Эльсинор. Зажечь искру (СИ)

— Слушай, в чем твоя проблема, м?
— Моя… проблема? — переспросил он, будто не верил в услышанное.
Я откинулась на спинку, увеличивая расстояние и почти копируя его позу. Расправила плечи, невольно выпятила грудь и задрала подбородок.
— Да, твоя… проблема. Ты возненавидел меня с того момента, как я попала в твой дом, а ведь это произошло случайно.
Отзеркаливание всегда дает потрясающий результат: либо остро негативная реакция, когда отражение демонстрирует недостатки оппонента, либо позитивная. И если с другими срабатывало безотказно, с Дарком же…
Реакция последовала, да. С насмешливым превосходством.
— Случайно в Эльсиноре ничего не бывает, запомни наконец. Ты играла с магией.
— Я понятия не имела, что она существует, — не заметила, как в голосе прорезалась ответная ненависть.
— Стоило догадаться. — Глаза напротив зло сверкнули.
Тягучее напряжение в воздухе заполняло легкие ядом. Отравой в чистом виде.
— В моем мире ей нет места, там все просто и понятно.
— Поэтому ты столь быстро погрузилась в наши реалии? — еще более злобный вопрос.
— Ты вздумал обвинять меня, что не упала под первым же забором и жалобно не заскулила? Что не поддалась панике, отринула все мыслимые и немыслимые убеждения, оставила только "здесь и сейчас" и пытаюсь жить полноценно, — в этом моя вина?
В какой момент я перешла на крик, не знаю, но свидетелей тому не было. Кроме Дарка, кому мой гнев и предназначался.
Когда Филлия покинула столовую, не заметила и глубоко в душе поблагодарила ее. Нет желания, чтобы кто-то еще все это слушал.
— Отбор — твоя попытка жить полноценно?! — Дарк оскалился в ответ.
Теперь он отзеркалил мою позу: оба уперлись ладонями в край стола, смотря друг на друга, как быки на красные тряпки. Наша коррида может закончиться смертельно.
— Может, помоги ты мне сразу, хотя бы объяснил нормально, где я нахожусь и что мне делать, я бы не влезла в чертов отбор! Какое вообще тебе до него дело? Чего ты прицепился с этим отбором?!
Кулак ударил по столешнице. Рябь прошла по цельному дереву. Чашки, ложки, вилки задребезжали. Вода в прозрачной вазе всколыхнулась.
Вот так… мощь. Точно демон. Или дракон. Или оборотень. На вампира совсем уж не похож.
Его рука взметнулась. Сердце пропустило удар в испуге. Втянула шею, зажмурилась, готовясь к боли, хотя никто и никогда не смел поднять на меня руку.
Щеки обожгли цепкие пальцы. Не больно, но до брезгливости неприятно. Напоролась на злой взгляд в жалких сантиметрах от лица.
— Ведьмы тебя послали? — Слова хлестали холодом. — Отвечай!
Опять! Он что, издевается?
Отбросила его руку и отшатнулась назад.
— Какие, к черту, ведьмы?! Меня никто. Никуда. Не посылал!
Крепкие ладони вновь саданули по столу, вызывая очередную волну дребезга посуды.
Псих! Чокнутый, ненормальный. Бросается с обвинениями, руки распускает. Видеть его не желаю! Никогда больше.
— Информация будет вечером, — заявил он и резко, едва ли не ураганом, исчез из столовой.
Я выдохнула и запустила пятерню в волосы.
Жуть, а не утро. И ни черта оно не искристое! Скорее пламенное. Бомбанутое!
В проходе нарисовалась Филлия. Она в привычной манере закусила дужку очков и наблюдала за моими невидимыми попытками унять бешеное сердцебиение.
Отвела взгляд. Наверняка весь дом слышал наш "любезный" разговор.
Стыдно. Немного. Сочтут меня несдержанной истеричкой.
— Знаешь, в Отбор не попадают случайно, — проникновенно заговорила смотрительница. — Так было нужно.
— Кому? — спросила куда резче, чем следовало. — Простите. Я не хотела.
Филлия сдержанно улыбнулась одними уголками губ.
— Для чего-то тебе, зачем-то Хэнтсворту. Ничего не происходит…
— Просто так. Да. Я в курсе.
Шлепнулась на стул, бессильно подперла голову рукой.
— Я ведь его даже не знаю, этого Хэнтсворта.
Глаза смотрительницы хитро блеснули в рассеянных солнечных лучах, заглянувших в окно.
— А Дарка?
— Не произносите при мне это имя, — процедила холодно и добавила более мягко: — пожалуйста.
 
Филлия снисходительно хмыкнула и элегантно опустилась на стул, кокетливо покачивая ножкой.
— Задел? С ним всегда так. Он находит самые незащищенные участки нерва и цепляет их, вытаскивая наружу.
— Вас это вдохновляет?
Упоение, с которым она говорила, по-настоящему пугало.
— Послушай, Диана. Дарк не плохой, он лишь производит жуткое впечатление, но…
— Но внутри он добрый и пушистый, — закончила в издевательской манере и получила отрезвляющий жесткий взгляд Филлии Бикфуст.
Мгновенно подобралась, напрочь позабыла про иронию и сарказм.
— Нет. Он не добрый и не пушистый, как ты выразилась, но за тех, кто ему дорог, он будет стоять до конца.
— Зачем вы мне это говорите? Я не собираюсь иметь с ним никаких дел.
— Придется, — решительно отрезала Филлия. — Если целишься в детективы, без Дарка ты ничего не добьешься.
Я скрипнула зубами. Идея с расследованиями больше не выглядела привлекательной.
— Ладно. Возможно, дела и будут. Но мне откровенно плевать, кто ему дорог и как он за них "стоит".
Аппетит был безнадежно утрачен, на весь остаток дня "наелась". Эмоциями.
У края лестницы на второй этаж натолкнулась на Редбронта.
Куда он постоянно исчезает?
— Все в порядке? — учтиво, даже слегка обеспокоенно, поинтересовался помощник.
Наверное, этого вопроса мне не хватало.
— Да, в полном. — Со странным опустошением присела на нижнюю ступеньку.
Будто все эмоции вытекли. Ручьем или напором, но — пуф! — и их не осталось.
— Я знаю разгадку, — заговорщицки произнес Редбронт.
— Правда?
— Меня оскорбляет твой скепсис.
И чего все такие нежные с самого утра? Хоть рот зашивай. Запереться и сидеть в комнате, чтобы никто ненароком не счел саму мою суть оскорблением.
— Извини, но мне на сегодня хватило претензий, — пробормотала вымученно. — Ты узнал, где ключи?
— Ключ — это слово.
Он приподнял брови, ожидая моего озарения.
Слово?
Как там говорилось в загадке…
"Хранит Измаил
четырнадцать бриллиантов
в своем сундуке.
Он предложил
отыскать ключи
на языке".
Ключи на языке…
Хлопнула себя по лбу. Святые мандаринки, какая же я дура. Это ведь очевидно!
— А само слово зашифровано в рассказе, который Измаил нам любезно поведал, — заключила уверенно, потирая ладонями лицо.
Все оказалось проще некуда.
— И слово это — "Эльсинор", — многозначительно произнес Редбронт.
— Эльс… погоди, почему? С чего ты взял? Мир в истории не упоминался, я точно помню.
— Мир, созданный братом и сестрой, и есть Эльсинор. — Помощник подмигнул и развернулся, чтобы уйти.
— И что мне с этим делать? Как передать ответ?
Редбронт притормозил на долю секунды.
— Напиши на пергаменте под загадкой!
Отлично. Записать. А дальше? Отправить почтовым голубем? Если здесь такие существуют.
  
Глава 8
 
Обошлось без голубей. Написала ответ на загадку, слово налилось изумрудным цветом, мигнуло, растеклось по бумаге ядовитой зеленью и растворилось, будто его никогда и не было.
Пожалуй, это второе слишком явное свидетельство магии. Первое — мое попадание сюда, но глазами я этого не увидела, попала и попала.
Нет, было еще... Волшебный снеговик на площади, порталы в Ратуше, летающие кареты без крыльев и лошадей, теперь исчезнувшее слово.
Чуда больше, чем я думала. Вернее, совершенно о нем не задумывалась, а стоило бы. Оно повсюду. Но пугает даже не это: я его не замечаю. Не обращаю внимания на волшебство, хотя прежде считала полнейшим бредом либо умственно-больных, либо умственно-отсталых. И те и другие для меня не авторитеты, поэтому я, как всякий здравомыслящий человек, верила в его — чуда — невозможность.