Демон-хранитель (СИ)

 Демон молча протянул свернутый в трубочку пергамент, заверенный большой красной печатью с перекрещенной костью и волшебной палочкой, символами больницы св. Мунго.
 Директор быстро развернул его и углубился в чтение. Чем дольше он читал, тем больше хмурился. Наконец, отложив пергамент на край стола, старик соединил кончики своих длинных пальцев и некоторое время молчал.
  
 - Как? - наконец произнес он, пытливо глядя в зеленые глаза «Поттера». - Как излечение стало возможным, да еще и в столь смехотворно короткий срок?
 - Позвольте мне сохранить в тайне все те средства, которые нашему роду пришлось пустить в ход, директор. Поверьте лишь, что мы не преступали при этом закон.
 - Не сомневаюсь, - медленно произнес Дамблдор, все еще сверля взглядом невозмутимого Балтазара, внутренне забавляющегося попытками директора проникнуть ему в голову. - Чаю? - наконец, вернулся к испытанным методам узнавать правду «самый светлый маг».
 - Не откажусь, - ухмыльнулся демон.
 - Прошу, - на столе появились четыре чашки, чайник и блюдо с пирожными, - угощайтесь.
 Северус и Люциус послушно взяли чашки, но по взгляду Балти им стало ясно, что вливание всякой гадости в их нежные организмы тот не одобряет. Поэтому юноши лишь сделали вид, что пригубили горячий напиток, в то время, как демон удалил часть опасной жидкости из их чашек заклинанием. Сам же демонстративно отхлебнул сразу половину предложенного и закусил пирожным. Люциус едва заметно поморщился при виде таких неаристократичных манер, как того и требовала роль наследника чистокровного рода.
 - Как вы намерены поступить, мистер Снейп? Думаю, что сообщать вашим родителям о произошедшем было бы… неблагоразумно, - убедительно заговорил Дамблдор, с удовольствием отмечая, что уровень чая во всех трех чашках стремительно понижается.
 - Мистер Снейп и не намерен ставить родственников в известность об этом досадном недоразумении, - снова вмешался демон, - мы достигли полного взаимопонимания по этому вопросу, директор.
 - Рад слышать. Мистер Малфой…
 - Тоже не горит желанием распространяться о произошедшем, - Балти откровенно наслаждался раздражением директора, вызванным тем, что ему не давали и рта открыть, чтобы допросить других участников этого спектакля.
 Альбус Дамблдор не был дураком. Просто вот уже много лет он творил все, что хотел, и практически не нес за это никакой личной ответственности. Привычка манипулировать людьми, играть их судьбами (во имя победы хороших волшебников над плохими, разумеется) так прочно засела в нем, что директор Хогвартса никак не хотел внять слабому голоску интуиции, нашептывающему, что юноша, который, пробыв в школе всего две недели, уже может заткнуть и Малфоя, и Снейпа, не так прост, как accio или перечное. Скорее он какой-то не такой, как все остальные ученики. А, значит, может представлять опасность.
 Но Альбус отмахнулся от этого робкого голоска, продолжая видеть перед собой только то, что хотел – трех подростков, находящихся в его полной власти. Поэтому он совершил большую глупость – решил взглянуть на то, что делается в голове у Северуса Снейпа, надеясь, что зелья доверия, подчинения и правды, растворенные в чае, уже подействовали. Судя по опустевшим чашкам, их концентрация в крови всех троих юношей была более чем достаточной. Вопросом о том, почему, если зелья действуют, мистер Поттер продолжает его перебивать и ухмыляться, директор школы, к его дальнейшему сожалению, не задался. А зря.
 Потому что как только тонкий луч его сознания посмел вплотную приблизиться к высокому лбу мистера Снейпа в надежде разузнать подробнее условия соглашения между ним и мистером Поттером, как воздух в кабинете ощутимо нагрелся и раздался негромкий, холодный голос Балтазара:
 - А вот этого не надо, директор Дамблдор. Северус, Люциус, могу я вас попросить оставить нас наедине? Это не займет много времени.
 - Балти, - в голосе Люциуса послышалось предупреждение.
 - Люц, - имя блондина прозвучало, как приказ.
 Малфой поднялся и выжидающе посмотрел на Снейпа.
 - Что вы себе позволя… - начал было директор.
 - Silencio maxima, - взмахнул палочкой Балтазар, - Северус, я прошу.
 Темноволосый слизеринец поднялся, мягко шурша новой мантией, бросил на демона обжигающий взгляд и покинул кабинет вслед за Люциусом.
 - Finite, - вернул директору дар речи «Поттер», снова усаживаясь в кресле, - а вот теперь мы поговорим, Альбус.
 - Что. Вы. Себе. Позволяете, молодой человек?! - благодушие директора испарилось, как роса на рассвете.
 - Я же глава Визенгамота и могу раздавить тебя, как комара, - хищно осклабился Балтазар и клыки его чуть удлинились, - да, Альби? Рискни, мальчик, Гелу очень понравится очередной раз спасать твою старую задницу, как думаешь?
 Дамблдор впился колючим взглядом в ставшие очень жесткими черты лица собеседника. Его мысли лихорадочно вращались вокруг событий последних нескольких недель. Как он мог упустить из виду такое? Почему ни один детектор не обнаружил присутствие в школе темного существа? Как мог Гарольд Поттер ТАК его подставить?
 - Не напрягайся, малышшш, - недобро усмехнулся демон, пряча клыки, - веди себя хорошо, и твоему покровителю не придется тебя наказывать. Давай, соображай быстрее, если я знаю, кто такой на самом деле Геллерт Гриндевальд, которого ты якобы победил, то…
 - Ты тоже? - помертвевшим голосом спросил Дамблдор.
 - Во-первых, не тыкай старшим, Альби, - директор спал с лица, - во-вторых, это Гел – тоже, а я боевой демон высшего класса. Сейчас нахожусь на отдыхе в одной из колоний Темной Империи Великого Дракона. О том, что ваш мир наша колония, ты, я надеюсь, в курсе? - Дамблдор нервно кивнул. - Так вот, червячок. Может в пределах этого мира ты и супергерой, насмерть стоящий за Дело Бобра, ой, прости, Добра, конечно же, но в рамках Упорядоченного ты – бабочка-однодневка, возомнившая себя огнедышащим драконом. Говорю один раз, напряги свои опилки в голове и постарайся запомнить. Если хоть одна капля какого-нибудь зелья попадет в организмы моих мальчиков, если хоть один волос упадет с их голов, то ты не просто умрешь. Ты будешь безуспешно пытаться это сделать в течение очень долгого времени. Поверь, я смогу тебе это устроить. Гел тебя любит, конечно, но и он не станет со мной спорить в этом вопросе. На твоем месте я бы молился этому вашему шарлатану Мерлину о том, чтобы какому-нибудь не в меру отчаянному смертному не пришло в голову подставить моим змеенышам ножку, потому что отвечать за это будешь ты. Северус подхватит насморк, а приду я к тебе, у Люциуса заболит голова, и я тоже обвиню в этом тебя. Ну, основную мою мысль, думаю, ты понял. Не надейся причинить им вред чужими руками, Альби. А лучше навести Гела. Он сможет дать тебе более аргументированный запрет.