Три жениха для леди Астер

– Мне удалось уговорить тетушку помочь мне, – усмехнулся Гриз, – так что мы все вписаны в карне [1] леди Астер!
– Но как? – изумился Фолкнер. Грубоватый граф приглашал девушек на танец кавалерийским наскоком, поэтому порой его избегали, да и не считался он хорошим женихом. Да, молод и хорош собой, но беден и постоянно на войне. Не каждая готова жить в замке на голых камнях в вечном ожидании мужа!
  
– Моя тетушка по счастливому стечению обстоятельств когда-то училась с леди Фрей в одной школе для благородных девиц, – поделился секретом Гриз. – Она немного помогает леди отсеивать ненужные знакомства и подсказывает, если знакомства удачные. Нас сочли хорошим вариантом для дебюта юной леди.
– Вот ты жук, – хмыкнул Фолкнер, – но я рад. Приятно будет покружить такую красотку!
– Но-но! – потряс рукой Гриз. – Вальс я зарезервировал для себя! Тебе остается мореска, а Триану вообще павана!
– Прыгать, как индюк, размахивая ногами? Ну удружил! – расстроился Эббот и выпил полстакана вина одним глотком.
– Спасибо, что позаботился, – задумчиво кивнул Грегори, – в паване будет шанс побеседовать с девицей. Хочу удостовериться, что ее скромность не напускная.
Гриз нахмурился и поставил свой стакан:
– Грег, я знаю, ты любишь дразнить дам, но… прошу, не порти девочке праздник.
Барон так изумился, что потерял равновесие и чуть на опрокинулся вместе со стулом, стоящим на двух ножках.
– Ром, я тебя не узнаю! Ты пожалел женщину?
– Просто… у тети я встретил леди Астер. Она действительно очень милая и простая девушка, – пробормотал герцог.
Триан поставил стул на все четыре ножки, вгляделся в друга и сказал:
– Кажется, я просто обязан потанцевать эту павану.
 
Глава 3
 
Бал в честь осеннего равноденствия был событием выдающимся, потому что на нем можно было просто танцевать, веселиться и радоваться щедрому урожаю. Его особенно любили молодые девушки, впервые вышедшие в свет.
При Дворе была даже такая поговорка: «Осенью принцесса, зимою невеста, весною жена, летом – мать». Она отражала примерный путь девушки из хорошей семьи, имеющей славных предков и приданое, достаточное для удачного брака.
Потанцевав на осенних приемах, юная леди к зиме находила себе жениха и новогодние праздники проводила в статусе невесты. Весной играли свадьбу – под цветущими ветвями яблонь, а к лету молодая леди чаще всего объявляла о беременности и уезжала на год в поместье, чтобы родить наследника.
Именно осенью в столицу съезжались аристократы, увидевшие, какой у них будет доход, а также бездельники, потратившие состояния на побережье, и обнищавшие лорды, желающие подыскать себе невесту побогаче. В общем, весь цвет столицы собирался в королевском дворце на бал Равноденствия.
Три друга тоже туда собирались.
Герцог Гриз обязан был присутствовать – как герцог, как холостяк и как королевский шталмейстер [2]. Развлекаясь, он надел на бал мундир, чтобы немного ввести в заблуждение охотниц за его деньгами и титулом. Не каждая благородная леди решится выйти замуж за конюха, пусть даже королевского!
Должность сохранилась за ним с тех времен, когда он был младшим сыном герцога – юнцом, увлеченным лошадьми. Когда отец и братья скоропостижно скончались, и он внезапно стал герцогом, Ромуальд от должности не отказался. Ему нравилось осматривать конюшни, подбирать лошадей, следить за скачками и выездами их величеств. Правда, пришлось нанять заместителей, следящих за всем этим на месте, но это уже были мелочи.
Граф Фолкнер явился на бал в мундире полковника. Графом он стал после череды несчастий в собственной семье, а вот чин выслужил сам, воюя на границах королевства с дикими племенами и вполне цивилизованными соседями.
Барон Триан предпочел надеть зеленый кафтан, расшитый серебром, тонко намекая на свое происхождение. При Дворе на эти намеки давно не обращали внимания, а вот эльфийский посол будет в бешенстве. Друзья знали, что Грегу несколько раз предлагали покинуть королевство людей, уехать в эльфийский лес, потому что в нем явно проявилось эльфийское наследие, но барон каждый раз отказывался, аргументируя свой отказ очень просто. Здесь он барон. Человек, имеющий привилегии аристократа, доход и возможность заниматься любимым делом. В эльфийском лесу он будет жалким полукровкой, вынужденным пресмыкаться перед чистокровными эльфами лишь потому, что его матерью была человеческая женщина.
– Я слишком уважаю и люблю своих родителей, чтобы так с ними поступить, – каждый раз отвечал Триан, наблюдая за багровеющим эльфийским посланником. Того выворачивало при одном намеке на то, что элегантный, сильный и красивый полукровка считает своим отцом человека, а не эльфийского целителя.
В общем, друзья собрались в покоях Гриза, чтобы отправиться на бал втроем, а перед этим пропустить по стаканчику бренди, потому что выдержать натиск юных прелестниц на трезвую голову просто невозможно!
Вот за вторым или третьим стаканчиком они и вспомнили про танцы с леди Астер. Слухами о ней полнился дворец. Красота, внутренняя чистота и удивительная мягкость девушки привлекли самых разных ценителей. Поначалу леди Астер попытался купить один из нуворишей, недавно получивший титул барона за «услуги, оказанные королевству», точнее, за весомый вклад в личную казну короля.
Новоявленный аристократ явился в виконту Фрейю и предложил заплатить выкуп за невесту, равный ее весу. Побледневший от гнева виконт выставил наглеца с помощью королевских гвардейцев. Бравые парни охотно пришли на помощь библиотекарю, потому как он нередко помогал им заполнять бумаги, писать письма родне и заверять карточные долги.
Следующим стал маркиз Блюмс.
Старый сластолюбец пожелал взять девушку в жены, обещая, что она останется богатой вдовой, а если родит ему наследника, то и вовсе уважаемой дамой. Этому господину виконт отказал мягче, но так же категорически.
Более молодые и привлекательные мужчины тоже пытались просить руки прекрасной виконтессы, но потерпели поражение. Лорд Фрей каждый раз приглашал дочь и спрашивал: желает ли она стать супругой того или иного светского щеголя? Леди Астер молча качала головой, и очередной проситель покидал комнаты семьи Фрей.
Все это возбудило при дворе нездоровый ажиотаж. Леди Астер стали называть гордячкой, кокеткой, жестокой девицей, играющей на мужских чувствах, и постепенно ее начали обижать. Проливать напитки на платья, рассказывать небылицы, портить двери в ее комнаты и подсылать служанок, чтобы сжечь щипцами волосы или кожу.
Пока что девушке удавалось избежать серьезных последствий, но герцог и барон видели во всем этом очень нехороший знак. Леди Астер могли просто затравить, заставить уехать в провинцию и никогда больше не появляться при дворе.
Обсудив все это за стаканчиком, три друга решили по возможности прикрывать «Золотую звездочку» от неприятностей. А там видно будет!
 
Глава 4
 
С таким боевым настроем друзья с шумом покинули комнаты и буквально через пять минут остановились на пороге бального зала.
Пока их объявляли, герцог, граф и барон оценили обстановку. Король и королева еще не прибыли, так что придворные здоровались, сплетничали и потихоньку растаскивали запасы вина, выделенного на праздник.
Леди Астер с матушкой, тетушкой и еще несколькими суровыми старухами стояла у окна. К изумлению мужчин, рядом с ней стояли дети. Несколько пажей в куртках с королевскими гербами, несколько юных девочек в легких воздушных платьях – воспитанницы королевы, и даже младший принц!
  
Его высочеству было всего семь лет, но держался он с достоинством и сдержанностью взрослого. Даже наставники юного принца отмечали его серьезность, чопорность и чрезмерную сдержанность. Однако рядом с леди Астер стоял… ребенок! Улыбчивый, нежный, удивительно уязвимый и открытый. Он о чем-то беседовал с юной леди, прячась за юбками дворцовых мегер, и этот разговор был так важен, что Астер Фрей присела и, окруженная ворохом своих юбок, внимательно слушала. Ни мать, ни тетушка, ни другие почтенные матроны не смели ее одернуть или вмешаться в беседу – его младшее высочество умел отлично мстить тем, кто мешал ему. Но все смотрели на принца Энриха с изумлением.