Косплей Сергея Юркина. Сакура-ян (СИ)
Увидев мой досрочный «финиш», математичка заняла класс самостоятельным решением какой-то задачи, а сама, забрав у меня выполненную работу, взялась проверять её, используя для этого ноутбук. Вот. Оценка выставлена.
Уу-у… — завистливо мычит класс, дружно обернувшись и глядя на меня.
Учительница задумчиво созерцает мою персону слегка прищуренными глазами.
— Ты не использовала черновики. — говорит она, не называя меня по имени.— Не записывала промежуточные результаты вычислений. Почему?
— Задания были не очень сложные, сонсен-ним. — отвечаю я, вылезая из-за парты и становясь рядом с ней. — Я всё держала в голове.
— Ты всегда так делаешь?
— Когда удобно. Если проще записать — то я записываю.
— А какие результаты тестов по математике были у тебя в «Кирин»?
— Тоже около сотни, госпожа. Не меньше девяноста баллов.
— А по остальным предметам?
— Примерно столько же. За корейский язык было меньше всего.
— Почему так?
— Идеальных людей не бывает, госпожа сонсен-ним.
— Хорошо, садись.
Следую указанию учительницы, одновременно периферийным зрением замечая направленные на меня со всех сторон взгляды соненбам.
(«соненбам» — несовершеннолетняя заключённая. кор. прим. втора)
Я только что подтвердил право называться «небожителем». Но как они на это отреагируют, — вопрос. Вполне могут записать в изгои. За то, что «слишком умный».
До конца занятия остаётся ещё время и учитель переключается на других учениц, взявшись проверять, — чего они там нарешали? Я на какое-то время всеми забыт, выпав из фокуса внимания. Просто сижу, наблюдаю за обстановкой, размышляю.
Как-то вот не понравилась мне встреча со «старожилами». Выкрики какие-то странные, веселье какое-то нездоровое. Старшая по камере, правда, быстро всех утихомирила. Но не то ли это было, о чём мне подумалось? Не сразу, а немного «покрутившись» где-то в голове, в областях, не занятых активной мыслительной деятельностью, вспомнилось. Когда-то, в какой-то желтушной газете, оставшейся у бабушки со времён перестройки, читал я о том, как нужно себя вести, если вдруг случайно попадёшь в тюрьму. Переворошив в памяти оставшиеся после прочтения статьи советы, чётко вспомнил следующее:
— никому не доверяйте;
— не общайтесь с человеком до выяснения его статуса;
— не берите чужого;
— не играйте в карты;
— делитесь;
— умейте отстоять собственную позицию;
— как можно меньше говорите о сексе;
— осторожно принимайте подарки.
И про места заключения в которых содержат женщин, было написано, что они существенно отличаются от мужских. Во-первых, там не так чётко выражена иерархия. А во-вторых, нетрадиционно ориентированные отношения не только не подвергаются остракизму, а наоборот — цветут и пахнут. Лесбиянство шпарит там в полный рост, не пригибаясь. Думается мне по этому поводу, — а не угодил ли я в гнездо порока? Глянул на себя в зеркало — зарос, слегка осунулся и как-то достаточно сильно смахиваю на парня. Может, девки на это и среагировали? Вполне вероятно. И что делать? Таких проблем у меня ещё не было!
Не, я совершенно не в шоке от того, что кто-то занимается подобным. Плюс, это всё же девушки, а не парни. С гендером для меня здесь всё в порядке. Но дальше, пардон муа, — на кой оно мне надо? «Лихо» моё спит, — зачем его будить? И, как бы, лесбиянки — это только в порно красиво и то не всегда. Когда правильно выставлен свет, эстетично подобраны актрисы, макияж хорошо наложен, — вот тогда сие действо смотрится завлекательно. Здесь же, прости господи, — глаз положить не на кого. Коренастые, коротконогие кореянки с грубыми лицами, на которых не особо заметны признаки интеллекта. Ещё и сиськи, — второго, третьего размера. Короче говоря, — рано созревшие девочки, пустившиеся во все тяжкие. Причём, — большинство вообще без пластики. Я понимаю, денег у них просто не было, а будь — тогда они, скорее всего, сюда не попали, а где-нибудь учились. Но принятие во внимание данного факта никак не влияет на моё эстетическое восприятие. Некрасивые, да и всё.
В сравнении с ними я Белоснежка и Мальвина в одном флаконе. И, весьма вероятно, у меня от этого будут проблемы… Ладно, посмотрим. Может, я лишнего нафантазировал.
Раздаётся звонок, сообщая о завершении занятия.
— Урок закончен. — повернувшись к классу, сообщает учительница.
— Встать! — командует дежурная.
«А если полезут, — буду бить в морду!». — решаю я, поднимаясь на ноги и чувствуя неприятный холодок в животе от возможно предстоящей драки.
Руки жалко. И лицо жалко. Так хорошо получалось ими зарабатывать. И вообще, — всего целиком себя жалко. И время. Пять лет сидеть на этом дне!! Плюс ещё неизвестно, каким отсюда выйду.
Третий лепесток унесён ветром…
Лепесток четвёртый
Время действия: седьмое января, вечер
Место действия: исправительное учреждение «Анян»
Жизнь идёт своим чередом, перемещая нас от своего начала к окончанию. И на этой дороге случаются как приятные встречи, так и те, без которых можно было прекрасно обойтись. В данный момент у меня наличествует «вариант номер два». Наконец, настал тот миг, когда я очутился наедине со своими сокамерницами. Не нужно куда-то бежать, учиться, маршировать. Всё, аллес. Вечер наступил! Вот, сижу на полу, на нём же полукругом передо мной расположились соседки по «квартире» и с интересом, но пока молча, меня рассматривают. Вообще, корейцам характерно достаточно непосредственное поведение, особенно если они при этом «накоротке» с собеседником или он ниже их «по уровню». У нас «старшие» в таких ситуациях тоже, — «расслабляются», но, как-то придерживаются «рамок», не вторгаясь совсем уж в личное пространство. Здесь же, из-за культивируемого в социуме коллективизма, никто не видит ничего зазорного спрашивать о возрасте, о личной жизни, об отношениях с родственниками. Могут запросто подойти, открыть дверцу и заглянуть в твой шкаф. Ну интересно же, что там лежит⁈ Я, конечно, понимаю, — «местные старинные обычаи», однако до сих пор подобная поведенческая «детская непосредственность» порою ставит меня в тупик.
— ЮнМи, скажи, что значит, — жить жизнью айдола? — наконец получаю я первый вопрос и невольно морщусь.
Меньше всего хочется возвращаться в прошлое, вспоминая « FANEntertainment».
— Просто работа, онни. — отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально. — Причём, не самая лучшая. Много монотонного физического труда, усталость, голод, постоянная конкуренция и неуверенность в завтрашнем дне.
— А как же тогда выступления? — несколько растерянно спрашивает собеседница. — Концерты, шоу?
— Они занимают мизер, если сравнивать со временем, потраченным на репетиции. Это можно проиллюстрировать на примере шпаги. Самый кончик — это выступление. Вся остальная её часть — подготовка к нему.
Слушатели вразнобой вздыхают, похоже, выражая разочарование тем, что нигде нет рая на Земле. Неужели действительно думали, что в агентствах мёдом намазано?
— На телевидении, — всё тоже движется по сценарию. — безжалостно говорю я. — Если отойдёшь от него, понесёшь отсебятину, — будут переснимать сто раз, пока не получится нужное режиссёру.
— А как же было на шоу, где с Драгона штаны стянули? Такое тоже было в сценарии записано?
Пожимаю в ответ плечами и объясняю: Редкий случай. В тот раз ничего не было «записано». Как результат — зрелище удалось. Сумасшедшие рейтинги по итогу и картинка, навсегда врезавшаяся в память зрителей.
— Почему же снимают по сценарию, если без него получается лучше? — недоумевает собеседница.
— Корея — волшебная страна, полная загадочного и необъяснимого. При очевидности существующего опыта предпочтение отдаётся замшелым традициям. И тут разум бессилен…