Барин из провинции (СИ)

— Это «единорог». Четверть пуда. Увы, нынче не стреляет, — ко мне подскочил местный распорядитель Мишина — отставной… да хрен пойми какого звания военный.
— Верно, не стреляет, — степенно кивнул барон. — Семёну Кузьмичу можно верить. Всё-таки старший фейерверкер, совсем недавно вышел в отставку.
Во как! Фейерверкер! Слово мне ничего не говорит. Пиротехник, что ли?
Ну да ладно… Всё равно стрелять из такой махины, пожалуй, небезопасно. А ну как ствол разорвёт? Я читал о подобных случаях… Хотя, может, это было в более древние времена? Жаль, познания мои в военном деле, прямо скажем, обрывочны. Никогда не был любителем исторических домыслов и военной фантастики, а теперь вот жалею: Тимоха иной раз и то больше по части оружия знает.
  
Он, кстати, как раз подошёл ко мне, пока я пировал в компании дворян.
— Есть идея, — сообщил он таинственным тоном. Прокладки женские можно изобрести! Тут, прикинь, их нету! Попрёт такой товар, зуб даю, — горячо шептал он мне на ухо.
— С чего такая мысль? — немного не понял я неожиданного озарения товарища.
— Да был тут с одной… — начал он многозначительно, но тут же махнул рукой. — В общем, не суть. Главное — идея.
— Прокладки — дело нехитрое, их может любой делать: лён, вата да ткань. Но есть одна проблема… Э-э-э… Что тут трусов не носят, ты в курсе? Как они будут держаться по твоему?
— А! Ну да! — расстроенно протянул Тимоха. — Ни у одной, между прочим, не обнаружил! Что же… тогда придётся начать с другого — с трусов. Изобретём сначала их. И тогда уже…
И конюх ушёл, наверное, дальше заниматься модными, научными и коммерческими изысканиями.
Мерзавец какой! Оказывается, он ходит и проверяет, понимаешь ли… И, по его сведениям, ни одна не носит. Вот уж действительно — не жизнь, а малина: кругом крепостные, служанки, да и мещанки, не отягощённые строгими нравами.
Вспомнилось, что была и у меня тут одна дама — не как прочие. Речь о той самой милфе Ирине — статной и страстной вдове. Женщина она с опытом, достоинствами… и, как впоследствии выяснилось, с нижним бельём в виде изящных кружевных панталончиков. Надо бы навестить вдову. По-дружески, разумеется.
…Интересно, всё-таки. Я ведь поначалу всерьёз думал, что в прошлом организовать бизнес — раз плюнуть. Ну, хотя бы светильники делать, газету издавать, или там… прокладки с трусами — идеи-то есть.
Но не всё так просто. То одного нет, то другое ещё не открыли. Технологий — кот наплакал, материалы — днём с огнём, логистика… вообще молчу. Да и народ, скажем прямо, не всегда тебя понимает. Не то чтобы тупы — просто в другом укладе живут.
А ведь я, между прочим, человек образованный. Тимоха — и тот любого местного сделает по части знаний. Но поди ж ты — сдвинуть дело с мёртвой точки всё равно не так-то просто. Как говорится, условия — не те.
С такими невеселыми мыслями иду на стрельбище.
— Что же вам посоветовать, из того, что попроще… Вот, есть совсем свежая модель — казачий пистолет. Подержите, — предложил Пётр, протягивая оружие с видом знатока.
В руку мне лёг вполне обыденный экземпляр: длинная деревянная ложа, без затей и украшений, латунная гарда и массивный затыльник. Весит не больше полутора килограммов, длина — сантиметров сорок, из которых ствол занимает добрую половину. Выглядит строго и незатейливо… даже, пожалуй, бедновато? На миг закралась мысль: а не издевается ли Петя, решив подколоть меня простецким оружием?
Но нет — морда у него серьёзная, взгляд доброжелательный, без тени насмешки. Значит, действительно считает, что мне подойдёт.
— Замок кремнёвый, кремни — сменные, на несколько десятков выстрелов хватит. Вот сюда насыпаем порох… — Пётр ловко зарядил пистолет, прицелился и с грохотом пальнул по мишеням.
Я сам не заметил, как увлёкся: сперва — выбором, потом и стрельбой. Пробовал всё понемногу: и отечественные образцы, и заморские. В итоге остановился на простом, но надёжном солдатском пистолете — модели ещё девятого года. Старый служака, проверенный.
Устройство у него предельно понятное: один ствол, кремнёвый замок и деревянная ложа с минимумом латунного прибора. Никаких прицельных ухищрений, регулировок и иных затей. Всё просто: взвёл курок, насыпал порох на полку, спустил спусковой крючок — и вот тебе выстрел.
Замок, как объяснили, тульской работы — считается надёжным. Спуск у него — не чересчур чувствительный, без излишней резкости. Курок двухпозиционный: полувзвод и боевой — для безопасного обращения, что мне, как новичку, особенно кстати. Рукоять — массивная, ухватистая, удобно ложится в ладонь. Слово «эргономика» тут, пожалуй, никто бы не понял, но я мысленно отметил: оружие продумано военными — просто, грубовато, но с умом.
Немаловажно и то, что пистолет этот вполне функционален. Калибр у него солидный: стреляет тяжёлой круглой пулей весом около семи граммов. На близкой дистанции — десять, максимум пятнадцать шагов — такой заряд обладает внушительной останавливающей силой. А для целей самообороны, когда первые секунды нападения — решающие, мощный убойный выстрел важнее, чем дальность или скорострельность.
Что же окончательно убедило меня в правильности выбора? Пожалуй, именно вес. Да, пистолет тяжеловат, не спорю — около полутора килограмм, если на глаз. При стрельбе чувствуется и разброс, и ощутимая отдача: всё-таки ствол гладкий, а калибр солидный. Но вот в чём парадокс — именно значительная масса оружия смягчает подброс: вес гасит часть импульса, не даёт руке вздёрнуться вверх. А для неопытного стрелка — это вовсе не мелочь. Из тяжёлого пистолета выстрел получается надёжнее: руку не откидывает, оружие не норовит выскользнуть, и сам момент выстрела легче контролировать.
В общем, для Лешки — то, что доктор прописал. Ну, или хотя бы то, что не противопоказано.
Да и стоит он недорого. Покупка обойдётся в восемь, максимум десять рубликов — серебром, разумеется. Считаю, весьма разумная инвестиция в личную безопасность… да и в репутацию тоже: уметь владеть пистолетом нынче не только модно, но и полезно. Господа офицеры выбор мой тоже одобрили и даже похвалили, что не стал понтоваться и покупать «француза», а решил в пользу нашего оружия.
И тут я заметил знакомую мне из будущего вещь! Да я даже название этого оружия знаю. Довелось видеть такой, ну, почти такой, лет на сто старше, но это — точно он. Знаменитый пистолет из которого убили американского президента Линкольна — «Дерринджер»! Вот уж не думал, что их мало того что изобрели, так уже и привезли в Россию.
Небольшой карманный пистолетик, сантиметров пятнадцать, курок сбоку сзади, механизм с задней стороны. Да, он требовал перезарядки после каждого выстрела, но сыпать порох на полку не надо. Вставил в дуло бумажный патрон, надел капсуль, взвёл курок и стреляй.
— Баловство это, господин поэт, — внезапно услышал я знакомый голос Мишина. — Человека из такого не убить.
— Э… из-за океана? — промямлил я, застигнутый врасплох внезапным появлением барона.
— Полагаю, господин Линкольн бы с вами поспорил, — невольно вырвалось у меня.
— Твой знакомец Линкольн, выходит, болван редкостный в военном деле, — усмехнулся барон. — А эта игрушка — подарок моего племянника, он при посольстве служит. А ему достался от американского посла, Генри Миддлтона… Я, конечно, попробовал эту штуку в деле — и что? Не то. Нет в этом оружии ни русской души, ни размаха. Всё как-то у них: мелко, аккуратно… и скучно.
— Да из плевательницы урон весомее будет! — раздалось замечание одного из офицеров, и публика дружно засмеялась.
— Продайте, господин барон! — загорелся я.
  
— Тю, да на что тебе эта безделица? — хмыкнул Мишин. — Впрочем… сегодня ты мне душу разбередил, так что — дарю! Но учти: патронов к ней — с гулькин нос. Вон они все и лежат.
Я бегло пересчитал взглядом — десятка два, не больше. Да и ладно. Мне ж не для войны, а для самозащиты. Хотя Тимоха ратует за обрез, и я уже решил, что два нужно пистоля брать. Обрез? Ну пусть будет и он — дома лежит, например.