Солотчинский призрак (СИ)

Вернов пересек площадь и пошел к торговому ряду, который вытянулся вдоль Краснорядской улицы. Там в изобилии продавался различный «красный товар»: нитки, ткани, пуговицы, тесьма. Петр едва поспевал за подозреваемым – перед ним то неожиданно возникала толстая крестьянка с большой корзинкой, откуда выглядывала голова живой утки, пытавшейся на ходу ущипнуть кого-нибудь в отместку за то, что ее купили и лишили свободы (о том, что скоро ее лишат еще и жизни, она даже не догадывалась), то возникал мальчик, торгующий квасом или водой, то вообще неожиданно путь преграждала крестьянская телега, груженная всякой всячиной. Однако Железманов успел заметить, что бывший дипломат нырнул в лавку мелочных товаров. Обычно так называли лавки, которые торговали всякой хозяйственной всячиной – мылом, спичками, свечками и прочее. Подбегая к лавке, Железманов явно услышал металлический звук – дверь закрыли на железный крючок изнутри. Стажер подбежал к двери и слегка потянул на себя. Закрыто! Интересно зачем? Что такое таинственное могло происходить в мелочной лавке, что надо закрывать дверь? К счастью, в лавке было приоткрыто окно, и Петр встал поближе к нему, надеясь услышать что-то интересное. И ожидания его не обманули! Разговор, происходивший внутри, и в самом деле заслуживал пристального внимания.
– Вот, как и просили, вес точный, – слышался незнакомый голос, скорее всего, приказчика или продавца.
– Деньги возьмите, – раздался в ответ голос Вернова.
Потом послышался негромкий звонкий стук, словно о прилавок ударилось что-то стеклянное.
– Осторожнее, господин хороший. Разобьете, мне потом как это все собирать? Тем более что заказали и купили Вы много.
– Ничего, тогда у Вас не будет ни крыс, ни мышей, – раздался немного насмешливый ответ.
– Нет, тогда у меня может не быть всего остального товара, ибо продавать спички, посыпанные мышьяком, не следует, вдруг мой покупатель траванется и мне потом в Сибирь идти. Такого количества на многих хватит. Так уже Вы поосторожней будьте. А на крыс у меня вон кот сидит. Пусть ловит.
Вернов покупал мышьяк! Опасный яд. Железманов сразу вспомнил несчастную Жули – собачонку старухи. Конечно, обе были вредные и несносные. Жули, понимая свой статус любимицы, при случае могла тявкнуть и даже укусить, но все равно ее было жалко. Так вот собачку явно отравили и отравили, скорее всего, именно мышьяком. Петр вспомнил, как щупал нос зверька, и он был горячий. Повышение температуры тела является одним из симптомов отравления мышьяком. Железманов это хорошо помнил – ряд лекций у них в университете читал опытный полицейский врач.
Получается, что это Вернов отравил собачку и тут приехал в город пополнять запасы яда. Кого он хочет отравить сейчас? При желании можно отправить на тот свет весь дом, достаточно исхитриться подсыпать мышьяк в общую супницу. Для современника может показаться странным, что Вернов купил яд так просто на рынке. Конечно, данная сделка была явно вне закона, не случайно дверь все же закрыли на крючок. Но надо сказать, что ничего особо странного Петр не наблюдал. Да, мышьяк как опасный яд не был разрешен к свободной торговле, как спички или соль. Встретить ценник в лавке или магазине «мышьяк, фунт столько-то копеек серебром» было невозможно. Но вот так тайно его продавали достаточно часто. И дело даже не в том, что обыватели Российской империи систематически травили друг друга. Убийства посредством отравлений, конечно, встречались, но явно уступали по распространенности тем, которые свершались с помощью огнестрельного, холодного оружия или бытовыми предметами (вилами, поленьями и прочее, российский обыватель в этом плане на редкость изобретателен). Просто мышьяк имел достаточно широкое бытовое применение. Мышьяк нужен был охотникам. Его добавляли в свинец при изготовлении дроби и тогда дробинки имели идеальную круглую форму. Мышьяк был нужен скорнякам, чтобы быстрее обрабатывать шкурки животных. Мышьяк требовался художникам – некоторые краски так же изготовлялись с его участием. Мышьяк был потребен и пиротехникам, фейерверки также требовали яду. В конце концов, им травили грызунов – мышей и крыс, посему в народе его называли крысиным ядом. Однако у этого радикального способа борьбы с грызунами был существенный минус: ядовитую приманку могли съесть те, кому она не предназначена – дети, домашние животные. Тем более что мышьяк не стрихнин, он не имеет вкуса (собственно, что привлекало в нем потенциальных отравителей). Поэтому в домах для борьбы с мышами часто предпочитали использовать естественное биологическое оружие – держали кота, а лучше двух.
 
Железманов неожиданно вспомнил судейского кота Василия и его подвиг месячной давности. Как уже говорилось, кота в суде специально держали для ловли серых хвостатых тварей. Василий эту обязанность исполнял добросовестно. Так вот месяц назад он вообще оказался на высоте: поймал не просто мышь, а целую крысу, причем весьма солидных размеров. Уж чем хвостатая и наглая тварь хотела поживиться в суде, история умалчивает, но это был враг, который должен быть уничтожен. Что Василий и сделал. Понятно, что такой подвиг заслуживает похвалы, но для этого все о нем должны были узнать! Поэтому Василий счел за лучшее гордо выйти в фойе суда и сесть с добычей прямо у лестницы, которая вела на второй этаж. Вообще надо сказать, что Василий в целом неплохо понимал разделение в сфере деятельности своей и этих суетливых двуногих. Обычно он обитал в дворницкой, где у него было свое место, стояла миска со столь любимым им молоком. И на это кошачье хозяйство никому не приходило в голову покушаться. Как и не приходило в голову сгонять его с подоконника рядом с кабинетами судебных следователей. И в то же время сам хвостатый сотрудник старался не мешать людям. По зданию суда Василий предпочитал шататься исключительно по ночам. Время от времени он заглядывал в кабинеты судебных следователей, но только в тот момент, когда там не было посторонних. Не было моментов, чтобы он забежал в зал судебного заседания, когда там слушалось дело. Но сегодня случай был особый. Не каждый день спасаешь это важное государственное учреждение от опасности в лице, точнее в морде, столь наглой и верткой твари. Поэтому Василий занял диспозицию прямо на ходу у лестницы. На беду всего суда первым, кто вошел в здание, был не председатель, не прокурор (они подвиг полосатого сотрудника оценили бы), а одна экзальтированная особа лет 40. Дама пришла в суд, чтобы хлопотать по своему делу, а так как она была ранней пташкой, вставала каждый день ни свет ни заря, то и в суд она явилась за полчаса до начала присутственного времени. И первым, что обнаружил ее взор, был важно восседающий кот со здоровенной крысой в зубах! Причем вредный зверь еще встал и гордо пошел навстречу женщине, таща за собой свой трофей. Что он хотел, никто не понял. Может, просто гордость распирала его кошачью душу, может, он искренне хотел поделиться и подкормить эту двуногую (которая, кстати, особой полнотой не отличалась), никто не знает. А вот последствия секретом не стали ни для кого. Визг, наверное, был слышан в здании банка Живаго, что находится через улицу. Все, кто был в здании суда в тот час, оказались в фойе. Дворнику пришлось срочно схватить Василия поперек живота и вместе с добычей (он же не дурак, чтобы ее выпускать) вынести зверя во двор. Зазнаев потом выговаривал коту:
– Ты зачем даму перепугал? Понимаю, герой, молодец. Но ты не мог добычу на заднем дворе положить, мы бы все ходили и смотрели? Тебе обязательно надо было посетительнице ее преподнести?
Василий слушал равнодушно, только иногда почесывая то одно, то другое ухо.
Поэтому Железманов мог, конечно, допустить, что Вернов покупает яд для хозяйственных нужд. Пусть нелегально, подпольно, но для решения бытовых вопросов. Однако слишком многое не позволяло прийти к такому простому выводу. Во-первых, Вернов не был ни охотником, ни художником. Крыс и мышей в доме тоже выводили традиционным способом. Кроме кошки Машки еще был Барсик черно-белой расцветки. Во-вторых, в доме только что произошло отравление. Собачка хоть и не человек, но кто даст гарантию, что не хотели отравить именно человека. Например, все ту же госпожу Сабанееву?