Ты (не) выйдешь за меня (СИ)

— Мам, пап, мы ушли! — кричит Люся вглубь квартиры, замечает цветы, я про них совсем забыл. — Это мне или маме? — Кивает на букет.
— Тебе. — Протягиваю ромашки в стильной упаковке.
— Мам, цветы в воду поставь, пожалуйста. — Люся, забирает у меня букет, кладет на тумбочку и выталкивает меня на площадку.
  
Глава 45
 
Людмила
 
Гулять с Мишей по родному городу просто счастье. Город реально мне родной, хоть я и прожила здесь всего несколько сознательных лет. Родилась-то я здесь, в городском родильном доме. За месяц до родов папа заставил маму оставить его одного в очередном захолустном военном городке и приехать рожать в цивилизованные условия.
  
Мама до сих пор не может ему этого простить, и одновременно благодарит за то, что сумел приказным тоном отправить маму рожать нас в нормальный роддом, а не в походной палатке очередного гарнизона.
Так что родились мы здесь и первые полгода тоже здесь прожили, а потом уже мама не выдержала без папы и, посадив нас в двухместную коляску, отправилась на Дальний Восток. Ну это если верить родительским рассказам во время семейных ужинов.
Мы с Таней вели себя как мышки и не докучали маме. Спали, в основном. А как был рад отец, когда на его голову свалилось сразу три особи женского пола, причем, две еще в памперсах и постоянно желающие сидеть на руках у единственного мужчины — отца.
Мы идем прогулочным шагом с Мишей по набережной, взявшись за руки, и я ему все это рассказываю. А он внимательно слушает, иногда комментируя и добавляя милые остроты.
«Бог создал женщин красивыми, чтобы их могли любить мужчины, и — глупыми, чтобы они могли любить мужчин».
Кстати, как раз проходим мимо нашей знаменитой Фаины Раневской, несколько шуточек которой он напомнил.
Как же хорошо просто идти и идти вместе. Ощущать тепло его руки, смотреть на его улыбку, слышать его голос. Играть в переглядки, словно подростки. Великовозрастные подростки.
«Люда, ты влюбилась, и если он разобьет твое сердце, то, значит, ты дура и совсем не разбираешься в людях!»
Не сговариваясь, мы добредаем до набережной. Выходим на смотровую площадку.
Море переливается черным золотом под искусственным освещением и лунным блеском. Вдалеке мерцает маяк.
Многолюдно, но мне кажется, мы словно в коконе наших чувств. Нас не волнуют те, кто вокруг нас. Здесь есть только мы с Мишей.
Мимо памятника Петру Великому проходим, стараясь не попадать в объективы фотокамер отдыхающих и туристов.
Свежо. Как бы не было жарко, но близкое море гонит холодные мурашки по рукам. Миша замечает и кладет руку на мои плечи. Прижимает к себе, наклоняется. Его теплое дыхание и мужской аромат окутывают меня. Мне совсем не холодно этим вечером.
Я спускаюсь к морю, снимаю босоножки и иду к воде. После жаркого дня камешки еще не остыли и отдают свое тепло. Прохладная вода ласкает мои ступни.
Миша становится рядом.
— Посоревноваться не хочешь?
В его руках несколько плоских камешков. Миша наклоняется и начинает их запускать. Они порхают над водой, погружаясь где-то там, вдалеке, в набегающие волны.
— С тобой не хочу, — капризничаю.
— Почему?
— С детства не получалось, — жалуюсь ему с видом обреченной.
Миша кидает прицельно еще пару раз, камешки заканчиваются.
— Ну что, куда идем дальше? — отряхивает руки и кивает.
— В кафешку пошли, перекусим.
Да, мы, кажется, нагуляли аппетит. Морской свежий воздух нам в этом помог. Открытая веранда заполнена посетителями, но проворный официант находит нам место. Заказываем еду.
— Люсь, — с набитым ртом обращается Миша, — а давай съездим куда-нибудь отдохнем, ну на море, например?
Я давлюсь.
— Миш, ты сейчас шутишь? От моря к морю?
— Совсем не шучу. Я нашу Меотиду никогда морем не считал, так, болото, ну озеро, на крайний случай, а море, это море. — Миша указывает рукой в сторону моря. — Я люблю свой город, я патриот. — Миша прикладывает руку к груди. — Ну не хочешь к морю, давай в горы, или на Байкал, или Алтай.
— Не, Миш, на Байкал и Алтай в другой раз, а в Сочи можно было бы, давно была там.
Миша оживляется.
— Завтра?
Смеюсь.
— Ну ты быстрый, послезавтра, ага.
  
Глава 46
 
Михаил
 
Но поехать на море нам с Люсей не удается. Начинаются проблемы на моей фирме.
То заказчики не переводят вовремя деньги, и мы не можем вовремя расплатиться с банками.
То в мастерской запарывают целую серию мебели. Обтягивают не той экокожей.
Работники оправдываются: жара, не досмотрели технологические карты, а нам что?
Глаз да глаз за всеми!
Не углядели? Приходится переделывать, а это снова убытки.
Сашка рядом, решаем все проблемы сообща.
К этому всему один приятный бонус: в области открылось еще три мебельных салона и запросили договора с нами.
Мы выходим на новый уровень торговли. Это радует, но появляется один неприятный бонус.
Я сижу в кабинете и просматриваю документы, рабочий день почти подошел к концу. Он у нас ненормированный, да, но мы стараемся придерживаться определенных временных рамок и не засиживаться допоздна.
У Сашки теперь семья. Я тоже почти женатый чел. Кольцо Люсе позавчера прикупил в ювелирке. Долго выбирал, все не мог представить себе ее нежные пальчики со скромным маникюром с моим колечком. Но я упертый, нашел то, что искал. Не сильно дорогое, но такое как хотелось: золотой ободок со вставкой белого золота усыпанного бриллиантами.
Вот поедем с ней отдыхать на море, а мы обязательно поедем, ну не может же продолжаться вся эта катавасия долго.
Ну правда, когда-то же должно это все закончиться?
Неужели всем срочно диваны и кухонные гарнитуры с зеркальными шкафами понадобятся? Вот прямо сейчас, во время летних отпусков?
На отдыхе позову мою Люсю замуж: подловлю момент романтический и позову. Надену ей на пальчик кольцо помолвочное, а свадебные потом вместе выберем.
Наплыв клиентов спадает, и я вроде как выдыхаю. В кабинет заглядывает Сашка.
— О, Миш, ты еще здесь? Слушай, тут клиенты постоянные хотят тебя увидеть, — усмехается как-то криво и, распахивая дверь, отходит в сторонку.
А в кабинет вплывает Аля, та самая Аля, с которой я чуть больше месяца назад полировал новый диван в провинции.
Она тут откуда? Черти принесли на копытах эту перекачанную куклу, не иначе!
В душе поднимается волна негодования. Ну было и было, чего сюда приперлась? Или по другой причине?
Смотрю на ее плоский живот.
Да ну нах… я же точно помню, в презике был, даже минет через резинку делала. Блт. Как отвязаться? Девки в наше время такие настойчивые встречаются, что хоть изначально не связывайся, потом прохода не дадут. Сами себя предлагают, не отобьешься.
Киваю, приветствуя, и ловлю на себе растерянный взгляд брата. Он знает о моих отношениях с Люсей.
Кому радостью поделиться, если не брату?
Правда, про кольцо пока молчу и ему. Секрет.
И вот передо мной стоит мой «случайный перепих», улыбается перекачанными губами, ждет мою радостную реакцию от неожиданной, а для нее, видимо, долгожданной встречи. И я понимаю, что это не только мой «грех», но еще и клиент, и если она здесь, значит, что-то ей нужно не только от меня, но и от нашего предприятия. Ну не могла же она вот так припереться ко мне в кабинет, чтобы предложить продолжить «общение»? Или могла? Хер знает.
Выбирай Миша: послать нахер эту телку сразу, прямо сейчас, и потерять наверняка выгодное предложение, или улыбнуться, поговорить о погоде, угостить кофе и заработать пару тройку миллионов.
  
Они нам не помешают, понимаю. Но флиртовать с этой мадам (что уже мадам-то, знаю точно), это все равно что изменить моей лапе. А фирму подставлять из-за каких-то внутренних моралитетов как бы не по законам бизнеса.
Ну не собираюсь же я ее трахать в своем кабинете? Да вообще не собираюсь, нигде. Так какая тогда это измена? Успокаиваю себя, а на душе нехорошо, словно я этим свиданием с «прошлым грехом» нарушаю нашу с Люсей договоренность, которой в общем-то и не было. Хотя… я ее когда из Москвы домой вез много чего передумал, и того таксиста с розочками не забыл. И это его счастье, что он с розочками был, а не с ромашками. Если бы было по-другому, я на эту сюиту смотрел бы не так. Пацанов в расчет не беру. Малолетки, Люся моя не такая, чтобы детей охмурять.