Аристократ из другого мира Том 1 и Том 2 (СИ)

А ещё у этой гадюки были большие ножницы…
— Поди прочь, отродье ночи! — пафосно воскликнул я. — Тебе не достанется этот молодой человек ни сейчас, ни потом! Я не позволю свершиться злу, когда оно встречается мне на ночной пробежке!
— Беги отсюда, мерзкий хинин! — прошипела Кутисакэ-онна. — Это моя добыча и тебе не удастся её у меня отобрать! Сейчас я сделаю улыбку этому красавчику, и он станет ещё краше!
Она грозно щелкнула здоровенными ножницами, отчего Шиджеру невольно вздрогнул. Даже скованный параличом вздрогнул! А это показывает, что не такое уж и сильное колдунство у Кутисакэ-онна.
— Нет! Сразись со мной, коварное порождение зла! — продолжал я валять дурака. — Сразись и обрети покой!
— Да беги ты… куда бежал! — раздраженно отозвалась Кутисакэ-онна.
Ясно, ей надоела наша перепалка, значит пришла пора действовать. Я создал из воздуха острый бумеранг и метнул его в сторону стоящих.
— Воздушное Возмездие!
Дальше начался бой на высокой скорости.
Бумеранг пролетает как раз между лицами Кутисакэ-онна и Шиджеру, разрывая связь молний из глаз. Кутисакэ-онна отшатывается и уворачивается от бумеранга, когда он возвращается обратно. Она переворачивается через голову и во мгновение ока оказывается возле Шиджеру. 
Ножницы приставляются к шее замершего аристократа. Шиджеру обмирает. Чуть ли не вытягивается на цыпочках.
— Это моя добыча!
— Воздушное Возмездие!
Теперь уже воздушный бумеранг проходит ближе. Кутисакэ-онна успевает ударить Шиджеру в лоб и вновь уворачивается от бумеранга. Она оказывается на корточках, словно гопник в кимоно. Только семок не хватало, но вместо них были ножницы. 
С клацаньем Кутисакэ-онна сдвигает ножницы и… в её руках они распадаются на две части! Теперь уже она вооружена двумя подобиями ножей.
— Ты совершил большую ошибку, мерзкий хинин, — шипит она.
— Одной больше, одной меньше. Пофигу, — хмыкаю я в ответ.
За один миг Кутисакэ-онна оказывается возле меня. Со свистом половинка ножниц проходит справа от уха, другая рассекает воздух слева от почек. 
Ого! Опасная игра! 
Я уклоняюсь от одного, блокирую другой и отклоняюсь в лучших традициях фильма «Матрица», когда надо мной проносятся сразу две половинки. Кутисакэ-онна ещё и повертела ими надо мной, словно пытаясь поймать быстрого противника.
— Не переиграй, а то отрежешь мне что-нибудь нужное, — шепчу я тихо.
— А ты не размахивай чем-нибудь нужным, — парирует она в ответ и бьет ногой в мою богатырскую грудь.
Удар такой силы, что меня относит на добрых пять метров. Ноги взрывают влажную землю и оставляют две полосы.
— Хинин… Беги… — слышится голос Шиджеру. 
— Ага, беги! — передразниваю я его. — И оставить тебя один на один с этой нечистью? Да ни в жизнь! Трепещи, баба страшная, ибо смертушка твоя вот-вот нарисуется! Раззудится моё плечо, да и наваляю я тебе как… Хек!
Последний возглас я издаю, когда прилетает очередной удар в грудь. Меня три раза переворачивает в воздухе, я с трудом изгибаюсь и вновь приземляюсь на ноги. На этот раз на земле полосы становятся длиннее.
С дерева раздаются пронзительные птичьи крики возмущенных дроздов. Во как, всё-таки разбудили пернатую пару…
— Ты сейчас примешь смерть, мерзкий хинин! — вскрикивает Кутисакэ-онна и швыряет одну из половинок ножниц в мою сторону. 
Металлический росчерк со скоростью метеора летит и вонзается точно в то место, где миг назад стояла моя нога. Я поднимаю брови. Кутисакэ-онна чуть пожимает плечами.
Дальше наша битва походит на одну из анимешных сцен, где грозные противники лупцуют друг друга почем зря. Грозные удары чуть-чуть не доносятся до цели, разрезы на руках и ногах делаются так филигранно, что они только выглядят страшно, а на самом деле не задевают ни одну из важных артерий и вен. Мы прыгаем с ветки на ветку, взлетаем и опускаемся, падаем и тут же прыгаем друг на друга.
И всё это проходит с пафосными вскриками, угрозами, обещаниями кар небесных. Это представление продолжается до тех пор, пока Шиджеру не начинает шевелить пальцами, создавая оммёдо. 
 
Я резко зажмурился два раза. Кутисакэ-онна кивнула в ответ, давая понять, что готова.
Она как раз стояла в удобной позиции, в пяти метрах от ограды, за которой безразличный туман катил свои рваные волны.
— Да будь же проклят тот день, когда ты перешла на темную сторону зла! — вскричал я что было силы, а потом выкрикнул. — Удар Солнечного Луча!
Из моих рук вырвался ослепительный луч. Он заставил Шиджеру закрыть глаза. В это время Кутисакэ-онна сорвалась со своего места и во мгновение ока подставила под Удар Солнечного Луча пластиковую куклу в точно таком же, как у неё кимоно. В тот момент, когда ослепительный луч коснулся груди манекена, взрыв пакет на его груди сдетонировал и образовал ещё более яркий свет. 
Кутисакэ-онна в это время уже заняла моё место засады на ветвях кипариса, наблюдая за тем, как горящий манекен по красивой дуге улетает далеко в воду. Пропитанная бензином одежда не дала воде потушить огонь, так что среди плывущего тумана была видна пылающая фигура.
Я грозно выкинул руку с поднятым пальцем вверх:
— И так будет с каждым порождением зла, которое вознамерится покуситься на человеческую жизнь!
После такого заявления подошел к лежащему Шиджеру и помог ему подняться: 
— Как ты?
— Да более-менее… Ты не видел моих слуг?
Конечно же видел! Я успокоил их и отправил баиньки вон под тем деревом!
— Нет, никого не видел, — пожал я плечами в ответ. — Может быть они где-то затаились? Испугались эту страшную женщину?
Шиджеру огляделся по сторонам:
— Ну, вернутся — поколочу! Дух выбью из обоих! Надо же, кинули своего господина в такой момент!
— Да ладно, может они и не убежали вовсе? Может… подожди, — я сделал вид, что присматриваюсь. — А вон там что?
Не хватало ещё, чтобы из-за меня двоим невинным людям досталось на орехи. Мы сделали несколько шагов и «совершенно случайно» наткнулись на лежащих. 
— Да они спят? — с недоверием спросил Шиджеру.
— Похоже, что не спят, а зачарованы этой страшной женщиной, — проговорил я, косясь на ветви, где застыла «страшная женщина».
— Всё равно, по мордасам получат, — с убеждением в голосе проговорил Шиджеру, а после повернулся ко мне. — А ты молодец… Не ожидал, что вступишься за меня.
— Да я и не знал, что это ты, — пожал плечами в ответ. — Услышал крик и рванул на него.
— А чего ты так поздно тут делаешь?
— Тренируюсь, — вздохнул я. — Скоро же бой против мастеров. Надо быть готовым.
— Да? — с усмешкой сказал Шиджеру. — А ведь я среди этих мастеров… Но знаешь, хинин, я хотел тебя отмудохать за то, что ты такая сволочь и тварь. Ведь много про тебя разных слухов ходит…
— Это я знаю, — отмахнулся в ответ. — Меня хотят очернить все кому не лень.
— Это я вижу, — со вздохом произнес Шиджеру. — Раньше ведь в это верил, даже когда показывали опровержение, то всё равно верил. А сейчас… Сейчас думаю, что я перейду на твою сторону, хинин.
— То есть, ты не собираешься сражаться против меня? — задал я уточняющий вопрос.
— Нет, не собираюсь. Об этом завтра я скажу Камавуре. И пусть будет, что будет.
— Не надо, Яманака-сан, не говори пока никому. У меня к тебе есть серьезный разговор, — ответил я с улыбкой.
Течение уносило прочь горящий манекен. Вскоре клочья тумана окончательно скрыли под собой тлеющие на пластике искорки.
  
Глава 19
 
— Знаешь что, Узумаки-сан, а хватит, пожалуй! Я сегодня планирую хорошенько отоспаться! — потянулся Кичиро Маруяма так, что хрустнули суставы.
Он со своим подручным Юки Узумаки засиделись за документами до позднего вечера. Пришла пора заканчивать. Обернувшись, Кичиро взглянул на скрытое в горе окно. Закатные краски в последний раз мазнули верхушку Фудзиямы и весеннее солнце неторопливо скрылось за горизонтом.