как грубо!
- И будет ещё грубее, если не прекратите меня преследовать.
- М-м-м... это обещание?
Тихое рычание, сдавленные ругательства сквозь зубы. Тень резко распадается на две.
Дункан её... оттолкнул?
- Орден никогда - никогда, слышишь, дрянь? Не получит от меня то, чего хочет.
- Ах-хах... это мы ещё посмотрим! У Ордена ведь тоже есть то, что нужно вам. То, что можем дать только мы, колдуньи! Рано или поздно, Дункан, вы отчаетесь и сами придёте просить. И лучше бы вам решаться поскорее. Ночь первых холодов совсем близко - а зима в этом году ожидается лютой! Тем более, я вообще не понимаю, чего вы упрямитесь... ведь я предлагаю... такой приятный способ...
Я отшатнулась и снова вжалась в стену. Не стала слушать дальше. Только распласталась по чёрному камню, вцепилась в него пальцами, ударила в смятении затылком... чувствуя, как ледяные щупальца векового холода обвивают, выпивают из кожи тепло, что едва-едва вернулось.
Почему, ну почему меня это так задевает? Что мне за дело, что на него вешаются какие-то посторонние колдуньи?
Противный внутренний голос подсказал ответ. "Всё потому, что ты сама хотела бы на него вешаться. Стать непосторонней колдуньей. Ообнимать без страха, касаться не украдкой, говорить без утайки - так, как это было в твоём сне. Но никогда не решишься наяву. А ведь могла бы!.."
Да, я могла бы - открыться, рассказать, кто я такая, что я тоже владею магией Тишины. Ведь теперь совершенно очевидно, что ему нужно что-то от колдуний так сильно, что он готов был рискнуть и забраться в одиночку в Тихий лес. Но даже так не хочет обращаться к Ордену. Почему? Потому что знает, что они потребуют за свои услуги плату? Причём такую, которую он ни за что не стал бы платить? Что же это...
А ещё Дункан опять подтвердил, как сильно ненавидит колдуний. Как он сказал? "И вы, и остальные представительницы вашего проклятого племени мне глубоко противны..."
Больно. Как же больно и обидно.
Я не хочу этих ранящих чувств. Не хочу быть его Сказкой. Не хочу увязать в этом во всём ещё больше - чтобы, когда истина откроется, возвращаться в Тихий лес, унося в груди разорванное в клочья сердце. Возможно, и есть какой-то путь, которого я просто не вижу. Выход из этой странной и запутанной ситуации - и его непременно нашла бы какая-нибудь другая, опытная и мудрая. Но не я.
Всё, чего хочется мне - это вернуть то состояние покоя и безмятежности, которое царило в моёй душе прежде. Я просто не умею всего этого! Не знаю, как играть в эти игры. И не хочу, чтобы моё бедное сердечко стало подушечкой для иголок - а в него и так словно иглы раскалённые втыкаются каждый раз, как только я слышу о его чувствах к таким, как я. Что же со мной будет, если он скажет мне это в глаза, напрямую, уже зная, что я тоже колдунья? Или не скажет... но я всё прочту по взгляду. Как в тот день, когда он посмотрел на меня в первый раз.
И вот поэтому - а вовсе не потому, что снова накатила слабость, я и ушла. Решительно повернулась и побрела обратно в свою комнату. Надо всего лишь переждать. Не будут же они всю ночь на лестнице шептаться!..
Когда мои мысли потекли в этом направлении, я почувствовала, как под сердцем свернулось в клубок какое-то очень странное и непривычное чувство, похожее на злость, но чем-то неуловимо отличающееся. И если бы я перестала себе врать, то признала бы, что это ревность.
Когда я проходила мимо двери с "совиной" резьбой, мне почудились какие-то звуки из-за створки.
Я притормозила и прислушалась. Звуки повторились снова. Больше всего это было похоже на... перезвон колокольчиков? Жутковато, особенно если учесть, что я находилась одна в полутёмном коридоре поздним вечером.
Тихая мелодия, хрустальный звон... тихий вздох.
Я не решилась постучать и узнать, кто там вздыхает в такой час, и почему он не на общем празднике.
- Скажите, а что находится за такой красивой дверью, на ней ещё совы нарисованы?
Женщина лет тридцати на вид с узким неулыбчивым лицом бросила на меня странный взгляд и ничего не ответила.
Наверное, мой вопрос очень неприличен. Но я не смогла удержаться.
Грейс - так её звали - продолжила выгружать с подноса на маленький квадратный столик в углу моей комнаты разнообразную снедь. Еды было так много, что я словно наяву слышала мысли того, кто давал ей приказания: "Мелкого надо подкормить, иначе на своей заячьей диете он не долго протянет оруженосцем такого славного и могучего воина, как я". Нет, он, конечно вряд ли так думал на самом деле, но мне стало смешно.
Ещё один взгляд Грейс - на этот раз, подозрительный. Я подавила глупую улыбку и рассыпалась в благодарностях. Она скупо кивнула и так же молча ушла.
У меня теперь есть вкусный ужин, а в центре комнаты стоит лоханка и целый кувшин горячей воды. Грейс даже показала мне, где уборная, и обещала поискать что-то из одежды. У меня впервые за несколько дней ничего не болит и состояние, в котором я нахожусь, почти приближено к счастью.
Посреди ночи просыпаюсь от тянущей боли в правой руке. Снова. И понимаю, что лекарство, к сожалению, краткосрочного действия. Мне скоро потребуется ещё. Мне уже нужно!
Невероятным усилием воли гоню шальную мысль прямо сейчас отправиться на поиски. Я ведь знаю, где его комната! Совсем рядом. Слышала сквозь сон знакомые тяжёлые шаги в коридоре.
И оправдание есть - жизненная необходимость.