Пусть всегда будут танки
– То есть вы тренировались?
– Да, – кивнул Антон. – Мне нужно привыкнуть к ходу «Лиса» на лунном рельефе.
– И ты слишком крут и дерзок, чтобы уведомлять о своих намерениях службу безопасности корпорации? Типа, что хочешь – то и делаешь?
– Я и есть, – Антон ткнул себя в грудь, – безопасность корпорации. Я рискую жизнью, а не какие-нибудь кабинетные крысы.
– Ладно. А тебя не смущает, что Глухарь сейчас находится в соседней комнате для допросов и сливает тебя без зазрения совести?
Антон криво усмехнулся и мотнул головой.
– Ладно-ладно. – Апазов выставил перед собой ладони, словно хотел защититься. – Глухарь контактировал с агентами корпораций-конкурентов?
– Я не знаю, – ответил Антон. – При мне он ни с кем подозрительным не контактировал. Хотя ребята из его роты – еще те калачи. Ты Чебуратора видел? Весь в татуировках, крайне подозрительная морда.
– А кто такая Вера Максимова? – Апазов положил перед собой визитку, позаимствованную из квартиры танкиста.
– О, она – любовь всей моей жизни! – рассмеялся Антон. – Обязательно скажу ей об этом, если только когда-нибудь она снизойдет до встречи.
– Да уж. – Апазов сухо кашлянул, а потом добавил нечто совсем непонятное: – Великая Разностная Машина «Арены смерти» выбирает самых достойных танкистов.
Он выбрался из-за стола, со скрипом отодвинув стул.
– Ладно. Пусть начальство решает, что с тобой делать, Левицкий.
– Погоди!
Апазов удивленно поглядел на Антона.
– А при чем в натуре мой дед?
Взгляд менеджера неожиданно смягчился и потеплел. Эта метаморфоза была столь неожиданной для Антона, что он даже вспотел.
– Каждый, кто работает в космосе, знает и чтит первопроходцев, – ответил Апазов.
– Да какой он первопроходец! – вспылил Антон. – Он задницы от кресла не оторвал за всю жизнь! Пороха не нюхал!
– Поколение айфонов и танкосимов… – вздохнул, с сожалением глядя на Антона, Апазов. Затем повернулся на каблуках и вышел.
Примерно через час за Антоном пришли Оборотень и Бульдозер. Охрана отпустила танкиста, а Апазов по телефону сообщил, что подозрения снимаются.
– У-у, пся крев! – погрозил кулаком мобильнику Оборотень.
– Слушай, а ты правда решил участвовать в «Траках смерти»? – спросил Антона Верблюд.
Антон переодевался в нормальную одежку и в ответ только неопределенно буркнул, но Верблюд понял это по-своему.
– Ну ты вообще! – Он хлопнул Антона по плечу. – Черт! Настоящий мужчина!
– Ага, – поддакнул Оборотень и поинтересовался у Верблюда: – Мне показалось, или я услышал какой-то звон?
– Не показалось! – оскалился Верблюд. – Это звенят яйца Антона Левицкого, да продлит Аллах его годы!
Антон заправил рубашку в джинсы, накинул куртку и застегнул молнию до подбородка.
– Как там Бычара? – спросил он.
– А что должно быть с Бычарой-Мычарой? – удивился Верблюд.
– Хлопочет о своем человеке? О Глухаре? – И, видя недоумение танкистов, Антон пояснил: – Его ведь загребли вместе со мной. «Товарищ начальник» так сказал.
Верблюд и Оборотень переглянулись.
– Босс созванивался с Бычарой, – сказал Оборотень. – Расклад такой: Глухарь бежал из Лагуны. Куда? Черт его знает. Бычара предполагает, что к кому-то из нелегалов.
– В воду глядеть не надо – списали Глухаря, – хмуро сказал Антон. – Зачем Глухарю было бежать, когда его контракт должен был завершиться со дня на день?
– Этого мы не знаем, – пожал плечами Оборотень. – Но одно ясно – бежал ли он, или же его грохнули, – в любом случае Глухарь во что-то вляпался.
Антон хмыкнул.
В баре оказалось людно. Совсем недавно закончилась трансляция очередного сражения «Арены смерти», и фанаты все еще не могли успокоиться. Почти за каждым столиком и у стойки шли горячие обсуждения и споры. Когда Антон оказался на пороге, разговоры, как в дурном вестерне, смолкли, и множество глаз просканировали его с головы до мысков ботинок. Антон сделал каменное лицо и двинулся к стойке.
– Сынок, – обратился к нему неопрятный мужичок в ярко-оранжевом, с грязными пятнами комбинезоне, который обычно надевают под скафандр, – модифицирую твои «Сестрички» задаром: всего два грамма гелия-3… – увидев, что Антон собирается пройти мимо, мужик поспешил поправиться: – За полтора грамма!
Но внимание Антона уже привлек молодой человек, видом похожий на офисного менеджера, выскочившего в перерыв пропустить чашечку кофе. «Менеджер» поймал Антона за рукав куртки и спросил:
– На «Осе» или на «Лисе»?
– Чего-чего? – Антон рывком освободил руку.
– Профиль заполнить нужно, – пояснил молодой человек. – Каждый участник «Арены смерти» обязан оставить какую-то информацию о себе и о своем танке. Ставки на тех, кто на «Лисе», – выше. На «Осы» вообще ставят неохотно. Будь в курсе нюансов, подпишись на рассылку нашей фирмы! – И «менеджер» с ловкостью фокусника достал из воздуха визитку и вложил ее Антону в карман.
– Купи заряженную краску! – донимал Антона следующий завсегдатай: белокожий, шишковатый тип, похожий на сильно постаревшего колобка. – Я сам заряжаю! Делаю так, – он повел рукой перед носом Антона, словно джедай, – и краска делает тебя неуязвимым для «Рельсотрона». Сделаю вот так, – «колобок» размахнулся, точно гренадер, – и обеспечиваю защиту от «Магмы». Это не просто пасы какие-нибудь, это – мудры и мое биополе. Все точно как в аптеке, плюс – гарантия…
«Колобок» хотел сказать что-то еще, но бородач в замызганном комбезе от души врезал ему под зад.
– У, бесово отродье! – прогудел бородатый, и Антон узнал в нем отца Александра. – Занимаешься чародейством и стяжательством? У меня под носом? Совсем страх потерял, чернокнижник!
Что-то шипя и совершая судорожные движения руками, «колобок» отпрянул к дверям бара. А танковый гуру подхватил Антона под локоть и подтолкнул к стойке.
Бармен поглядел на танкиста «Дозора» и благодушно прижмурился.
– Добро пожаловать в клуб! – бросил он тихо, а затем поставил на стойку запотевшую кружку. – Для «Арены смерти» – за счет заведения.
Антон хмуро кивнул и подтянул кружку к себе.
– Как тебе, сын мой, «Сестрички»? – поинтересовался отец Александр.
– Сойдет, – сказал Антон и с удовольствием утолил жажду.
– Молодой ты да зеленый, – продолжал бородач. – Так и быть, стану твоим мастером. Задаром модифицирую корпус, и свечка за здравие с меня.
– Я должен этому обрадоваться?
– Вот ты ступаешь на новую стезю, – проговорил, оглядываясь, отец Александр. – На стезю «Арены смерти», и кто-то должен стать твоим пастырем, чтобы уберечь душу твою от диавольских соблазнов, коих будет много. Поверь мне, сын мой, я знаю.
Зазвонил телефон, Антон поглядел на экран и сказал с улыбкой:
– А вот, кстати, и Вера. Легка на помине. – Он зажмурился, как довольный кот, и сказал бархатистым голосом: – Жалуйтесь!
– Есть желание смотать удочки на Землю? – без «здрасте» и вообще без каких-либо прелюдий начала разговор Вера.
– Нет, – выдерживая тон, ответил Антон. – Я только вхожу во вкус.
– А ты и впрямь отморозок, – оценила Вера. – Даже более отмороженный, чем о тебе говорили.
– Да, – протянул Антон, – я польщен. И чем обязан?
– Ты не сдрейфил. Глухарь в тебе не ошибся.
– Хм… – Антон покосился на отца Александра, потом на бармена, который тоже держал ухо востро. – Эта птица еще летает?
– Птица улетела в теплые края, – ответила Вера, – но мы обязательно услышим ее пение снова.
Антон ощущал себя опутанным сетью интриг. И это подстегивало в нем азарт.
– Я сейчас в танкобаре на нулевом уровне, – сказал он. – Составишь мне компанию? Здешнее общество меня пока не сильно радует.
Отец Александр меленько перекрестил рюмку водки, одним махом выпил, занюхал темным от въевшегося мазута кулаком.
– Думаю, скоро у нас появится повод встретиться, – ответила после заминки Вера. – Если не оплошаешь на «Арене», я обязательно напишу о тебе в блоге.
– А Великая Разностная Машина благоволит мне? – поспешно спросил Антон, но Вера уже отключилась.