Эльсинор. Зажечь искру (СИ)

До Каувер добраться не успела. За спиной раздался приятный громкий голос, извещающий о начале отборов этого вечера, и первыми, как ни странно, предстояло быть претенденткам Хэнтсворта.
Из ниоткуда рядом со сценой появился Монтрер, сосредоточенно наблюдая за приближающимися девушками. Поймала взгляд конферансье. Он легким кивком указал на участниц, безмолвно требуя присоединиться.
Прекрасно! Пора с этим поскорее покончить.
— Пройдемте, — конферансье указал на неприметную дверь в окружении высоких цветов.
Я замыкала строй, заметила небывалое воодушевление толпы, заглядывающей за спины девушек.
Да, Хэнтсворту удалось превратить отбор в местное развлечение.
— Доброй Искры, леди! — мягко начал Монтрер, дожидаясь, пока все выстроятся полукругом напротив закрытой двери.
— Вы все справились с первым испытанием, с чем я вас искренне поздравляю. Сейчас лорд Хэнтсворт выберет тех, кто, по его мнению, достоин пройти в следующий этап. Безапелляционный голос остается за Искрой. Богиня может не согласиться с решением лорда, и тогда мы это увидим. Те из вас, у кого по итогу в кулоне не загорится искра, к сожалению, покинут Отбор. Лорд Хэнтсворт, — конферансье открыл дверь, — прошу.
Любопытные лица в зале выглядывали из-за плеч друг друга, стараясь разглядеть как можно больше, а ведь смотреть пока не на что.
Жадные до зрелищ…
Интересно все же как жених выглядит. Старый или молодой? Скорее, слишком молодой и не хочет связывать себя узами брака. Или убежденный холостяк?
Впрочем, какая разница? Давай, Хэнтсворт. Яви себя, наконец. Хочется узнать, ради кого затевалось шоу.
— Ты? — вырвалось у меня на почве эмоционального всплеска.
Дарк мать-его Хэнтсворт обвел девушек безразличным взглядом, задержал свои сверкающие зрачки на мне.
Уголок губ подернулся в совершенно издевательской недоулыбке. Легкий кивок в дополнение, мол, приятно познакомиться.
Ни черта не приятно. Я могу снять свою кандидатуру с Отбора добровольно?
— Озвучьте ваше решение, — Монтрер продолжил свое дело, но перед этим удостоил меня грозного взгляда.
Я не пытаюсь сорвать мероприятие, я хочу его покинуть. Без скандалов и эксцессов.
Жених не усложнял себе жизнь запоминанием имен невест, указал на девушку с противоположной от меня стороны.
Миловидное лицо вытянулось от удивления, накрашенные губы сложились в беззвучное "о". Дурочка, радуйся! Это должен быть самый счастливый день в твоей жизни.
— Вы хотите отпустить сразу двух девушек? — вопрос Монтрера вырвал из размышлений.
А кто вторая? Я задумалась. И, похоже, не зря. Все лица обратились ко мне.
Я? С радостью!
Потянула цепочку наверх. Губы растянулись в неконтролируемо довольной улыбке.
Монтрер озадаченно кашлянул, привлекая к себе внимание не менее удивленных девушек. Дарк с вечно хмурым лицом тоже перестал жечь во мне дыру. Десятую по счету. Или сотую.
— Диана, наденьте кулон, мы еще не закончили, — деликатно попросил конферансье.
А раньше сказать? Зря камень из волос выколупывала, весь запутался.
Ладони Монтрера сошлись вместе в молитвенном жесте. Он беззвучно пошевелил губами и повел взгляд по кулонам. Они загорались один за другим, кроме той девушки, которую "выгнал" Хэнтсворт. Он держался уверенно, ничуть не сомневаясь, что Богиня согласится с его решением.
Так, на счет "три" посмотрю на свой.
Раз… два… три…
Е-ху! Не горит. И не надо! Чтоб вы знали, Искра или кто там еще — ваши Отборы это, конечно, полная хрень.
Снова потянула цепочку через голову. Камень замельтешил перед глазами и начал мигать. Как в первый раз.
Нет, мне точно достался бракованный фонарик.
Постучала ногтем по кулону. Его коротнуло несколько раз, и он потух. Слава всем, кто бы там ни был.
Сняла, наконец, кулон, и протянула Монтреру. Дарк пригвоздил меня к месту гневным взглядом, а я не сдержалась и выругалась вслух.
— Да чтоб тебя!
Она издевается?
Искра, вы издеваетесь?!
Камень сиял бледно, тускловато. У других девушек огонек горит нормально, а у меня, можно подумать, и не горит вовсе. Но все видят, что свет есть.
 
— Диана, наденьте кулон, — мягко попросил конферансье, удивленный моим рвением сбежать отсюда. — По непреложным правилам решение Искры не оспаривается и не обсуждается. Диана Котеева, вы продолжаете участвовать в Отборе.
Этих слов оказалось достаточно, чтобы на время отключить слух. Монтрер говорил что-то еще, вторая девушка отдала кулон, а я чувствовала каждым миллиметром тела убийственный взгляд. И не только взгляд, а лютое желание. Закопать. Стереть с лица Эльсинора.
Девушки направили все свои флюиды на Дарка, а этот демонюка был слишком занят мысленным расчленением меня, чтобы это заметить.
— Второе задание вы получите завтра, а пока можете отдыхать, — Монтрер с улыбкой проводил участниц в зал.
Мотнула головой, прогоняя оцепенение, и вышла последней.
Гости рассматривали нас с жадностью журналистов. На лица им было плевать, все смотрели на кулоны. С удовольствием выбросила бы его куда-нибудь. В фонтан. Чтобы никогда больше не мигал.
Нет, какова эльсинорская ирония: я свалилась в доме мужика, к которому случайно попала на отбор невест. Начинаю понимать фразу: "Это Эльсинор, здесь ничего не происходит просто так".
— Поздравляю, — сбоку нарисовалась Каувер, возвращая в состояние нервозности.
— С чем? Я, если помнишь, пошла на Отбор из корыстного интереса.
Тяжелая свинцовая шаль опустилась на плечи — по-другому не описать. Захотелось согнуться, ссутулиться, хотя бы сесть.
Каувер смотрела мне за спину не моргая, и залпом опрокинула в себя бокал с шампанским.
— Извини, — бросила она и… сбежала.
— За что? — недоуменно всплеснула руками и развернулась.
Я бы хотела навсегда стереть из памяти одно единственное лицо. Остальные меня в целом устраивают.
Дарк Хэнтсворт. Недоделанный жених, исключительно злобный человек и демон, чья роль в Эльсиноре важна. И мне каким-то немыслимым образом предстоит с ним сотрудничать, иначе все детективные истории просто не имеют смысла.
— Корыстный интерес? — прошелестел он змеей и вцепился в предплечье.
— Невежливо хватать девушку, — заявила холодно. — Особенно прилюдно.
Рядом стоящие дамы обратили к нам любопытствующие лица, благо большая часть занята выжиданием решения следующего демона.
Дарк наигранно улыбнулся во все стороны и, стерев с губ всякое подобие улыбки, потащил меня через весь зал на выход.
Спину провожали липкие взгляды, противные и неприятные. На подобные картины у людей прекрасная память, эту выходку запомнят все.
— Отпусти, — зашипела, впиваясь ногтями свободной руки в его кисть.
Он не слышал или не хотел слышать, упорно тащил в неизвестном направлении. На золотистой коже проступили алые капли — я старалась, а ему хоть бы что!
— Разве твоя кровь не должна быть черной? — шипела я, еще немного и ядом плеваться начну. — Подстать душе.
За пределами зала беззвучно и неслышно сновали официанты. Они покосились на нас и продолжили движение, некоторые с заметным замешательством. Конечно, наверняка не каждый позволяет себе поведение, подобное Хэнтсворту.
Дарк толкнул вычурную дверь и грубо затолкал меня в комнату.
Переговорная или чей-то кабинет: небольшой диванчик, посредине стол и несколько кресел, у стены стеллаж, за стеклом несколько статуэток и редко натыканные книги, на полу тумба, похожая на мини-бар.
— Сядь, — меня подтолкнули к креслу.
Застыла посреди роскошного бежевого ковра с золотым тиснением.
— Невозможно, — мотнула головой с невеселым смешком. — Невозможно тебя терпеть, Хэнтсворт. Ты опозорил меня, тащил как девчонку на глазах у всех!
Эмоции вернулись к памятному разговору в столовой Филлии.
Я как зеркало — какие эмоции получаю, такие и отправляю в обратный полет.
— Откуда столько ненависти к человеку, который тебе ничего не сделал? Ты настолько слаб, что мстишь кому-то в моем лице?