Яга против Кощея (СИ)

– Да не знаю я ничего! Кто здесь яга, а кто баба, мне неведомо. Жила себе спокойненько с братом в другом мире. Вдруг его похитили, меня сюда шантажом заманили. Теперь сижу и жду у моря погоды, когда они тут разберутся со своими проблемами. Вот как-то так. Только это не повод из меня барбекю делать, я же живой человек!
Змей пару минут смотрел на меня, прищурившись, а потом изрёк:
– Больно надо. Кожа да кости, а в словах столько злости. Невкусная сто пудов.
– Ну, раз барбекю отменяется, вези меня обратно.
– А если не повезу, что делать будешь? – подначил меня крылатый гад и с интересом уставился в ожидании ответа.
Однако… 
– А ничего делать не буду! Сяду на пенёк и буду Кощея ждать. Небось, леший ему уже всё доложил о твоём самоуправстве. Что ты приказ нарушил, ценного свидетеля умыкнул. Смекаешь? Тебе, может и не страшно, я не в курсе, в каких вы с местным царём отношениях. Но, судя по его виду, он может не только шкуру спустить, но и барбекю без труда приготовить даже из такой громадины, как ты.  Так что сам решай, едем или нет.
– А ты у нас самая умная, что ли? Сразу Кощеем припугнуть решила. А как же слёзы, мольбы и прочие унижения?
– Не дождёшься! Да с тобой этот номер и не прокатит, а клоуном работать не нанималась. Если я сюда по ошибке попала, это ещё ничего не значит. Вот обживусь немного, тогда и устрою вам тут сказочную жизнь.
– Ух, напугала! А кто такие клоуны, кстати? Скоморохи, что ли?
– Типа того! – огрызнулась я вконец обозлённая.
Не повезёт – ну и ладно. Пешком пойду! Авось чутьё на полянку родную выведет, или правда Кощей прилетит на своём демоническом коне.
– Ладно, – смилостивился змей. – Залезай, и полетели, а то есть уж больно охота, да дело-то к вечеру. Только у меня к тебе предложеньице есть: зарулим в местечко одно, тут неподалёку. Искупаться хочу! Я туда и летел, да вы меня с мысли сбили. Заскочим ненадолго, а потом – сразу в избушку, да за ужином продолжим нашу занимательную беседу.
Мне ничего не оставалось, как ответить согласием, да меня, собственно, никто и не спрашивал особо.
Обратный полет был не таким стремительным, мне даже немного понравилось, совсем чуть-чуть! Но повторять подобные прогулки верхом на чешуйчатом змее я вряд ли когда-нибудь сподоблюсь. 
Приземлились мы в самой чаще, посередь которой какое-то затхлое болото оказалось. И это здесь змей купаться изволит? Фу, гадость какая! Хотя, кто ж знает, может, тут тина целебная какая или пиявки чудодейственные.
Судя по всему, змей и сам в шоке был, застыл на пару минут, таращась на болото. Пришлось его из транса выводить громким покашливанием.
– Горын, ты чего завис? Купайся быстрее, да полетели, а то как-то это болото уж больно зловеще выглядит.
– А? – недоумённо глянули на меня три пары глаз. – Яга, или как там тебя, какое купаться? Смерти моей хочешь? В мёртвом озере только такой конец и найдёшь. 
– Так чего ты нас сюда притащил тогда? Сам же сказал, что здесь купаться будешь.
– Видно, совсем лесу худо без яги, гибнет всё живое, а ведь ещё неделю назад кикиморы здесь хороводы водили, мавки венки плели да песни пели.
Столько грусти было в словах змея, что и меня пробрало. Это что же такое должно случиться, чтобы хозяйка свои владения покинула? У меня никаких версий на этот счёт не было, да и не моё это дело, хоть и жалость проснулась.
Горыныч неожиданно взлетел и понёсся в обратном направлении.
Вот и родная полянка показалась с избушкой на курьих ножках. А погода-то испортилась капитально, ещё на подлёте к поляне я почувствовала жуткий холод, что сковал даже сердце. Над самой поляной тучи чёрные клубились, небеса разверзлись проливным дождём, раздался раскат грома, и тут же молния расчертила потемневшее небо вспышкой света. А у самой избы Кощеев конь вороной копытом бьёт да стремена рвёт. Никак гости ко мне пожаловали, и чует моё сердце не к добру это, ой не к добру!
«Сейчас кому-то попадёт, – подумала я. – И даже знаю кому». 
Струхнула знатно. Может, пока не поздно, развернуть моего крылатого змея да сигануть куда подальше? Хотя мысль эта глупая, малодушно сбежать вряд ли получится. Да и чего это мне прятаться? Я здесь вообще случайно оказалась, приказы выполнять и не собиралась. Внутри меня с каждой секундой крепло что-то непонятное и чуждое вместе с решимостью расставить все точки над «и». Не дам себя запугивать и злобу на мне вымещать не позволю! Пусть домой меня отправляют да не впутывают в свои проблемы. 
 
Не успели мы приземлиться, как этот страшный чёрный человек (а человек ли?) выскочил на крыльцо и заорал на всю поляну голосом, от которого оконные стёкла моих хором курьеногих жалобно зазвенели. 
– Я тебе что приказал? Сидеть в избе, леший тебя побери! А ты шляешься неизвестно где и с кем, – плевался ядом Кощей, сверля меня взглядом.
Ну это уже явно перебор. Меня неожиданно накрыло волной ярости, которая моментально затопила страх и прочие эмоции. Глаза заволокло алой пеленой, уши заложило, а внутри словно натянутая тетива лопнула.
– По какому праву ты со мной так разговариваешь? В моём собственном доме! Да чтобы я тебя здесь больше не видела, пошёл вон мертвяк поганый! Вон, я сказала! – заорала на всю поляну.
Голос мой усилился многократно, руки сами делали какие-то пассы. Вдруг поднялся ураган, и Кощея просто сшибло с ног, дверь сорвало с петель, изба на дыбы встала. Меня всю трясло, из глаз молнии посыпались, а я всё кричала и не могла остановиться. 
Кощей, видимо, понял, что сейчас не самый удачный момент приставать со своими претензиями, с огромным трудом поднялся на ноги и, преодолевая сопротивление ветра, стал пробираться к своему коню. 
Наконец, он оказался-таки в седле. Грозный вид его совсем не страшил в этот момент, я не чувствовала ничего кроме ярости и первобытной силы внутри. Но взгляд Кощея не предвещал мне ничего хорошего. А сам царь вовсе не казался побеждённым, а скорее всем своим видом показывал ликование и какое-то предвкушение.
А мне было всё равно, что он там себе думает, надоело бояться и прятаться. Чему быть, того не миновать! Кем бы я не оказалась в итоге: обычной девушкой Яной или могущественной ведьмой с костяной ногой.
  
Глава 8
 
Горыныч догнал Кощея минут через двадцать после бурного прощания с ягой. Решил змей, что сразу под горячую руку разъярённого правителя и по совместительству друга лететь не стоит, а то так и получить можно на орехи.  Ехидно посмеиваясь, змей воспроизводил увиденную сцену раз за разом и всё думал: «А яга-то какая стала, лучше прежней. Да и Кощею в рот больше не заглядывает, как раньше. Пылинки с него не сдувает. Выросла девочка, поумнела. Может, оно и к лучшему, что память ей отшибло».
Сделав морды посерьёзнее и убрав ухмылку с оных, змей завёл беседу с несущимся вперёд Кощеем.
– Кош, да ты чего разошёлся так? Девочку напугал, мне даже как-то неловко стало от твоего поведения. Обвинил её непонятно в чём, никак ревность обуяла? Совсем умом тронулся, что ли? Мы с ней просто полетали немного да поговорили о том о сём, честное змейское. Яна вообще ничего не помнит, судя по всему, и ты для неё вообще никто! Так, мужик какой-то, непонятно из какой сказки взявшийся. А оно ведь тебе на руку: ты бы к ней с лаской да вниманием подошёл, подсобил чем да поухаживал. А ты орать да приказывать давай, взялся опять за старое. А ведь тебе, дураку, второй шанс выпал. Ничему тебя ошибки не учат! 
– Летел бы ты отсюда, Горыныч! Я твоих советов не спрашивал, и нечего меня учить: сам всё знаю, – не оборачиваясь процедил сквозь зубы Кощей.
– Ну и леший с тобой! – обиженно пророкотал змей и повернул в другую сторону.
Кощей даже не оглянулся, так во дворец свой торопился.
На лету обдумывая сложившуюся ситуацию, Горыныч прикидывал, какую выгоду он может поиметь из всего этого.
Все три головы думали сейчас одно и то же: «Эк Кощея от злости скрутило, аж вены на шее вздулись. Слушать не хочет ничего, ну и чудненько. Полечу-ка я своей дорогой, больно мне надо в чужие распри встревать. А к яге в гости слетаю всенепременно, страсть как охота сказки послушать про другую реальность!»