Ужасы Фобии Грин (СИ)

— Никогда, — ответила женщина. — Это больно. Это рушит жизнь. Это как будто умирать от жажды возле чистого горного ручья и не иметь возможности напиться. Твоя сила ищет выхода, она напоминает о себе ежесекундно, ей тесно в рамках этого тела. Но она заперта там.
— В этом зале есть псевдомаги? — спросил Мерак Леви.
Фобия ощутила, как рука Креста тяжело легла ей на плечо, запрещая двигаться и говорить. И промолчала.
Седовласый старик встал со своего места и заговорил, не дожидаясь микрофонов.
— Я никогда не был женат, и у меня никогда не будет детей. Я последний из своего рода, старого, хорошего рода.
— Сколько выплесков?
— Восемь. Большую часть своей жизни я провел в изоляции. Скулил и ломал пальцы о стены.
— Вы готовы расстаться с этим?
— Я готов умолять забрать это у меня, стоя на коленях.
— Это профанация, — визгливо крикнул Командор. — Соединить магию невозможно.
Мерак Леви засмеялся.
— Мертвый Наместник не был гением, — сказал он. — Достаточно было просто понять механизм, который он использовал для разделения магии. Но вы же никогда по-настоящему не пытались этого сделать. Управлять беспомощным стадом куда проще, не так ли, командоры? Стоять во главе страны, в которой живут сильные, свободные люди, чревато ответственностью.
— Хватит, — сказал Командор.
И Крест шагнул вперед, склонился над режиссером и выдернул пульт управления из розетки. Экраны погасли.
— Это прямой эфир, — вскрикнула ведущая. — Вы не имеете права.
Крест посмотрел на нее долгим, исполненным угрозы взглядом, и она замолчала.
Мерак Леви заливался смехом.
— Вы так беспомощны, Командор, — приговаривал он.
На экранах телевизора вместо дебатов пошел балет.
Спустя час стало известно, что на Мерака Леви было совершено покушение, и он чудом спасся, но находится в очень тяжелом состоянии в реанимации. Жители столицы потянулись к больнице с цветами и свечками. Вскоре здесь образовался внушительный митинг. На плакатах пестрели надписи «Выживи сам и дай выжить стране».
Командор, мрачный, как туча, не отходил от телевизора, где шли новости.
— Плагиатор, — ворчал он. — Я первый сам на себя покушался.
— Разгоним активистов митинга? На стихийный митинг должно быть получено разрешение за неделю до него, — ответил главный советник по внутренней политике.
— Можно еще запретить телеканалам транслировать это безобразие, — предложил неглавный советник по внутренней политике.
— Или разогнать журналистов, если не сможем разогнать активистов, — согласился с ним главный.
— Соло, — сказал Командор. — Разберись с ним.
— Мудрое решение, — одобрил главный советник.
— Но люди… — с сомнением протянул его заместитель.
— Люди проглотят, как обычно. Они забудут об этом выскочке уже завтра.
— А если не забудут?
— Тогда мы переключим их внимание. Старые отработанные технологии — пусть какие-нибудь отморозки возьмут заложников в центре столицы.
— Лучше детей.
— Да, детей всегда лучше.
— А вобсы под личным предводительством Командора их спасут.
— Героически.
— И будет уже не до Мерака Леви.
Советники посмотрели друг на друга, вполне довольные планом.
Фобия сидела в своем углу и думала о том, как Крест будет исполнять приказ Командора.
— Возьми с собой псевдомага, — сказал Командор.
— Обойдусь, — буркнул Крест, вставая.
Командор изумленно посмотрел на своего главного телохранителя — рехнулся он, что-ли, спорить с ним?
— Вдруг он правда что-то умеет делать с магией? — начисто, как и все прочие командоры, лишенный магии, глава страны как огня боялся тех, кто ею хоть слабо, но владеет.
— Зачем мне баба, Командор? — грубовато отозвался Крест. — Колготками трясти? Мужики обидно загоготали.
— Возьми с собой псевдомага, — отрезал Командор, пресекая веселье на корню.
Крест брезгливо скривился, но больше не спорил.
— Жди меня в подземном паркинге, — приказал он Фобии, подписывая ей разрешение на выход. — Я скоро приду.
Внизу она увидела выходящую из роскошного автомобиля Несмею. Ее по обыкновению встречал генеральный секретарь. Скользнув по бывшей соседке равнодушным взглядом, красавица проплыла мимо.
 
От предчувствия надвигающейся беды у Фобии застучали зубы.
В машине Крест был молчалив и раздражен. На многочисленные вопросы о том, как именно он собирается убивать своего хозяина, ответил только «Отвали, Грин».
— Ты умеешь водить машину? — спросил он совершенно неожиданно спустя десять минут молчания.
— Откуда? — изумилась она. — В психушках такому не учат.
— Может, и хорошо, что тебя не будет в резиденции, — вздохнул Крест, наблюдая за тем, как медленно мигает желтый свет на светофоре. Протянул руку, и Фобия подалась назад, не желая с ним обниматься сейчас. Но Крест и не думал обниматься. Он провел пальцем по ее шее. И все вокруг исчезло, и темнота навалилась сразу отовсюду. И уже краешком стремительно убегающего сознания Фобия увидела, как красный свет сменился на зеленый.
Она очнулась от холода. Резко села, оглядываясь по сторонам.
Над столицей занимался рассвет.
— Пришла в себя? — грубо спросила тюремное привидение Цепь, гремя кандалами. — Надоело мне тебя охранять.
— Что происходит? — Фобия помнила этот парк, она любила здесь бегать по утрам. Но никак не могла понять, каким образом оказалась здесь, спящей на скамейке, да еще в компании этого злобного мерзкого призрака.
Но Цепь не ответила — ее уже не было рядом.
Фобия посмотрела на рюкзак в своих руках. Никогда прежде она его не видела. Заглянула внутрь — деньги, документы, сотовый телефон с полной зарядкой. Плитка шоколада и бутылка с питьевой водой. Почему так много денег? Почему документы?
А потом поняла.
Наемник покинул Командора и присоединился к своему мертвому Наместнику.
Это значило, что Командор больше не интересует Мерака Леви.
Такое могла произойти только в том случае, если у этой страны больше нет главы. Почему-то вспомнилась равнодушная, прекрасная Несмея, приехавшая в резиденцию так кстати.
Традиционно, Крест покинул Фобию молча, даже не попрощавшись.
Вдалеке слышались выстрелы. Кажется, этой ночью началась революция.
Фобия подавила в себе протяжный, полный тоски вой и нажала на кнопку на телефоне.
Один-единственный вбитый в память аппарата номер высветился сразу.
Она сделала еще несколько выдохов и сказала в трубку:
— Привет, Оллмотт.
  
Глава 15
 
В день казни Несмеи сияло солнце. Фобия щурилась от ослепляющих лучей, пока не догадалась купить у проходящей мимо лоточницы кепку с козырьком.
На центральной площади было людно, и от этого Фобию то и дело бросало в озноб, несмотря на теплую погоду.
Она сидела, прижавшись к Эрасту Лему, на парапете за оградительной линией, которую провели для таких, как она. Псевдомагам запрещено было подходить ближе к нормальным людям, потому что такое эмоциональное мероприятие, как казнь, грозило неконтролируемыми выплесками. Глухонемой учитель плакал, даже не пытаясь скрыть слез. У них с Несмеей были свои странные, но близкие отношения. 
Сейчас он предпочел прийти сюда с Фобией. Им обоим очень хотелось бы не видеть того, что произойдет, но они оба были здесь этим утром. Потому что не могли поступить по-другому.
Даже издалека огромные мониторы, которые выставили в этот день на площади, хорошо просматривались. До того, как в вены бывшей русалки введут смертельную инъекцию, оставалось чуть меньше десяти минут.
Убийца Командора. Первая за всю историю женщина, посмевшая оборвать жизнь главы государства.
Самым нелепым, не укладывающимся в головах обывателей было то, что убийство было совершено по личным мотивам. Просто брошенная любовница, которая пошла за своим принцем. Потеряла себя и свой дом. Десятилетиями скиталась по чуждой суше, не умея и не желая сближаться с чуждыми существами — людьми.