Пусть всегда будут танки
– Ничего, – соврал он. – А что?
– Мне показалось, что ты потерял управление, – сказал Босс. – Восьмерки начал выписывать.
– Не дождетесь. Я в полном ажуре.
– Ладно, – легко согласился командир. – Расскажи тогда про ту мадемуазель из бара. Кто она? Обычная танкогерл?
– Бычара сказал, чтоб я с ней не связывался, – признался Антон.
– Как это? – не понял Верблюд. – Этот шакал угрожал тебе?
– Нет, – поморщился Антон. – Просто предупредил по-дружески. За ней стоит кто-то из «Арены смерти», поэтому девица еще та.
– Вербовщица? – ухватился Босс.
Антону не очень хотелось делиться скудной информацией, которую удалось выудить из ребят Бычары. Какую-то ревность он ощущал, она появилась в комплекте с труднообъяснимой тоской. И желанием взять Верблюда за горло да забить ему в пасть всю «травку», которую удастся найти в Лагуна-Сити.
– А я на Луне ни одной симпотной девчонки еще не видел, – пожаловался Хныка. – Долго нам еще ехать?
– Она представилась критиком, – нехотя сказал Антон. – Я так понимаю, телка занимается анализом сражений в «Арене смерти».
– Ну ничего себе… – только и сказал Босс. Верблюд забористо выругался, Оборотень хохотнул, Бульдозер громко рыгнул в микрофон, а Хныка заныл: «У меня нога занемела!»
– Тогда уж точно с ней связываться не стоит, – продолжил Босс. – Представь, как она сможет изощренно выносить мозг: атаковал не под тем углом, стартовал не на той передаче…
– Снаряды не той системы, – вставил Оборотень.
– Да уж… – хмуро согласился Антон. – Вряд ли мы с ней пересечемся снова.
– Луна маленькая, – многозначительно заметил Босс.
– Это Центр, простите, что вмешиваюсь в вашу высокоинтеллектуальную беседу…
– Пустяки, Центр, – ответил командир. – Говорите, чего хотели.
– Очень мило. Три минуты до контакта.
– Принято «три минуты». Лева, твой выход!
– Понял, Босс.
Перед танками «Дозора» встала невысокая сыпучая гряда. Как фонтаны воды, бьющие над морской гладью, выдают присутствие китов, так тяжелые султаны взбаламученной пыли красноречиво указывали на работу тяжелой добывающей техники. И они находились прямо за грядой.
«Оса» Антона обогнала танки товарищей и уверенно въехала на склон.
– Как обычно – вперед идет самый молодой и задиристый, – прокомментировал Бульдозер.
– А «Сестрички» точно безвредны на таком расстоянии? – раздался плачущий голос Хныки. – Не хотелось бы, чтоб нас размазали по базальту в первый же выезд…
– Хныка, заткнись! – приказал Босс.
Бортовой компьютер порадовал слух Антона мелодичным сигналом, предупреждая о значительном крене машины. Танкист решительно форсировал движки и буквально взлетел на кромку гряды. «Оса» замерла в облаке пыли, чуть наклонившись к противоположному склону.
Два харвестера, похожие на огромные – размером с пятиэтажный дом – утюги на восьми шарообразных колесах, продолжали добычу. Чтобы высвободить содержащийся в реголите гелий-3, лунную почву нужно было нагреть. Поэтому из сопел, расположенных на днище харвестеров и между колесами, то и дело вырывались похожие на стилеты языки голубого пламени. Дальше вступали в дело газоуловители, Антон даже с расстояния отчетливо видел жадный трепет жалюзи на приемных портах. Харвестеры работали, а у их колес суетились танки охраны. Рядом с гигантами они казались оскорбительно мелкими. Антон распознал на мониторе три «Чемпиона», два «Хаунда» и «Лис». Типичный американский выбор. Стальные кулаки, мощный пресс и скорость.
Антон небрежно совместил перекрестье прицела с ближайшей тушей харвестера и нажал на гашетку. «Сестрички» выдали плазменный трассер, противно заныла система охлаждения орудия. С десяток огненных сгустков, похожих на шаровые молнии, ушел «в молоко» – промелькнул над антеннами, которые венчали верхние надстройки харвестеров, остальные же «впитались» в крутой борт.
«Оса» сдала назад. Танкисты «Дозора» рассчитывали, что несколько боевых машин охраны отделятся от основной группы, чтобы преследовать нарушителя спокойствия, и тогда главные силы роты Босса сымитируют атаку и захват одного из харвестеров. А потом, наигравшись мускулами, они уйдут на территорию «Гелий Про». Возможно, даже принесут извинения за вторжение и провокацию. Но тренировки и учения на Луне предусмотрены не были – слишком дорого, а с чего-то начинать надо было. Гонки друг за дружкой в «песочнице» не давали нужного эффекта. «Гелий Про» против таких маневров не возражал, Дональд Макаров полагал, что конкурентам не следует позволять расслабляться.
Но танкисты «Изотоп-Мобила» не стали играть по плану Босса. Один из «Чемпионов» поднял ствол «Рельсотрона» и саданул в Антона, тот едва успел дать задний ход. Вольфрамовый стержень зарылся в грунт под гусеницей «Осы», выбив столб пыли и мелких камней.
– Никак свежее мясо с Земли… – сказали с сильным американским акцентом на открытой частоте.
– Босс, они меня видят, но преследовать, похоже, не собираются, – доложил Антон.
– А в каком они настроении? – поинтересовался командир.
– Рассержены, – констатировал Антон.
– Эй, на «Осе»! – обратились к нему «Изотопы». – Есть три предложения.
– Валяйте, – ответил Антон, прикидывая, как ему оперативно смотать удочки, если ситуация совсем выйдет из-под контроля.
– Слушай. В кратере Минакова в пятнадцати милях отсюда пиратствует «Селеннафтагаз», видишь пыль на западе? Это они. Там примерно такие же танки, как и у нас. Можем накрыть их, а гелий-3 поделить. В кооперативе с вами мы справимся. Если же хотите заработать опыт и не закоптить броню, то в двадцати четырех милях на севере наш гелий выжигают нелегалы. У них старье: «Осы» типа твоей, «Хаунды» без модификаций, у командира – битый «Тиран». Оружие – «Шарки» и «Рельсотроны». Не охота, а кусок торта. Весь конфискованный гелий-3 – ваш. Что скажешь?
– А как же третий вариант? – отозвался Антон.
– Третий вариант для тебя и твоих друзей нежелателен. Без обид – у нас контракт заканчивается, мы хотим вернуться домой. Мы бились с «Гелий Про», с «Селеннафтагазом», с контрабандистами, с нелегалами, с гангстерами, поэтому вас, нубов, разделаем под орех. Вам же стоит начинать карьеру с более простых мишеней. Тем более мы не вторгаемся на вашу территорию и ничем вам не угрожаем.
– А ты хорошо говоришь по-русски, – бросил Антон, чтобы потянуть время.
– Язык врага надо знать, – ответили ему.
Антон поменял частоту.
– Ребята, вы все слышали. Какие предложения?
– Пусть ответят за нубов! – просипел Бульдозер.
– Это Центр, – вмешалась корпорация. – Подтверждаем обе цели. Нелегальная добывающая платформа на севере и комбайны «Селеннафтагаза» на западе. Ведущий менеджер рекомендует отправиться на север, мы можем проложить для вас кратчайший курс.
Танки «Изотопов» растянулись редкой цепью. Оба харвестера, выбрав из реголита под собой весь гелий-3, двинулись с черепашьей скоростью дальше. Пылевая завеса стала тяжелее и гуще, раз-два, и она накрыла боевые машины конкурентов.
– Центр, рассчитай нам курс на север, – принял решение Босс. – Лева, возвращайся в строй.
Антон развернул «Осу».
– Как скажешь, командир.
Не прошло и минуты, как вокруг них снова стелилась серая, изрытая кратерами равнина.
– Ну? О чем поговорим еще? – поинтересовался Оборотень.
– Ни о чем, – хмуро отрезал Босс. Командира, безусловно, задело, как его роту отшили «Изотопы».
– Мне скучно, – снова занудел Хныка.
– Хныка, заткнись! – сказали они все вместе и рассмеялись.
Платформа нелегалов напоминала здоровенный зонтик. Внизу центральной колонны находился букет из сопел, стреляющих бледным пламенем. Над колонной был раскинут полупрозрачный купол газоуловителя. «Зонтик» буксировали на тросах гусеничные планетоходы-тягачи. Платформа то взмывала на горячих струях, то плавно падала в низкой лунной гравитации, и тогда тягачи перемещали ее на десяток-другой метров.
– В чем беда от этих штук, они не выбирают весь гелий-3 из реголита, как это делают комбайны и харвестеры, – поделился Центр. – Они просто собирают по верхам, портят нам месторождения. Как черви прямо! Испоганят и бегут в космос. А мы не знаем, что делать с порченым квадратом, вся логистика разработок летит в женский половой орган.