Демон-хранитель (СИ)
- У меня к тебе масса вопросов, - тихо сказал Люциус.
- Отвечу, не на все, конечно, - Темный лукаво усмехнулся и прищурил свои большие влажные глаза. - Но сначала…
Он снова потянулся к Люциусу за поцелуем. Светлый, понимая, что одними поцелуями дело не ограничится, попытался «расслабиться и получить удовольствие». Вскоре он так увлекся, что не заметил, как оказался лежащим на спине рядом с бьющимся в путах Балти, и при этом совершенно бесстыдно стонал, подставляя под поцелуи Темного шею, грудь и плечи.
- Мой Белогривый, - шептал Мор, - звездочка моя, мой супруг… Какой ты сейчас… О, Королева, все-таки ради этого стоило умирать, Синеглазый… потерпи, я не могу быть у тебя раньше Зара, но… о, сладкий, Эл…
Демон вдруг страшно, отчаянно зарычал, полностью преображаясь: его плечи стали шире, змеи-татуировки обзавелись самой настоящей чешуей, волосы отросли еще больше и в них показались длинные, острые рога, которые сейчас отчаянно скребли землю. Хвост бил рядом по земле, вместе с травой выворачивая из нее большие пласты.
- Ему больно? - очнулся от сладостной истомы Люциус.
- Да. Но мы же ему поможем, правда? - глаза у Морнемира горели, на щеках появился румянец.
- Конечно, а как?
- Стравим избыточное давление, и тогда Зарри придет в себя.
С этими словами несносный Темный томно потянулся и, подобравшись к демону, ловко увернулся от хвоста, попытавшегося обвить его тонкую талию. Склонившись к самому лицу пребывающего в беспамятстве Балтазара, Мор поцеловал его. Страстно, жадно, впиваясь в губы так, как будто от этого зависела их жизнь. Усевшись сверху, он переключился на смуглую мускулистую шею, покусывая бьющуюся на ней жилку, зализывая небольшие кровоточащие отметины, темная блестящая волна волос эльфа ласкала супруга, щекотала ему лицо и грудь, вырывая из мощной груди жалобные, болезненные стоны. Прикусив темный сосок, Мор обратил взгляд чуть затуманенных глаз на замершего в нерешительности Люциуса и поманил его к себе.
Малфой раздумывал недолго. Решительно отбросив за спину длинные светлые волосы, он осторожно склонился к губам Балтазара. Демон зарычал, не открывая глаз, и хищные черты его красивого лица чуть смягчились.
- Он кусается, - хрипло предупредил откуда-то снизу Мор.
Как раз вовремя, Люциус едва успел отстраниться, избегая встречи с длинными белыми клыками, клацнувшими у его шеи.
Светлый перевел взгляд на Темного, который как раз с явным удовольствием вылизывал смуглый живот Балтазара, медленно обводя языком каждый кубик пресса и глубокий пупок. Это выглядело так эротично, что Люциус невольно застонал и стал покрывать беспорядочными, жаркими поцелуями грудь и плечи распростертого на траве демона, улыбающееся лицо Морнемира, его длинную, изящную шею… Как только язык Малфоя скользнул во впадинку пупка Балтазара, Темный при помощи какого-то хитрого заклинания заставил расползтись по шву кожаные штаны, скрывавшие напряженную, жаждущую плоть.
Зар снова застонал. Его довольно внушительное достоинство обдувал теплый ветерок, а принцы на мгновение замерли, любуясь. Люциус восхищенно рассматривал, Морнемир вспоминал. Потом тонкая рука Темного нежно провела по всей длине напряженной плоти, и демон забился еще отчаяннее, обиженно зарычав.
- Потерпи, - Люциус нежно погладил его по волосам, целуя высокую скулу, покрывшуюся странными узорами, как будто переплетались между собой язычки пламени.
Мор тем временем чувственно облизал губы и накрыл ими крупную пунцовую головку горячего, пульсирующего члена. Балти дернулся, застонав, и загадочные узоры рванулись во все стороны, покрывая лицо, шею, грудь, плечи. Это было похоже на распространение пламени, жадно поглощающего сухую траву под воздействием ветра. Добравшись до почти исчезнувшего во рту у Темного члена, рисунок сгустился, покрыл тонкой вязью весь внушительный орган, и распространился дальше, оплетая сильные ноги. Это выглядело очень красиво – все совершенное тело демона светилось в ночном полумраке, как ритуальный костер, по которому предсказывали будущее.
Люциус спустился ниже, кончиком языка очерчивая прихотливые извивы язычков пламени, расчертивших смуглую кожу, и втянул в рот одно из поджавшихся яичек. Мор одобрительно улыбнулся, на мгновение прервав свое увлекательное занятие, чем Люциус и воспользовался, перехватив у него инициативу. Темный лишь подмигнул и вскоре уже их губы нежно водили вверх и вниз по мощному стволу, периодически встречаясь на его вершинке, перехватывая друг у друга право накрыть ее губами. Демон стонал, рычал и бился в своих путах, напрягая могучие мышцы, но освободиться у него не получалось. Пока что. Вскоре сильное смуглое тело выгнулось дугой, насколько позволяло положение, и страшный низкий рык огласил притихший ночной лес. Мор успел отстранить Люциуса, прижав его лицо к своему плечу, и яркие жемчужные капли, брызнувшие тугой струей, попали демону на живот.
- Ядовитая, - пояснил Темный на вопросительный взгляд синих глаз. - Слишком долго Зарри сдерживался. В следующий раз – можно.
Малфой внимательно посмотрел на умиротворенное лицо Балтазара, так и не открывшего глаз.
- Мало, видимо, - задумчиво заключил Тхашш, взмахом руки убирая семя демона и закуривая тонкую сигарету. - Придется еще раз. Чуть погодя.
Люц во все глаза смотрел на эльфа, не веря своим глазам, тот же, проследив направление его взгляда, ухмыльнулся, совсем как сам Балтазар.
- Что-то не так?
- Н-нет, я просто…
- Идеализировал нас, опираясь на рассказы Зара, - подсказал Темный. - Понимаю. Но ты не учитываешь того, что я буквально вырос в его постели, - Морнемир положил голову на живот демону, жестом пригласив блондина последовать его примеру, - следовательно, перенял у него массу всего, в том числе и вредные привычки. «Кровь ДО, и сигарилла ПОСЛЕ».
- Что? - не понял Люциус, устраиваясь под боком у Мора.
- Зар так отвечает на вопрос о трех самых больших удовольствиях.
Люциус прыснул, уткнувшись носом в плечо собеседнику.