Страна Червя. Прогулки за Стену Сна (ЛП)

Видимо, Намброс понял по моему лицу, как на меня подействовали его слова, поскольку тут же заверил меня, что говорил не о своём отце. Он поведал мне, что у старого Омброса было два сына, абсолютные близнецы. Что старший, как и отец, носил имя Омброс. Что старый Омброс ещё в ранней молодости отослал обоих сыновей на обучение в далёкую страну. Что старший вернулся, лишь узнав о смерти отца. Вот этот Омброс и ухаживает за моим занедужившим отцом.
  
Такое объяснение не утешало. Намброс был врагом моего отца и ничто, сказанное им не заставило бы меня поверить, что он желает отцу чего-то иного, кроме зла. Его история про отцовский недуг я отбросила, как жестокую ложь, которую даже не старались замаскировать. Но был ещё один повод усомниться в объяснении Намброса. Я страшилась, что упомянутый Намбросом давно утраченный брат тоже был ложью, скрывающей то, что его отец восстал из мёртвых.
Я могла бы избавиться от страха, увидев человека, который его вызывал. Но новый Омброс оказался ещё таинственнее старого. Он обосновался в покоях моего отца, и дверь, что препятствовала мне увидеться с отцом, препятствовала и увидеть его тюремщика. Всю ту ночь и ещё множество ночей я скрытно караулила у той двери. Много раз я видела, как Намброс входил и выходил через неё, но Омброс — ни разу. Казалось, он и вправду не отходит от моего отца ни на шаг.
Но в конце концов моё терпение вознаградилось. Раскрылась дверь и вышел Намброс, на сей раз не один. Увидав того, кто вышел вместе с ним, я решила, что мои худшие опасения подтвердились и тюремщик отца — действительно старый Омброс. Но когда эти двое миновали моё укрытие, я поняла, что ошиблась, и этот человек куда младше старого Омброса. Он так походил на Намброса обликом, что, если бы я не видела рядом самого Намброса, то приняла бы за него. Тогда же я поняла, почему посчитала его Омбросом. Потому что белая мантия на нём очень походила на ту, что носил старый Омброс, когда бессонными ночами вышагивал по тёмным коридорам.
Но того Омброса я там не заметила. Такая возможность могла больше не повторится. Когда тех двоих уже не было ни видно, ни слышно, я проворно метнулась к двери, откуда они вышли. Я дёргала за ручку. Я тихо звала в замочную скважину. Но дверь не открылась и ничей голос мне не ответил. Вскоре я оставила попытки и прокралась назад, в свои покои.
Больше я не видела отца живым. Думаю, его гибель была неотвратима. Целью его жизни было лишь придавать Омбросову правлению видимость законности. Когда же Омброс умер, то стало лишь вопросом времени, прежде, чем его сыновья осознают, что мой отец пережил свою полезность. К тому времени они придумали лучший способ узаконить свою власть. Мой отец ещё во младенчестве стал сиротой. Для защиты его интересов требовался опекун и мой двоюродный дед Омброс занял этот пост. Я же чересчур выросла, чтобы нуждаться в опекуне. Но в качестве королевы мне придётся взять супруга, который и станет королём.
Тут Литэ умолкла, её история подошла к концу. Рассказ длился долго, но я не желал его укоротить, не сейчас, когда ответы на тревожащие меня с начала ночи вопросы зашли настолько далеко. Быть может, Литэ испытывала те же чувства, выслушивая намбросовы истории. Но она слушала те истории несколько недель и не узнала столько, сколько стало мне известно из её рассказа за один-единственный час. Теперь я узнал обстоятельства, сопровождающие смерть Юксиора. Узнал факты, кроющиеся за внезапным падением его, некогда великой, династии и последовавший за этим долгий упадок могучего королевства, которым эта династия правила. Узнал историю возвышения Омброса.
А вот что за могущество скрывалось за этим возвышением, я не вполне понимал. Но, всё же, а так ли это неразумно? Что такое магия, как не название природных сил, пока ещё непонятных нам? И кому известны пределы возможностей человека, направляющего эти силы по своему желанию? Омброс изучал их всю свою жизнь. А он только следовал по стопам неисчислимого множества прочих, которые проложили путь до него. Так ли неразумно верить, что стремления многих людей в действительности могут осуществить лишь немногие?
— Но это явно ещё не конец твоей истории, — заметил я. — Ведь ты так ничего и не объяснила мне про Изодомога и его послание.
Литэ улыбнулась.
— Верно, Мадор. Это не конец. Поскольку, как ты подметил, осталось рассказать ещё об одном. Намброс, перед гибелью его отца, более обычного разоткровенничался об отцовских трудах. Он тревожился о том, куда могут завести эти труды, потому и рассказал мне о своих опасениях. Доселе их целью было знание ради самого знания. Но молодость Омброса давно миновала, да и здоровье начало угасать. Он понимал, что ему осталось лишь несколько месяцев. И поэтому забросил путь, по которому столь долго следовал и направился по иному пути, стремясь к весьма определённой цели. Эта цель — тайна вечной жизни.
Но такая цель Намброса не беспокоила. Он верил в тайну или хотя бы в возможность её существования. Он слишком долго и усердно трудился вместе со своим отцом, чтобы думать иначе. Его тревожило не само стремление, но направление, куда оно завело. Им не удалось отыскать эту тайну в книгах. Но книги — не единственные хранилища знаний. Если эта тайна была известна древним, то, несомненно, они могли ею воспользоваться. А если они ею пользовались, то могли дожить до нынешних дней, укрывшись на мрачных улицах города мёртвых. Там-то Омброс и намеревался отыскать тайну.
Когда Омброс погиб, я думала, что погибла и его мечта. Но теперь поняла, что это не так. Ибо Намброс назвал мне имя неумирающего чародея, у которого его отец надеялся познать тайну вечной жизни. Имя это необычное и варварское, и позабыть его затруднительно. Как ты, вероятно, догадался, это имя — Изодомог.
Вот так-то, Мадор. Вот моя история целиком, от начала до конца. Я не хотела настолько растягивать её. Но решила, что тебе стоит узнать, с чем предстоит столкнуться, если ты поможешь мне против моих кузенов.
— Помочь тебе? — переспросил я. — Не понимаю. Я ведь уже открыл тебе послание.
— Ты сделал это. Но, если ты внимательно слушал мою историю, то знаешь, что в послании сомнений не было. Истинная же причина, почему я привела тебя сюда — просьба о помощи. Станешь ли ты помогать мне, Мадор?
— Как же я помогу тебе?
— Не тревожься. Я не заставлю тебя никого убивать. Все подобные попытки обречены на провал. Прежде такое удалось лишь частично, да и то от абсолютной неожиданности. Второй раз Намброса врасплох не застать.
— Тогда как?
— Передав Омбросу изодомогово послание.
— Но чем это тебе поможет? Если Изодомог на самом деле таков, как ты говорила, отчего хочешь, чтобы он одарил твоего врага милостью? Разве для твоей цели не окажется лучше, если я ничего не скажу?
— Оказалось бы, не передай ты уже послание Намбросу. Но, раз ты сделал это, то лучший способ помочь моей цели — передать послание и его брату тоже.
— Мне до сих пор непонятно.
— Нет? Постараюсь это прояснить. Я рассказывала тебе о том, что Омброс планировал сделать со мной — принудить сочетаться с ним браком, чтобы крепче обезопасить его положение. И этот замысел тоже принадлежал его отцу, но с одним значительным отличием. Теперь новобрачным станет Омброс. Теперь Омброс станет королём. Что это может значить для Намброса? Только его готовили на место отцовского преемника. Омброс, его брат, был бездомным скитальцем, пока Намброс не призвал того вернуться домой. И теперь Намбросу же следовало отойти в сторону и уступить своё место брату. Вся его человеческая натура возмутилась подобным обхождением. Но до сих пор он не мог такому воспрепятствовать. Его брат — истинный наследник власти их отца, а у Намброса не хватало сил, чтобы в одиночку выступить против него.
  
Но этой ночью во дворце появилось то, что может склонить чашу весов на сторону Намброса. Это нечто — послание Изодомога. Ибо оно обещает куда больше вечной жизни. Это ключ к безграничной власти для того, кто знает, как им воспользоваться. И вся эта власть требуется Намбросу, дабы восстановить своё положение по праву. Но если Намброс намерен сам использовать этот ключ, то следует утаить его от Омброса. Вот почему он так поспешно увёл тебя прочь и запер в пустой комнате в опустевшей части дворца. И, полагаю, вот почему он хочет убить тебя, а не отпустить.