Скиталец. От монстра к человеку 2 (СИ)

— Голубое панельное здание на пять градусов вправо, — сказал Хален, отвлекая меня от созерцания. — Шестой этаж, второе окно. Теат с хэол-ганом. Видишь?
Глядя на окраину столицы через перекрестье оптического прицела, я поводил им из стороны в сторону и вскоре нашёл нужный дом и стоявшую в оконном проёме цель в силовой броне тёмно-синего окраса.
— Вижу. Снимать?
— Подожди, осталось ещё двадцать секунд до истечения времени.
  
Какие мы педантичные.
…
— Десять.
…
— Пять.
…
— Снимай.
Голова теата уже находилась в перекрестье прицела, осталось только подать оружию мысленный сигнал на выстрел — в спусковых крючках артефакты не нуждались. Как и в поправках на дальность и ветер. Снаряд, больше похожий на тонкий лазерный луч, пересечёт пространство по строгой прямой и испарится, пролетев 1200 метров.
Надо ли объяснять, что мощность «предатора» настраивалась с учётом возможности поражения любых, даже бронированных целей? Пиу! Отдачи не было, только по ушам неприятно резанул короткий гудящий звук. Зелёный луч прочертил пространство, и теат с продырявленной головой завалился на пол.
Подняв прихваченный с собой микрофон, Хален отдал сигнал к атаке, и дероханское войско в зелёном камуфляже с азартными криками рванулось вперёд. Одни прикрывают щитами, другие активируют верт-пистоли и не такие уж редкие сактер-райфлы. Ведь элитаров у нас на порядок больше, чем положено.
— Красная многоэтажка, десять градусов влево, четвёртый этаж, третье окно справа.
Пиу!
— Вражеская шеренга на пятнадцать градусов вправо, теат затесался среди солдат во втором ряду.
Пиу!
Два войска ещё не успели сойтись, а я уже полным ходом выбивал элиту киргонийского войска, одного за другим. Хален находит, я стреляю. Находит, стреляю. Непривычно, если так подумать. Раньше я всегда действовал в авангарде, обстреливая врагов из сактер-райфла и хэол-гана, а при сильном сближении переключаясь на холодное оружие и врываясь во вражеские ряды, что называется, с шашкой наголо. Сегодня же я сижу себе спокойно в полной безопасности и играю в тир, выбивая мишени одиночными выстрелами. Даже как-то неинтересно.
— Пять градусов влево, три синих джипа в ряд. В среднем на заднем сидении лорд с микрофоном, явно командующий.
Пиу! Дырка в стекле (уж не знаю, бронированном или нет), дырка в микрофоне, ну и дырка в лорде, само собой.
— Не прохлаждайся, Керос. Пока ищу цель, выбивай солдат, лучше всего лордов.
Как скажете, господин элитар-командующий. Вот этот, к примеру. Стоит и постреливает из сактер-райфла, укрывшись за щитом вставшего впереди плебея. Силовую броню предатор пробивает, а что насчёт мето-шилдов? Пиу! Пробивает.
— Пятнадцать градусов вправо, прячется за красной гражданской легковушкой.
К тому времени, как зелёная волна сблизилась с выстроившимся перед городом последним рубежом обороны, я успел выбить уже не один десяток целей. Синие далеко не сразу сообразили, что происходит, а даже когда сообразили, не могли определиться, как поступить с невиданной ранее угрозой. В этом мире не существовало оружия, стреляющего на столь длинные дистанции, а значит, не существовало и контрмер против него.
В какой-то момент до киргонийцев наконец дошло просто уйти с линии моего обзора. Но изменило это лишь тот факт, что отстрел лордов-командующих сменился отстрелом знати, задействованной в бою. Убить тех, кто отдаёт приказы, или наиболее ценных их исполнителей — невелика разница. Классовое разделение этого мира не позволяло наделить плебеев достаточной боевой мощью, и лишённые поддержки в виде лордов и театов, своими ножиками и пистолетиками они много не навоюют, сколько бы их ни было.
Зелёных было больше, зелёные были сильнее, зелёных прикрывал первый и единственный в этом мире снайпер. Который, судя по всему, успел выбить всех боевых театов прежде, чем до остальных дошла идея спрятаться.
Опасения Халена оказались напрасными: правительство Киргонии даже к моменту последней битвы не смогло заготовить для нас никаких сюрпризов. Они не поймали второго призывателя, не заставили его усилить свой артограф и не могли ничего противопоставить нашей подавляющей боевой мощи. Это была игра в одни ворота. Бессмысленное сопротивление и отправка солдат на убой.
И враги это понимали. Всё чаще отдельные солдаты, а то и целые их группы бросали оружие и бежали в направлении города, проталкиваясь сквозь союзные ряды. Весь бой не занял и получаса. Последняя живая стена Киргонии была проломлена, и дероханское войско, ступая по трупам, победоносным маршем вошло во вражескую столицу.
— По мирному населению, не оказывающему сопротивления, не стрелять! — напомнил им Хален, поднеся микрофон ко рту. — В городе скрываются замаскированные под гражданских агенты Дерохана! Нельзя допустить их случайной гибели! Те, кто нарушит правило, будут сурово наказаны!
Убрав микрофон и махнув рукой стоявшим внизу техникам, подавая сигнал опускать подъёмник, он сказал:
— Нам тоже пора.
— Да, — ответил я, деактивируя вдоволь насытившийся вражескими жизнями виго-предатор. — У меня тоже накопилось там много дел.
  
Глава 2
 
Взломщики и невидимки
 
Пешком идти не пришлось. Нас четверых — меня, Арколи, Халена и Нерела — довёз до места военный бронированный джип тёмно-зелёной окраски. Когда мы доехали до городской окраины, значительная часть союзного войска уже начала разбредаться по столице, но многие солдаты всё ещё оставались за городской чертой. А заняться им было чем. Например, пленить и обыскивать киргонийских солдат, не пожелавших убегать или биться насмерть, а сдавшихся в плен. На наше счастье, среди них обнаружились и лорды.
Мы вылезли из машины и подошли к одному из них. Скован наручниками, поставлен на колени, маска и шлем сняты с головы, сидит на земле под прицелами двух верт-пистолей. Взгляд затравленный, на лице читается готовность сотрудничать, лишь бы не трогали.
Пока Хален занимался допросом, краем глаза я заметил знакомый транспорт с акустикой, въехавший в город. На крыше у обеих машин сидели элитары с микрофонами в руках. Стоило им миновать первый квартал, как до меня донёсся усиленный динамиками голос ораторов:
— Всему населению столицы Киргонии! Командование Дерохана убедительно просит не оказывать сопротивления войскам во избежание конфликтов, недоразумений и случайных жертв! Также приказываем правительству и всем представителям знати незамедлительно явиться к зданию парламента, признать полную капитуляцию Киргонии и сдать оружие!
Проводив процессию взглядом, я переключился на допрос пленённого лорда. Самец не стал ерепениться и охотно отвечал на все вопросы. Хален вытягивал из него всю возможную информацию о нынешнем положении дел в столице, но меня из всего сказанного интересовал лишь один пункт: где искать нужных людей.
Спасением плебеев правительство Киргонии ожидаемо не обеспокоилось, и представители низшего класса, не задействованные в войне, сейчас дожидались своей участи в собственных жилищах. Я заранее подсказал Халену один адресок, который солдатам Дерохана настоятельно рекомендовалось обходить стороной, но всё же стоило при первой возможности заглянуть туда и лично удостовериться, что обитатель той квартиры не пострадал.
С лордами история иная: для них в столице было построено специальное подземное убежище как раз на такой случай. Крепчайшие стены и двери, коим позавидуют даже банковские хранилища, системы жизнеобеспечения и запасы продовольствия на долгое время. К этому моменту большая часть знати уже переселилась туда, дабы не попасть в лапы дероханцев прежде, чем станут известны их намерения в отношении мирного населения и знати Киргонии.
  
— Куда бы отправиться первым делом… — задумчиво произнёс я, потирая подбородок.
— К Хино, конечно же! — возмущённо произнесла Арколи. — Никуда твоя рыжая плебейка не денется. И я пойду с тобой.
— Тоже к Хино, или к родителям?