Эльсинор. Зажечь искру (СИ)

Топот ног заранее предупредил о приближении… Редбронта. Встревоженное лицо, резкие движения. Нам точно принесли недобрую весть.
— Не хочется портить ваш вечер, но придется, — помощник встал рядом с креслом Филлии.
— Подожди! — попросила я и залпом осушила бокал.
Горло слегка обожгло, фруктовое послевкусие снизило градус повисшего в воздухе негатива.
— Давай. Руби.
Изумление на двух лицах ничуть не смутило. У меня перевыполнен эмоциональный план, мне необходимо подготовиться к плохим новостям.
— Гарднера нашли мертвым у ресторана "Пар ли".
К такому повороту я не готовилась.
  
Глава 11
 
Что я услышала? Нашли мертвым человека, с которым я общалась этим днем?
Вино кончилось невовремя.
Я не нежный цветочек и понимаю: все в жизни конечно, неважно в какой точке вселенной находишься. Ну, по крайней мере о существовании бессмертных мне пока неизвестно. Но это не одно и то же!
— Так с убийством я, выходит, не промахнулась? — хорошая шутка лучшая защита от стресса. — Вы его отправили в загробный мир метаморфов?
Филлия, смотревшая в одну точку куда-то за окно, изумилась.
— Я хотела вернуть эльсы за картину, которую он мне продал. Зачем мне его убивать?
Пожала плечами, крутя в руках пустой бокал.
— Не захотел отдавать по-хорошему, как вариант.
— Мне невыгодна его смерть, — покачала головой смотрительница и грациозно поднялась. — Что-то уже известно?
Редбронт сделал неопределенный жест.
— Ничего, кроме того, что вы и Диана были с ним в том ресторане. Монтрер уже в курсе.
Непроизвольно фыркнула, привлекая внимание.
— Это не я, — подняла руки, снимая с себя всю ответственность. — Все претензии к ней.
Пустая бутылка из-под вина, естественно, апеллировать в свою защиту не смогла.
Помощник в ответ улыбнулся, а Филлия осталась "железной" леди.
— Завтра нам с тобой наверняка придется долго и обстоятельно доказывать свою непричастность к гибели Гарднера. Советую хорошо выспаться. Мафа, подготовь карету! — Филлия ненадолго задержала взгляд на мне. — Придется нанести несколько поздних визитов.
Кажется, я только моргнула, а ее уже нет. Зато Редбронт рядом. Тоже погружен в размышления, которые отражаются на лице.
— Ты не задумывался, что с моим появлением в Эльсиноре прибавилось проблем?
Алкоголь пробуждает участки мозга, отвечающие за всевозможные теории заговоров, злодейств и всяческих невероятностей, в которых — без сомнений — я должна быть виновницей или хотя бы участницей.
— Не было повода. Твое появление, безусловно, положило начало определенным событиям. Взять даже твое участие в Отборе. Но в остальном я сильно сомневаюсь.
— Зря! Вдруг я вселенское зло и сама об этом не догадываюсь?
— Даже если это правда, в Эльсиноре ничего не происходит просто так, — Редбронт слишком уж по-доброму улыбнулся.
Нельзя ведь быть настолько милым и приятным человеком. Ну, в самом деле.
— И тебе не жаль Эльсинор со всеми его эльсинорцами?
Нельзя пить на пустой желудок. Фантастическая ошибка.
— Ты явно недооцениваешь этот мир. У него есть душа, глаза и уши, безграничная власть над событиями, временем и пространством. Раз ты здесь, значит именно в Эльсиноре ты должна находиться, — Редбронт обошел диван и встал слева от меня. — Ты ведь могла попасть куда угодно. В сороковой или тридцать девятый, например.
Он помог подняться с мягкого фиксированного места. От сопровождения до комнаты глупо отказываться. У Филлии полно хрупких элементов интерьера, за которые я потом не рассчитаюсь. А меня вполне может наклонить в какую-нибудь из четырех сторон.
— Миры обозначаются цифрами? Почему ваш имеет название, а другие — порядковый номер?
Меня бережно поддерживали надежные руки Редбронта, пока мы неспеша приближались к лестнице.
— У нас тоже есть номер — седьмой. Это удобно. Гораздо легче ориентироваться. Не все названия легко запомнить. Да и ни к чему.
— Как интересно… А мой, земной мир, какой по счету?
Молчание продлилось ровно три ступени.
 
— Точно не скажу, вроде сто двенадцатый.
Несправедливо. Само наличие такого количества миров способно ввергнуть в шок, а если землянину сказать: "Твой мир по счету сто двенадцатый", — он скорее зарядит в глаз говорящему, чем примет услышанное за устоявшийся и свершившийся факт. Но ладно, опустим цифры. По сути они не особо важны. Зато другой момент требует объяснений.
— А… — я развернулась на пороге своей комнаты, наставив на помощника указательный палец. — Ты сказал, у Эльсинора есть глаза и уши, но он мир — образное "существо", не имеющее плоти. Еще скажи здесь предметы разговаривают и ножками двигают!
Фыркающий смех улетел по коридору пугать пространство, а ведь я зря смеюсь.
— Точно! — выкрикнула в переизбытке эмоций. — Снеговик на вашей площади… Ну, под елкой! Он говорил со мной и показал, куда идти.
Хлопнула в ладоши, как бы демонстрируя свою осведомленность тайной, которую от меня скрывали. Хотя никто ничего не скрывал, я просто не спрашивала. Как и в случае с Дарком Хэнтсвортом.
Порой могу болтать — не заткнешь, а когда действительно важно спросить и рассказать, моя болталка отправляется в командировку.
— Снеговик на площади?
Кивком подтвердила уточнение.
— Когда это было? — уголки губ мужчины подернулись в улыбке.
Переводя с эмоционального языка на человеческий, она значит примерно: "О, несмышленое дитя! Да снизойдет просветление на твою голову, да прибудет с тобой знание священное, скрытое от чужеродных". Перевод вольный.
— Сразу как ваш Дарк мать-его Хэнтсворт выставил меня за порог, а еще раньше я свалилась из портала в его спальне.
Кажется, этих деталей я прежде не озвучивала… Ну да ладно. Тайное все равно рано или поздно становится явным. И никакая это не тайна вовсе.
Редбронт с ироничным смешком покачал головой.
— Мир с тобой разговаривал, а ты считаешь, тебе здесь не место!
— Я так не говорила. Погоди-погоди, то есть как? Типа снеговик — это Эльсинор?
Что за бред больной фантазии? Нет, я вполне могу попытаться принять факт существования вампиров, ведьм, демонов, кого-то еще. Могу, пока нас разделяют километры. Но говорящий мир! Просто за гранью реальности.
— Все знают, что любимая форма Эльсинора — снеговик.
Да, конечно. Пожимать плечами с будничным тоном каждый может, когда знает то, чего не знают другие.
— Не все, Редбронт. Не все! Так, ты можешь написать мне, какие еще сюрпризы скрываются в вашем мире?
Помощник на секунду задумался и рьяно затряс головой.
— Нет-нет-нет. На это уйдет уйма времени.
— Ну Редбронт, — протянула заунывно.
— Познавай в процессе жизни. Я пошел, Искристой ночи!
— Предатель! — крикнула в стремительно удаляющуюся спину. — Ленивец! Эх…
Надо возвращаться домой. Прорваться сквозь закрытую грань, или что там еще… Топором прорубить, если придется.
Вылечу из Отбора и сразу отправлюсь на поиски "двери". Если с той стороны смогла выйти, значит и войти смогу. Надо только проход отыскать.
Лишь бы он не оказался задним.
Почему бы не побыть откровенной с самой собой? Там, в моем мире, у меня, по большому счету, ничего нет. Две подруги, с которыми перекидываемся сообщениями время от времени. Наверняка они до сих пор не заметили, что я пропала. Родители… Да, они будут беспокоиться, переживать, искать, но мы никогда не были крепкой, дружной семьей. Они знают о моей жизни не больше, чем я об их. Главным и по-настоящему близким человеком для меня всегда была бабушка. Тяжесть и боль после ее ухода навсегда останется тупой иглой в сердце.
Мой крошечный мирок заметно опустел и не наполнился, а здесь у меня пока есть Филлия и Редбронт. Да, не навсегда. Всего лишь на время Отбора, но я, вроде как, им не безразлична. Возможно, мне просто хочется в это верить.