Ты (не) выйдешь за меня (СИ)

— Я тебя люблю, милая моя, — притягиваю ее к себе и прижимаю.
Нахожу губы и целую. Сжимаю ее пальчики с кольцом и целую тоже.
— И никому не позволю не то чтобы говорить, даже думать о тебе дурно. Пойдем в номер?
— Пойдем. Я уже спать хочу.
Спать? Да щаз! Прости, милая, но спать я тебе сегодня не позволю. И не проси.
  
Глава 69
   
Мы возвращаемся в номер.
Игнорирую взгляд наглого администратора. Он мне ничего не сделал, но уже тот факт, что посмел смотреть на мою Люсеньку так откровенно и нахально превращает его в моего соперника.
Ревниво наблюдаю за Люсей, когда идем мимо стойки. Но она даже не смотрит на парня, а вот он…
Смотрит. Гаденыш. Прямо провожает заинтересованным взглядом до самого лифта.
Я за малым не взорвался.
Какого черта!
Входим в номер, и я не даю шагу ступить моей милой. Подхватываю на руки и несу на постель.
— Миша, ты чего? — пищит она, но не сопротивляется, обхватывает за шею и прижимается крепче.
— Все хорошо, все отлично, — кладу Люсю на постель, нависаю над ней и втягиваю в поцелуй.
Как сладко.
Вкусная моя.
Чувствую ее пальчики на моей рубашке.
Так, лапа, моя, это то, что мне сейчас нужно. С рыком стаскиваю ее синюю блестяшку и откидываю в сторону.
Сейчас я не игривый тигренок. Я тигр.
А Люся моя кошка.
Белье не снимаю, просто сдвигаю чашечки бюстгальтера вниз, ласкаю грудь и приникаю ртом.
— У-у-м, как вкусно… — мычу и ласкаю восставшие пики шершавым языком, чувствую Люсины мурашки как свои.
Даю волю рукам, ощупываю все, до чего могу дотянуться: острые лопатки, тонкую талию, упругую попу, чувствительные бедра.
Цепляю пальцами тонкие трусики. Снова стринги. Тоненькие сексуальные ниточки. Не спешу снимать.
Руки ласкают желанное тело, заставляя его изгибаться под моими ласками, а хозяйку стонать.
Чувствую, как дрожит моя любимая, сам трепещу и тороплюсь. Нужно излить первый пожар нашей близостью, потом будет второй и третий. Даже не сомневаюсь. Я готов сегодня на подвиги.
— Все, Люсь, больше не могу.
Рывком стаскиваю с себя брюки вместе с трусами. Торопливо раскатываю по стволу защиту.
Первая близость проходит сладко и бурно. С рыком кончаю и откидываюсь, ложусь рядом на спину. Не могу отдышаться, сердце взрывает грудную клетку.
Люся тяжело дышит, прижавшись ко мне боком и гладит живот, кладет ладонь на пупочную впадину в опасной близости от моего бойца, уже готового к бою.
На тумбочке запас презервативов. Я очень хочу наслаждаться близостью без них, но договариваться нужно на берегу. Ну не сейчас же я буду убеждать Люсю заделать бэбика. Мы же еще даже заявление не подали.
В Люсиных глазах разгорается пламя желания, и она перекидывает руку через меня, опирается и нависает надо мной. Я понимаю без намеков, чего она желает.
— Миш?
Наездница моя.
Я только за. Помогаю ей сесть поудобнее. Глажу бедра, запуская табуны мурашек по нашим ногам.
Сама натягивает на меня резинку. Смелая моя.
Отодвигает ниточку трусиков в сторону для моего удобства. Помогает мне пальчиками, направляет.
Задерживаю дыхание, боясь спугнуть момент. Начинаю двигаться медленно, постепенно ускоряясь.
Скачем, доставляя друг другу удовольствие. Успеваю погладить и пощупать любимую во всех местах, куда могут дотянуться руки.
Ловлю затуманенный желанием взгляд. В груди полыхает любовный жар, спускается ниже и взрывается ярким оргазмом вслед за выплеском любимой.
Сердце тарахтит, словно оглашенное.
Вытираю ладонью капельки пота со лба Люси, потом со своего.
Подхватываю лапу под попу и опрокидываю на спину, нависаю над Люсей.
Вижу в ее глазах недовольство.
Ишь, ты, понравилось ей доминировать.
Прости, милая, но сегодня я хочу доставить тебе неземное наслаждение.
Я хочу тебя… всю…
Хочу твой вкус на своих губах…
Люся ерзает, дарит недовольные взгляды. Мне слышится даже ее писк, когда нетерпеливо стаскиваю трусики.
Стринги, мать их.
— Пошалим? — шепчу, подмигивая, и смотрю ей между ног, любуюсь налившимися лепестками.
— Миш, ты чего задумал? — пытается она сдвинуть ноги.
На щеках алые пятна. Как я люблю смущать мою Люсю.
Она такая милая, когда стесняется. Но сейчас я не могу себя сдерживать. Я хочу.
— Сейчас узнаешь, — играю бровями.
Замечаю в ее глазах тревогу.
Нет, так дело не пойдет. Меняю стратегию.
Наклоняюсь над ней, упираясь локтями в постель и целую в губы сначала нежно, потом все сильнее и сильнее, углубляю поцелуй, сплетаясь языком с ее языком. Ощущаю дрожь любимой под моими руками.
Ну, нет. Мы так не договаривались. Мне этого мало.
Оставляю губы, легкими касаниями по шее рисую дорожку к груди и обхватываю левую вершинку, всасываю.
Сладострастное «ах» доказывает, что я на правильном пути.
Беру в плен другую грудь, слизываю языком и тоже всасываю, дразня шершавым языком.
Люся подается ко мне, трется животом о мою восставшую плоть.
Потерпи, милая! Сейчас все будет.
Это только начало. А сам еле сдерживаюсь, чтобы не вторгнуться во влажное лоно рвущейся твердостью.
Глажу внутреннюю часть бедра, наблюдаю, как мурашки маршируют по коже, а взгляд снова затуманивается.
Выцеловываю живот, в пупочную впадину толкаюсь языком и громко целую, отодвигаюсь и дую.
Слышу частое дыхание лапы и внутренне улыбаюсь: то ли еще будет.
Опускаюсь еще ниже и целую лобок, ласкаю носом промежность.
Ну что ж, теперь держись, маленькая.
Крепкие мышцы напряглись под моими руками. Но я сильнее.
— Миша, ты чего? — Люся пытается вырваться.
Держу ноги, спускаюсь с кровати и становлюсь на колени.
— Тише, Люсь, пожалуйста, я хочу… Ложись сюда, — тяну за пяточку на край.
Люся замирает и подчиняется. Глаза сверкают страстью.
Закидываю ее ноги себе на плечи, обхватываю бедра. Улыбаюсь и целую внутреннюю часть бедра. Дорожка из моих поцелуев ложится в сладкое место.
Я опускаю лицо туда, прямо между ее ног.
Там средоточие нежности и удовольствия.
Я нежно веду языком по складочкам, нахожу уже возбужденный бугорок.
Отстраняюсь на секунду и любуюсь прекрасным бутоном, раскрывшим свои лепестки для меня.
Жаркая влага капельками покрывает сладкое место.
Втягиваю в себя аромат, самый вкусный и самый желанный для меня.
Играю с клитором, едва касаясь его кончиком языка, и смотрю в глаза любимой.
В глазах горит огонь страсти, сменяется всплесками вожделения и похоти. Порочное пламя так и сверкает в ее глазах.
Не отрываясь, смотрит, как я вылизываю ее промежность, дрожит и стонет в голос, закидывая назад голову.
Да, милая, сейчас. Еще чуть-чуть.
Я стукаю языком по клитору.
Люся вздрагивает и толкает меня промежностью в лицо при каждом моем движении.
— Миша… Ой… Миш…
Слышу полувсхлип-полустон.
Люся снова вздрагивает и пытается вырваться, выгибается, становясь на лопатки. Я едва удерживаю ее ноги.
— Миша, — стонет Люся.
Чувствую ее аромат на своих губах.
Соленая сладость, сладкая соль.
Отпускаю ноги и вхожу в призывное лоно, успеваю сделать три фрикции. Не удерживаюсь на краю пропасти, лечу следом.
Извергаюсь горячо и бурно на Люсин живот. Я не надел защиту.
Стону. И падаю рядом с ней.
Слышу, как стучит мое сердце в унисон с сердцем любимой.
Вытягиваюсь на постели. Обнимаю Люсю и закрываю глаза.
Пытаюсь унять сердцебиение.
Мне так хорошо, как никогда еще не было.
  
Глава 70
 
Людмила
 
Просыпаемся ближе к полудню. Солнечные лучи пытаются пробиться в номер, но рольставни их не пускают к нам.
  
Мы лежим в постели, разомлевшие после очередного коитуса и разговариваем. Вернее, говорит Миша, шутит.
— Ну что, гражданка Белова Людмила Петровна, вы готовы соединить свою судьбу с неким Красновым Михаилом Павловичем? Он выставил претензию, что уже не может ждать, когда одна несносная училка станет его женой.