Пусть всегда будут танки
– Да они же нубы! – воскликнул Оборотень.
– Это вам урок – как нельзя воевать, – назидательно произнес Босс. – Никаких лоб в лоб!
А Бульдозер швырнул в экран кусок шашлыка, после чего на «плазме» остался потек кетчупа.
Два «Лиса» «синих» выследили потерявшийся на локации «Тиран» и обрушили на его тяжелую тушу шквал снарядов. «Тиран» с перепуга пальнул из «Магмы» и принял своей же броней шрапнель осколков.
Две «Осы» – «красная» и «синяя» – принялись водить хоровод вокруг пирамидальной груды бетонных блоков.
– «Чемпион» занял позицию на возвышенности… – сообщил Чубакка.
Сверкнул росчерк рельсового снаряда, и «синяя» «Оса», вспахав по инерции траками грунт, уткнулась носом в стену.
– «Синие» – минус один, – подытожил Чубакка.
На машинном дворе среди запыленных, побитых метеоритами корпусов сошлись в битве два «Хаунда» «красных» и два «Лиса» «синих». Туда же стали стягиваться и остальные выжившие. Антон неожиданно понял, что теряет интерес к баталии и что ему уже все равно, кто выйдет из смертельной игры победителем. Сердце повысило передачу и затарахтело быстрее, к лицу прилила кровь.
Антон наклонился к Диане. Принятый коньяк придал ее ушку вишневый оттенок.
– Мадемуазель, – вкрадчиво начал Антон, – доводилось ли вам, часом, гонять на танке по ночному Екатеринбургу?
Диана подавила отрыжку, вытерла губы салфеткой и ответила в том же духе:
– Что вы, что вы, сударь! До сего дня – увы, ни разу!
– Соблаговолите?
– С превеликим удовольствием!
Антон поднялся, помог встать Диане. Подмигнул компании и повел девицу к выходу.
Они пересекли дискотечный зал и вышли на свежий воздух.
– А ты вообще как сам? – со смехом спросила Диана, когда они спустились с крыльца. – Тебе за руль можно? Дорогу хоть видишь?
Антон остановился, чтобы помочиться на заднее колесо ближайшего автомобиля. Это оказался «Лексус» с московскими номерами.
– Нормуль, – ответил танкист, глядя в звездное небо. – У меня нет руля.
– А то я очкую: еще увезешь в Тверь! – Диана прыснула, оперлась, чтобы не упасть, на новенький «мерс», вызвав у противоугонки истерику.
– Я – профи, – успокоил девицу Антон.
Они забрались в кабину. Вообще, «Оса» рассчитана на одного человека, но позади водительского кресла имеется закуток – не шире полки в железнодорожном вагоне, – в котором уставший танкист мог бы притулиться с баночкой пива и планшетом. Такой «роскоши» на обычных «земных» танках, само собой, не было. Диана забралась на узкую сидушку, уперла ногу в туфле с высокой шпилькой в подлокотник кресла Антона.
Импульсный двигатель ожил, «Оса» вздрогнула, словно живая.
– Поехали!
Танк взял с места в карьер. Вспахал гусеницами газон со свежей травой, выехал на дорогу. Со всех сторон принялись сигналить автомобили, но Антону было плевать. Повернувшись к Диане, он сообщил:
– Прикинь, почти на такой же «Осе» мой дед гонял на Луне!
– Ух ты! Дед – космонавт! – восхитилась Диана.
– Нет! Не космонавт! – «Оса», заехав правым траком на тротуар, обошла автомобильный затор. – Мой дед – читер! Сидел в безопасном месте, а его танк – воевал.
– Как это – воевал?
– На Луне была война в конце шестидесятых… – Антон срезал угол.
– Да-а? – изумилась Диана. – А не заливаешь?
Антон снова обернулся к спутнице.
– Ты в каком классе учишься?
– На первом курсе… – смутилась Диана. – Буду учиться… если поступлю этим летом! А какая у тебя пушка? – поспешила она сменить тему.
– Пож-жарка! – выпалил Антон и врезал из огнемета по растущим вдоль дороги приземистым елям. Деревья вспыхнули, словно свечи.
– Обалдеть! – оценила Диана. – Уи-и-и! – Она застучала кулачками по спинке сиденья. – Клево! Елочка, гори!
Но Антон уже переключил внимание на дорогу. По встречной полосе ехал «Лис», едва не прогибаясь под тяжестью рельсовой пушки. На башне «Лиса» угадывался символ корпорации «Изотоп-Мобил» – серебристый кристалл.
– Смотри! – Антон ткнул пальцем в экран и загоготал. – Нацепил хреновину не по размеру и думает, что крутой! Выпросил у старшего брата поносить пушку?
Диана подхватила его смех.
– Сейчас возьмем это чучело на понт! – Антон сымитировал лобовую атаку, вильнул на встречную полосу. Уходя от удара, «Лис» протаранил стоявшую у обочины машину, въехал, перемешав в кашу бетонную дорожку, в сквер.
Антон и Диана согнулись от хохота пополам.
– Это… это его из-за «Рельсотрона» занесло! – сумел проговорить, хватаясь свободной рукой за бок, Антон.
Опозоренный «Лис» развернул башню и взял «Осу» на прицел. Антон перестал смеяться и врезал полный газ. Рельсовый снаряд мелькнул над дорогой и прошил прицеп фуры, спешащей удалиться на безопасную дистанцию от безбашенных танкистов. Из пробоины на асфальт посыпались замороженные куриные окорочка, Диана снова согнулась от хохота. «Лис» вырвался из сквера и устремился в погоню. От тяжести «Рельсотрона» его ход был шатким, как у пьяного человека. Антон мысленно считал – для перезарядки неприятелю требовалось в среднем шесть секунд.
Раз – столкнуть на обочину дряхлый «жигуленок», некстати оказавшийся на пути.
Два – проскочил перекресток на красный, начхав на ГИБДД.
Три – свернуть в проулок и помчать по узкой дороге, снося мусорные баки и распугивая кошек.
Четыре – снова резкий поворот, через дворы, ломая скамейки и тараня стоящие автомобили.
Пять – по лестнице, выворачивая ступени, на набережную Исети.
Шесть – спрятаться между опорами моста. Даже если «Лис» настигнет их здесь, то он лишится преимущества перед пожаркой, которая хороша в бою на коротких дистанциях.
– Он за нами еще гонится? – с азартом поинтересовалась Диана. Девчонка обняла Антона сзади, уперла подбородок в его плечо, впилась глазами в экран, на который выводились картинки сразу с нескольких камер.
– По фигу, – ответил Антон, ловя губы Дианы своими. Девица ловко перебралась вперед, уселась на танкисте, откинулась спиной на пульт, позволяя стянуть с нее тонкий свитер и ажурный бюстгальтер.
Глава 5
Генсек Никита Хрущев требовал, чтобы кинопленки с записями учений с участием лунных танков переправляли ему на госдачу, где он, в кругу родственников и друзей, с большим интересом наблюдал за ходом маневров. По слухам, в те годы среди партийной элиты было особым шиком делать ставки на определенные танки и экипажи. Мы, сами о том не подозревая, становились чьими-то фаворитами или аутсайдерами. Изредка отголоски страстей, бушевавших за кумачовой завесой, доносились до нас. Это были приятные неожиданности: ящик шампанского, именные портсигары, заграничные шмотки. Мы спрашивали: от кого? Нам отвечали: «От ЦК» и делали загадочные глаза, мол, берите молча и идите служите дальше.
Хрущев посетил нас перед стартом масштабных учений на лавовом плато полигона «Северный». Дело было в щедро натопленном, вымытом до блеска спортивном зале местного гарнизона. Генсек прошелся мимо строя – все мы были в успевших надоесть синих тренировочных костюмах – пообщался с командирами подразделений. Потом вдруг остановился напротив меня.
– Как звать? – спросил отрывисто.
– Капитан Василий Левицкий, товарищ Верховный главнокомандующий! – отчеканил я.
– Молодца! – похвалил генсек. – Ну что, Василий, покажем мы им всем кузькину мать?
В тот момент я плохо понял, о чем идет речь. Ведь мы выходили на маневры, а не на битву. Но я не стал задерживаться с ответом.
– Так точно – покажем!
– Жена, детки есть? – спросил строго Хрущев.
– Никак нет, – ответил я, продолжая стоять по струнке.
Хрущев всплеснул руками в жесте искреннего разочарования. Посмотрел в недоумении на заместителя председателя Совмина Устинова, курировавшего военные вопросы, потом – на маршала бронетанковых войск Полубоярова. Те лишь по очереди пожали плечами.
– Непорядок, товарищ Левицкий, – пожурил тогда генсек. – Если лучшие из нас будут уклоняться от такой простой обязанности, что же взять с остальных? Поэтому задание для тебя персональное: до конца пятилетки жениться и нарожать кучу детишек. Иначе с кем нам строить светлое будущее?