Свет из прошлого

– Ну, вообще! Ну, он дает!
Марина встала и нервно заходила по комнате.
– Мам, чего он там?
– Возьми, говорит, кредит или стяни что-нибудь у антиквара! Представляешь?
– Да он вообще ку-ку, мам. Заблокируй его, пусть больше не звонит.
Марина рухнула на диван и заплакала навзрыд. Наконец-то можно было дать волю чувствам, а то вечер выдался ну слишком эмоционально насыщенным. Так больно и холодно стало от всего этого. Оля присела на краешек дивана и положила руку ей на спину. Мать, казалось, и не заметила этого. Оля взяла ноутбук и вышла из комнаты на кухню, чтобы мама побыла одна.
  
С утра Марина проснулась от привычного звука будильника и обнаружила, что она так и уснула, уткнувшись в подушку, которая до сих пор оставалась влажной от ее слез. Она вскочила и начала собираться на работу, но тут вспомнила, что не подготовила вчера договор, который обещала шефу.
– Боже мой! Договор! – Марина схватилась за нечесаную голову, а на душе стало еще тяжелее. – Как же мне теперь в глаза Эрнесту Петровичу смотреть? Ох, Олег, Олег, одни проблемы от тебя, зачем ты мне вообще встретился?
В памяти почему-то всплыли радостные моменты, проведенные с этим мужчиной, которые все же были. Снова очень захотелось плакать, но нужно было срочно приводить себя в порядок и бежать на свое любимое рабочее место и быстренько приниматься за договор.
– Как теперь я перед шефом появлюсь? Я же обещала!
Марина не любила нарушать свои обещания. И сильно переживала, если такое все-таки случалось. С большим чувством вины за невыполненную в срок работу она вошла в антикварный магазин. Ей повезло – руководителя на месте еще не было, и она быстро приступила к созданию договора. Но мысли никак не хотели собираться в стройный ряд. В голове то и дело рисовались картинки с возможными последствиями вчерашней встречи с бандитами, которым задолжал Олег.
– Боже мой! Если бы не Стас! Что же могло произойти? – прошептала она и тут же вздрогнула от телефонной мелодии.
Звонила хозяйка квартиры, которую Марина снимала. Сердце почему-то неприятно сжалось в предчувствии неладного.
– Да, Елена Андреевна, здравствуйте, – как-то обреченно выговорила она.
– Марина, здравствуй! Знаешь, мне нужно, чтобы вы с Олей освободили квартиру.
Что-то тяжелое в груди Марины оборвалось и рухнуло вниз. Образовалась неудобная пауза.
– Марина, через неделю приезжает мой сын. Он будет жить в той квартире. Женился, пока в другом городе учился. Вот, жену привезет с собой.
– Здорово, поздравляю, – попыталась изобразить радость за женщину и ее сына Марина.
– Так, сегодня среда, давай я во вторник за ключами приеду.
Конечно, расстроенная Марина не могла сказать: «Нет, не давайте», поэтому буркнула в трубку тихое и безнадежное «да». Когда она попрощалась с Еленой Андреевной, в приемную вошел Эрнест Петрович. Увидев его, Марина чуть в голос не разрыдалась, ведь договор еще не был готов.
– Марина, здравствуй! На тебе лица нет, что случилось?
– Ох, Эрнест Петрович, я так перед вами виновата! Здравствуйте!
– Виновата? Почему? Что ты могла натворить? – по-доброму посмеялся седоволосый джентльмен со стильной тростью в руках.
– Я не успела подготовить договор, простите меня, пожалуйста!
– Ну ладно, ничего критичного, сегодня успеешь ведь?
– Да, конечно!
– Ну, договор понятно, а провинилась-то в чем?
– В этом и провинилась…
– Ой, Марина, больше напугала меня! Какая в этом-то проблема?
– Обещала же я вчера сделать, чтобы к утру был готов… Просто у меня и вчера, и сегодня такие обстоятельства… – Марина остановилась, не зная, что говорить дальше.
– А сегодня-то что у тебя успело случиться?
Марина тяжело вздохнула:
– Меня выселяют из съемной квартиры. Только что сообщили, что уже во вторник мне нужно отдать ключи.
– Ого! Вот это уже проблематичней, чем договор. Знаешь-ка что, ты так не убивайся. У меня идея есть. Если не брезгуешь, можешь пожить у меня на даче, она очень близко от города, там почти все соседи живут уже постоянно, не только летом. Возвращаются люди к идее обитания в собственном доме да ближе к природе. Автобусы ходят регулярно. Да и я там недалеко дом построил, через несколько улиц. Только на даче той столько хлама скопилось с давних времен, что придется разгрести.
– Да вы что, Эрнест Петрович?! Правда?! Вы мой спаситель, спасибо огромное! А сколько стоит, какая арендная плата?
– Мариночка, какая плата! Живите так! Ты же с ребенком.
– Эрнест Петрович, спасибо! Спасибо! Да ребенок уже подрос, выпускной в этом году.
– Быстро дети растут.
– Ой, не говорите! – Марина не выдержала накала эмоций, слезы потекли по лицу.
– Ладно, ладно, не плачь! От проблем не рыдала, а от радости раскисла! Ох вы, женщины, загадки, да и только!
Марина хихикнула сквозь слезы и затрубила в платок на весь магазин.
– Ладно, давай успокаивайся, сделай нам с тобой кофе, да готовь договор, он мне нужен.
А после работы я свожу тебя на дачу эту, покажу. Вдруг еще не понравится. Тут, кстати, недалеко, так что с тем, чтобы добраться до нашего магазина, проблем не будет.
Он всегда перед сотрудниками называл магазин «нашим», потому что искренне считал это общим делом, а своих немногочисленных сотрудников – командой, уважал и ценил каждого.
В обед Марина позвонила дочери, чтобы поделиться новостями о скором переезде. Та восторга не выразила, но и сопротивлениями нервы матери трепать не стала. К концу рабочего дня, когда все дела на сегодня были переделаны и Марина осталась опять наедине со своими мыслями, она начала думать о том, как сложно бывает узнать, какой человек на самом деле, что собой представляет, и как легко обмануться в своем отношении к нему. В частности, вопрос был о мужчинах. Вот Олег. Она большие надежды возлагала на общение с ним. Строила планы, старалась всегда понять и простить, не наезжать, пока он уж совсем по-свински себя не повел. И взять шефа: он пустил пожить на свою дачу безвозмездно чужого человека, не родственника, не друга, а всего-навсего своего секретаря. Она не ожидала такого благородного поступка. А Стас? Она действительно не считала его стоящим вариантом, в итоге ошиблась. А бывший муж, Олин отец? Марина так его почему-то возвысила, что потом от разочарования лечилась от нервного срыва и уносила ноги с ребенком на руках. Получается, она все время ошибалась? И так и не знала, как понять, кто есть кто в этом мире.
 
Глава 2
 
Волнующие воспоминания
 
Спустя несколько дней Марина готовилась к переезду. Вся небольшая квартира была заставлена сумками, тюками и коробками. Глядя на эти нагромождения, Оля язвила, что тягать все это они с мамой будут неделю, не меньше.
– Нет, дорогая моя, переехать нам надо максимум за два дня! – отвечала ей Марина, а сама про себя тоже ужасалась, что ей с хрупкой дочкой придется поработать грузчиками и качками-тяжеловесами.
Но что поделать, как оказалось, помощь в этом буквально нелегком деле им никто оказать не мог. На Олега надежды, конечно, теперь не было никакой. За эти дни он звонил пару раз, был явно нетрезв, обвинял Марину в малодушии и скупости, угрожал, что вычеркнет ее из своей жизни, если она ради него не возьмет кредит. Почему-то какая-то надежда в душе Марины тлела, что когда он протрезвеет, то все еще может вернуться на круги своя, а может, даже изменится к лучшему. А разум все же подсказывал ей, что надеяться здесь не на что. Но после того, что он выкинул сегодня, Марина сама его вычеркнула из своей жизни. А в его-то она и не была никогда прописана, это стало понятно окончательно.
  
Но Олег, наверное, не был бы самим собой, если бы не отличился дополнительно.
Марина и Эрнест Петрович наводили порядок в торговом зале магазина, когда заявился Олег. Вроде и трезвый уже был, а вел себя отвратительно. В этот момент хозяин как раз ушел за чем-то в свой кабинет. С высокомерным видом незваный гость огляделся вокруг и заприметил коробку недалеко от выхода. Коробка не была закрыта. Из нее торчали какие-то вазочки и статуэтки, а также корешки старых книг.