Ты (не) выйдешь за меня (СИ)
Все-таки не врут люди, мужики лучшие повара.
Быстренько прикинула и мысленно уже собралась на отдых. Тут же себя остановила. Нет желания куда-то идти без Миши. Хоть и не чувствую себя обязанной соблюдать какие-то приличия и носить паранджу, но в свете последних событий все как-то не так идет. Пропало то чувство радости и единения, что присутствовало в наших отношениях в первые дни.
Я понимаю прекрасно, что общее счастье, это не только веселье от совместного препровождения времени, это еще и общее горе, сблизившее нас с Мишей и, вообще, бытовуха, про которую все говорят, и которая меня не пугает нисколечко.
— Маш, ну и ехали бы сами, нафик вам я? Будешь потом на меня дуться. — Начинаю нетактично отказываться.
Обычно, я более вежлива, но сейчас мне не до деликатности.
Пищит домофон. Дверь распахивается перед моим носом. Хорошо, что отошла в сторону, а то бы сейчас отхватила дверью в табло.
— О, привет, цыпленок. — Из подъезда выруливает Пашка и лыбится во все тридцать два.
На ловца и зверь бежит. Киваю ему, продолжая общаться с Машей.
Пижон. В солнечных очках, в белых шортах на волосатые ноги, и майка-борцовка на приличных бицепсах. Он худощавый, высокий, но не дрыщ, есть на что глянуть. Мой Миша хоть и пониже росточком, но покрепче сбитенький.
— А, нет, ты, солнышко, — ржет этот конь с волосатыми ногами. — Жаль, что не мое.
Это он так на мой летний желтый костюмчик реагирует. Маечку и шортики. А теперь аппликацию на груди заметил с солнышком.
Согласна, костюмчик веселый, но чего так бурно реагировать?
Мужик называется, месяц как со службы, а уже инфантильность свою показывает гражданскую.
Приходит другая мысль. 'Да поеду с ними, по-быстренькому поплюхаюсь. Водичка сейчас тепленькая будет. И Машку порадую своим присутствием, а то этот уже пугает неадекватным поведением.
— Ладно, сейчас только полотенце с купальником захвачу. А где встречаемся? — отвечаю в трубку.
— Пашка обещал заехать через полчаса, лови его у себя.
Та уже поймала. В трубку отвечаю другое:
— Да, хорошо. Жди.
Наблюдаю, как Пашка направляется к асфальтовой четырке, той самой чужой под соседним окном. Пищит брелок, клацают замки на машине. Пашка открывает водительскую дверь и собирается садиться.
Молодчик, прикупил уже транпорт.
Я иду следом и «мило» улыбаюсь.
— Эй, ты куда? — окликаю его.
— На кудыкину гору воровать помидоры, — отвечает, ну чисто старый дед, не мог что-нибудь поинтереснее придумать. Пашка морщится. — Мы с Машкой на косу собрались пузики помочить.
— Вот, — ох уж этот назидательный учительский тон, — а меня Машка только что позвала с вами.
— Да? — недоверчиво смотрит на меня.
Но тут звонит его телефон. Он смотрит в экран.
Ага, Машка, значит, перезванивает.
— Да, — отвечает, — уже в курсе, — смотрит на меня невесело. — Хорошо, я понял.
Я вспоминаю, что купальники у меня в чемодане так и лежат в Мишиной нашей квартире.
— Ну что, собирайся, красавишна? — Паша смотрит на кухонное окно нашей квартиры и вздыхает.
— Паш, тут парочку кварталов… Я не дома живу, вернее, дома, но у Миши.
Блин, так стыдно.
— У какого Миши? — на Пашкином лбу появляются морщины-догадки. — А-а, у того, что на море тебя увез, или куда там вы ездили?
— Ну да. Мы с ним вот. — Протягиваю руку с колечком без объяснений.
— Да понял я, понял. — Отмахивается он от меня, как от надоедливой мухи. — Ну поехали тогда, только быстрее.
Он поднимает голову на наши окна и кивает.
— Нет-нет, я только что оттуда, — успокаиваю Пашку. — Меня не нужно ждать, я уже была у родителей.
Пашка призывно открывает пассажирскую дверь и кивает. Обхожу машину и сажусь рядом с Пашкой.
— Показывай дорогу, Сусанин, — командует одноклассник и трогается с места.
Мы едем к нашему дому.
Возле подъезда стоит Мишина машина.
Быстро он вернулся из командировки. Значит, звонил, уже подъезжая к дому. Хитрец.
Звонит мой смартфон. «Миша».
Ага, заметил пропажу наконец-то. Отвечаю.
— Ты где?
— А ты где?
— Дома.
— Да-а? И я дома.
— Да-а? И где? — возвращается мне ироничный тон.
Решаю не дразнить Мишиного ревнивого дракона.
— Выгляни в окошко, дам тебе горошка! — рискованно шучу и выхожу из машины с телефоном у уха.
Не знаю, что может увидеть Миша с высоты своей квартиры, но он видит.
— А ты с кем? — Слышу ревнивые нотки в голосе и спешу тушить пожар.
— Это Пашка, Миш, они с Машей нас приглашают на пляж съездить, поплюхаться в нашем болотце. Давай съездим… Отдохнем? Я устала. — И вздыхаю для пущей убедительности, нажимая на кнопки домофона.
Глава 76
Михаил
Этот тяжкий вздох меня торкает, и я соглашаюсь.
Весь месяц был похож на забег марафонца. Я не знаю, как успевал делать одновременно десять дел, но, кажется, пока успевал. Но вот-вот был готов упасть загнанной лошадью или конем, или жеребцом. Не суть.
Хотя последним я себя уже бы не называл. Наверное, уже нет, бо Люсю свою я уже так часто физически не люблю, не хватает сил. А еще стал замечать, что она будто осунулась, похудела еще сильнее, хоть и так птичка. И глаза как-то потускнели. Не светятся счастьем и радостью, как раньше. А хотелось бы. Замечаю за собой, что скучаю. Не хватает мне моей Люси.
Ну что поделаешь, на мне тоже штаны только на ремне держатся. Упахался я уже. Казалось, еще чуть-чуть и станет полегче и посвободнее, а почему-то не становилось, и наваливались новые проблемы поверх нерешенных старых.
С Сашкой вроде бы уже все стабилизировалось: организм молодой, выползет. По крайней мере, так сказал его лечащий врач. Заявки подали везде, куда нужно, теперь ждали квоту и приглашение из клиники на реабилитацию. Через недельку Сашу уже домой выписывали.
За это время мы сильно сблизились с Таней. Я понимаю, что я ее жилетка. Ну нужно же ей кому-то пожаловаться, что Сашка плохо ест или выполняет через раз медицинские назначения, что раньше времени пытается сидеть и вставать. На руках, в основном. Ноги еще никак не хотели двигаться. Но, зная Сашкин ревнивый характер, я старался все же держаться от Тани на расстоянии. К тому же дома меня ждала любимая женщина. Моя Люся.
— Можно и поддержать компанию, — соглашаюсь с Люсей. — Поднимайтесь уже, пока соберемся.
* * *— Я уже одна поднимаюсь.
Сбрасываю звонок и собираюсь набрать Машку, но телефон звякает сначала входящим сообщением, потом заливается трелью. На экране незнакомый номер, но цифры мне кажутся знакомыми. Все равно сбрасываю. Сейчас эти мошеннические прозвоны достали уже. То сопят в трубку, то службой безопасности представляются картавыми детскими голосами. Набрать Машу не получается, опять звонят. С того же номера.
Ну ты смотри, какие настойчивые.
Снова отбиваю и заглядываю в уведы. «Людмила, возьмите, пожалуйста, это вам звонит Алексей».
Какой Алексей? Ничего не понимаю. А телефон звонит в третий раз. Любопытно. Захожу в подъехавший лифт. Жму на кнопки. Отвечаю:
— Слушаю.
— Добрый день, Людмила, это Алексей вас беспокоит…
Молчит. И я молчу. Голос кажется знакомым, но не могу вспомнить.
Алексей, чуть помолчав, продолжает:
— Мы с вами в Москву вместе ехали, в мае…
А-а-а. Таксист-попутчик. Теперь вспомнила.
Я про него забыла давно. Что ему нужно?
А говорю другое:
— Здравствуйте. Да, помню. Что-то случилось?
— А что, обязательно должно что-то случиться? — слышу хмыканье. — Нет, ничего не случилось. Просто я в Москву на днях еду, хотел спросить, может, вам нужно. Подвез бы. Вам помощь и мне не скучно.
Это что, подкат такой?
А Алексей продолжает убалтывать меня.
— Вам же на работу скоро выходить, сентябрь скоро. Все равно по пути. Ну как-то так. Что скажете?
— Ничего не скажу. Я еще не решила, хочу ли возвращаться в Москву. У меня… изменились обстоятельства…