Солотчинский призрак (СИ)
– Войдите, – пригласил Иван Васильевич.
На пороге возникла знакомая фигура урядника из Солотчи:
– Ваше благородие, я доложить. У меня на участке опять несчастье.
– Где? Опять в Солотче?
– Да, снова в имении Сабанеевых, опять убийство. Мужчину ножом ударили.
***
У Зазнаева тоскливо сжалось сердце. Неужели несчастье случилось с его другом Железмановым? Неужели он смог разгадать тайну имения, и убийца его опередил?
– Кто? – почти крикнул Иван Васильевич.
– Монах из Солотчинского монастыря, отец Сергий. Он регулярно бывал в доме Сабанеевой. Сегодня его нашли на тропинке, которая ведет от монастыря к дому Сабанеевой.
– Кто нашел?
– Молодой человек, который живет в доме Сабанеевой. Этот, как его…
– Железманов?
– Да, он вроде как гувернер у мальчика, внука Сабанеевой. Вот они утром гулять пошли в лес и обнаружили.
Пришлось собираться, искать полицейского врача и снова ехать в Солотчу. Очевидным было только одно: Вернов не мог совершить это преступление, он находился в это время в камере. Не самое приятное алиби, но зато стопроцентное.
Тело монаха к приезду следователя уже успели увезти из леса. Жара, рядом ходят люди, поэтому Железманов, который вообще старался не выходить из образа гувернера, не стал особо возражать, чтобы тело отвезли в монастырь. Он только настоял, чтобы место, где лежало тело, обложили веточками, обозначив положение трупа. А также поставили старосту, чтобы он отгонял всех любопытных.
Петр Андреевич встречал коллегу у ворот. Вид у него был потерянный.
Зазнаев отвел его в сторону.
– Ты его обнаружил?
– Да, мы с Павликом пошли на Лысую горку и когда проходили по этому месту, то услышали стон. Я смотрю, в стороне что-то темное, подошел, а тут отец Сергий лежит и стонет.
– Так он был еще жив?
– Да, я когда его нашел, то попытался вывести на тропинку, может, кто на телеге проедет, его к врачу отвезти. Но не успел, он умер у меня на руках. Нет от меня никакого толка!
– А ты думал, что придешь и сразу все раскопаешь? Это только в рассказах про Шерлока Холмса все быстро происходит. Реальная жизнь намного сложнее. Мальчик где?
– Я его наверх отправил, негоже ему на такие вещи смотреть, он и урядника позвал.
– А тело где?
– Его в монастырь увезли. Если не увезти, то еще больше там все затопчут.
– Возможно, это правильно. Ладно, поехали в монастырь. По дороге поговорим. Ты скажи, он ничего сказать не успел? Ты его не спрашивал?
Железманов постарался до мельчайшей подробности вспомнить все детали обнаружения тяжело раненного монаха.
Они шли с Павлом по лесной тропинке к Лысой горке. Сегодня был запланировано купание в Старице. По дороге Петр призывал мальчика внимательно слушать лес и его звуки. Неожиданно тот остановился и спросил:
– А какая птичка стонет?
– Не понял? – удивился Петр.
– Какая птичка издает звуки, похожие на стон человека?
– Да вроде нет такой, а что?
– Я просто слышал, что вроде как стонет кто-то.
Молодой человек остановился и прислушался, до его уха тоже дошел непонятный звук, похожий на стон.
– Стой здесь, – приказал он ребенку и пошел между деревьев. Под кустом можжевельника он приметил что-то темное, подбежав ближе, он понял, что там лежит человек, одетый в монашескую рясу. Петр нагнулся и увидел торчащий из спины нож. Раненый издал новый стон. Железманов нагнулся и перевернул тело. Перед ним был отец Сергий. Почувствовав прикосновение рук, тот на секунду пришел в себя.
– Отец Сергий, кто это Вас?
– Я плохо разглядел, он сзади подошел, – простонал монах.
– Но, может, что-то слышали?
– Слышал шелест, шуршание какое-то, а потом голову повернул и увидел птицу.
– Какую птицу? – не понял Железманов.
– Жар-птицу, красивую такую, – простонал раненый и затих. Петр понял, что он умер. Он растерянно опустил тело на землю. Опять новая жертва и он не знает, кто это сделал! Пришлось отправить мальчика в имение, с купанием придется повременить. Потом Железманов огляделся, надеясь найти хоть какие-нибудь следы или улики. К тому месту, где он сейчас стоял, от тропинки вели следы волочения: листва и хвоя вздыбились и четко прослеживались две неглубокие борозды – следы от ног человека, которого волокли.
«Наверное, убийца подкараулил отца Сергия на дорожке и ударил ножом, Сергий потерял сознание, его сочли за мертвого, отволокли вглубь леса и бросили», – прикинул Петр.
Он вернулся к тропинке и стал осматривать песчаную почву и там. Нет, конечно, в этом месте не могло не быть следов: дорожка достаточно ходовая – она вела и к монастырю, и дальше по ней можно было пройти в лес, на Старицу. Поэтому тут ходили и ездили, а также шествовали или бегали на четырех конечностях. Соответственно были и фрагменты следов телеги, отпечатки босых ног и собачьих лап.
Однако в этом разнообразии удалось найти самое важное и нужное: опять отпечатки лаптей, один чуть глубже другого. Опять здесь побывал хромой!
– Вот видишь, а говоришь, никакой пользы, одну важную вещь ты засек, – похвалил друга Иван, когда тот закончил свой рассказ.
– Но ведь все равно я не смог предотвратить смерть человека, – расстроенно повторил Петр. – Я же за этим сюда устроился.
– Ты лучше скажи, какие версии: за что его?
– Он мне вчера намекнул, что вроде как знает, кто все эти беспорядки в доме творит, и нас кто-то подслушивал, – Железманов подробно рассказал о вчерашнем разговоре и об инциденте, что вроде их кто-то подслушал.
– И самое главное, мне тоже показалось, что я тоже слышал шуршащий звук, – закончил он.
– Шуршащий? На что похоже? На мышь?
– Не знаю, весь вечер вчера думал. Вот похоже на что-то, а на что, сообразить не могу.
– Случайно не как шелковая юбка шуршит?
– Точно! – обрадовался Петр, но потом замер:
– Это что же получается, что убийство совершила женщина?
– Не знаю пока, поехали на место происшествия, – вздохнул Иван.
Приехали на место убийства. Петр показал, где нашел отца Сергия. Естественно, внимательно обследовали каждый сантиметр в поисках следов. Иван Васильевич согласился с той картиной, которую предположительно нарисовал Петр. Следы волочения, несколько сломанных веточек подтверждали их выводы.
– Смотри, следы волочения видны хорошо, но нет следов, которые указывали бы, что раненый пытался выползти к дорожке или подняться на ноги, – прикинул Зазнаев.
– Я думаю, что он сразу потерял сознание и пришел в себя, только когда я его приподнял, – ответил Петр.
– А ты не заметил, ряса у него была влажная?
– Нет.
– Что «нет»? Не заметил или была сухая?
– Сухая была. А это ты к чему?
– Просто если ряса была влажная, то ранили пострадавшего рано утром, когда роса выпадает. Если ряса была сухая, то, значит, его ранили не совсем рано.
– Да, только куда он так рано мог идти? Если в имение, то непонятно зачем. Старуха Сабанеева обычно поздно встает.
– Ну, он не только к Сабанеевой ходил. Может, к кому из села.
Пошли к дорожке и стали осматриваться там. Несколько следов предполагаемого убийцы удалось сохранить: отпечатки лаптей разной глубины.
– Смотри: следов достаточно много, скорее всего он какое-то время ждал свою жертву, – предположил Иван Васильевич.
– Да, мне тоже так показалось.
– Все же, кто же этот загадочный хромой? Ведь нет в усадьбе хромых? – задумчиво произнес Зазнаев.
– Так я в последние дни только почти на ноги у всех смотрю. Все пытаюсь понять, кто хромает и пока ничего не получается. Вчера аж показалось, что Агафья хромает, – развел руками Петр.
– Хромает? – удивился Иван.
– Да, вчера обратил внимание, припадает на одну ногу.
– Но зачем ей охотиться на членов дома Сабанеевых? – еще раз удивился Зазнаев.
– Да я не говорю, что это она охотится, ей наследство все равно не положено, просто от безысходности сам уже не знаешь, что думать, – пожал плечами Железманов.