В отчаянном разрушении (ЛП)

 О, он такой злой. 
— Вообще-то я собиралась написать вам, ребята, хотите ли вы, чтобы я принесла что-нибудь домой, — смеется она, прежде чем Гарретт машет нам рукой и едва взглядывает на Арло. Мои брови нахмуриваются, и я пытаюсь поймать взгляд Розы, чтобы спросить, в чем дело, но она не сводит глаз с чашки мороженого перед собой.
— Esta bien72, — отвечает Арло, рисуя пальцем фигуры на моей шее. От этого по всему телу пробегают мурашки, и я делаю глубокий вдох, надеясь, что никто этого не заметит.
Я делаю шаг вперед, чтобы вырваться из его хватки, и это срабатывает, но, клянусь, я слышу, как он рычит от этого. Я знаю, что он будет иметь со мной дело, как только мы вернемся в грузовик, но это еще больше заводит меня по какой-то чертовой причине.
— Хорошо, — улыбается Роза, прежде чем Арло, наконец, следует за мной к линии. Мы не спеша рассматриваем вкусы и даже пробуем несколько образцов.
В конце концов мы остановились на чашке мятного шоколадного чипса, а затем персиков и сливок. Эти вкусы мне понравились больше всего, и он хотел, чтобы у меня был выбор. Я обязательно помахала Розе, пока Арло расплачивался, прежде чем мы отправились на улицу.
Пока мы гуляем по городу, поедая мороженое и меняя стаканчики, когда я хочу попробовать разные вкусы, мы разговариваем о самых простых вещах.
Он спрашивает меня о школе и о том, как идут дела. Я спрашиваю его о новых проектах, которыми он увлечен. Один из них меня удивил - осенью у него будет работа по ремонту, и ему нужно будет проехать около часа на юг, где какой-то известный кантри-певец хочет переделать весь свой дом.
В тот момент меня осенило, что все меняется и продолжает двигаться, несмотря на ощущение, что мой собственный мир остановился. Этим летом моя жизнь казалась довольно застойной: я просто ходила на занятия и была с Арло и Розой.
Но реальность рушится, и через два месяца у меня начнется выпускной класс. Осталось всего два семестра до получения степени бакалавра. Страшно подумать, что я выйду в реальный мир с бумажкой, заявляющей крупным корпорациям, что я взрослая. Взрослый человек, готовый платить по счетам и жить самостоятельно. По крайней мере, я всегда так считала, когда заканчивала школу. Теперь я уже не уверена, так как чувствую, что Роза не решит остаться здесь после окончания школы.
Она была для меня надежным вариантом иметь соседку по комнате, пока я жила здесь, не определившись с тем, чем хочу заниматься. Я могу переехать обратно в Мэриленд, пока не разберусь с делами, но я не хочу замыкаться в доме мамы и Деклана. Они заслуживают того, чтобы наслаждаться своим пространством.
— Что-то ты сильно задумалась, — прерывает мою внутреннюю дилемму Арло, и я засасываю ложку в рот. Я вытаскиваю ее с громким хлопком, а затем засовываю обратно в наполовину съеденный стаканчик с мороженым.
— Просто у меня кризис, связанный с жизнью после окончания школы, — бормочу я.
— Почему? Это должно быть волнующее чувство, — говорит он, подталкивая меня локтем. Я поворачиваю шею, чтобы посмотреть на него, и он улыбается.
Я пожимаю плечами.
— В некоторые дни кажется, что я точно знаю, чем хочу заниматься, но в другие дни я не знаю. Я почти сменила специализацию, и иногда я боюсь, что, получив эту работу с большим дипломом, я возненавижу ее и захочу сменить профессию.
Арло на мгновение замолкает, пока мы продолжаем идти по кругу обратно к стоянке, где припаркован грузовик. Он берет большой кусок мороженого и отправляет его в рот. Он размышляет какое то время, прежде чем проглотить мороженое.
— Клементина, ты не обязана решать все сразу, как только окончишь школу. У тебя еще есть время, чтобы решить, чем ты хочешь заниматься. В этом и заключается вся прелесть взросления. Меняй свое мнение хоть сто раз, хоть тысячу, хоть миллион. Это твоя жизнь, и ты сама распоряжаешься ею.
Я полусерьезно смеюсь. — Да? И это то, что ты сделал? Менял свое мнение миллион раз?
Он кивает, и я замираю на месте. Он тоже останавливается и смотрит на меня с мягким выражением лица.
 
— Мы даже разговаривали с Розой перед ее поездкой и говорили об этом. В твоем возрасте вполне естественно передумать. Я миллион раз менял свое мнение, милая. В этом нет ничего плохого. Я бы не обрел сейчас счастья, если бы не сделал выбор и не изменил ситуацию, когда был моложе.
— Нашел счастье? — тихо спрашиваю я. Он кивает, и я делаю шаг ближе.
— Да, Клементина. В последнее время я нахожу много счастья и крепко за него держусь. Я благодарен за те трудности, через которые мне пришлось пройти, потому что теперь я там, где всегда хотел быть.
Он не говорит этого, но его глаза говорят. В его дыхании возникает небольшая пауза, и я понимаю, что являюсь частью этого. Счастье, которое он обрел.
— Я этого не знала, — признаюсь я. Да и как я могла? Я не знаю его. Я упала к нему на колени, практически, чуть больше месяца назад. Мы так торопились с физическими делами, что у нас не было возможности сесть, или встать в этом смысле, и поговорить о других вещах.
Но это приятно, и я ценю это время, проведенное с ним. Я чувствую, что начинаю по-настоящему узнавать Арло Сантоса.
Он стал не просто человеком, с которым мне нравится быть в постели, и даже не отцом моей лучшей подруги. Нет, Арло Сантос стал чем-то большим.
Похоже, я тоже нахожу свое счастье. И не только в этом.
— Давай, пойдем в дом, — кивает он в сторону улицы, и я улыбаюсь, глядя, как мы идем в ногу, направляясь к грузовику. Он забирает мой пустой стаканчик из-под мороженого и выбрасывает его в мусорный бак, а затем открывает передо мной дверь.
Поездка домой проходит в тишине и спокойствии, так как мы не закрываем окна. Розы еще нет дома, поэтому мы проводим время на кухне до ее прихода.
Я скучаю по своей лучшей подруге и очень хочу расспросить ее о Гаррете и узнать, все ли с ней в порядке. В кафе-мороженом она выглядела нормально, но я хочу убедиться в этом. Она может легко одурачить кого-нибудь улыбкой, но я знаю, что происходит что-то еще.
Арло готовит обед на завтра, а я листаю приложения социальных сетей на своем телефоне на острове. Я так сосредоточена, что даже не замечаю, что он стоит у меня за спиной, пока не чувствую, как его торс прижимается к моей спине, и я замираю, покрываясь мурашками.
Его тело прижимается к моему, и его губы касаются моего уха. Я замечаю, что его руки лежат по обе стороны от меня на столе, а ладони лежат на поверхности. Мой взгляд приковано к венам на его руке, идущим вверх по предплечью. Я тяжело сглатываю.
— У меня есть идея, — шепчет он.
— Что это? — шепчу я хриплым голосом. Не могу поверить, что у основания моей шеи выступили бисеринки пота. Мои руки трясутся, и я отчаянно жду, что он скажет.
— Ven, — говорит он, прежде чем сделать шаг назад. Я поворачиваюсь и спрыгиваю с барного стула, а затем вцепляюсь в его протянутую руку.
Он тянет нас в свою спальню, где быстро закрывает дверь. Мое сердце бьется в груди.
— Что ты хотел сделать? — спрашиваю я, найдя место, чтобы сесть на угол кровати. Он подходит ко мне, наклоняется и обнимает меня. Мне приходится напрягать шею и немного выгибать спину, чтобы хорошо видеть его лицо.
— Я только что придумал новую позу.
— Позу? Что ты имеешь в виду?
В моей голове крутятся мысли о том, что он мог иметь в виду, но я ничего не нахожу. Тогда он ухмыляется и бросает взгляд на матрас, прежде чем меня осеняет.
 О, новая сексуальная поза. 
Мы так любили либо миссионерскую, либо я верхом на нем, либо он просто ест меня. Мы никогда не пробовали ничего другого.
— Это будет весело, я думаю. Мы оба получим удовольствие.
— В какой позе?
Я облизнула губы. Он наклоняется ближе, его нос касается моего.
— Шестьдесят девять, — бормочет он. Я задыхаюсь и мгновенно сжимаю бедра.
Он тут же замечает это и улыбается, целуя мой нос, а затем опускает губы, чтобы захватить мои приоткрытые губы.