Аристократ из другого мира Том 1 и Том 2 (СИ)

Так как без лидера, которого мы с Норобу успешно запрятали далеко и надолго в строительную кабалу якудзы, в рядах босодзоку начались волнения и грызня за власть, то Мрамор рассудил наиболее мудро и решил пойти на поклон к сильнейшему. Сильнейшим в этом отношении оказался я. А мне как раз понадобились подручные, так как ребят уже не хватало на всё про всё.
И всё-таки рыцари ночных дорог пока ещё не совсем пообтесались и нередко огрызались на приказания старших. Вот это и приводило к стычкам. Впрочем, мои парни, обученные сэнсэем Норобу и лично мной, успешно справлялись со вспышками недовольства. Стычек становилось всё меньше, но порой случались. Вот и сейчас мне показалось, что происходит одна из таких. За Малыша я не беспокоился, всё-таки юность сумоиста сказывалась, да и Мрамору не помешало бы чуть-чуть вправить мозги на место.
— Да там не шишки, они оммёдо используют! — быстро проговорил Тигр.
А вот это уже серьёзнее!
Я подскочил и кинулся к выходу. Следом рванулась Шакко.
Если двое мужчин в драке начинают использовать колдовство, то это означало только одно — они хотели по меньшей мере покалечить друг друга. Покалеченные мне не нужны — корми потом этих глупцов за свой счет. Великовозрастные, а как дети...
Пролетев по базе вихрем, я выскочил на улицу. Неподалеку от входа двое мутузили друг друга, причем бились не на жизнь, а на смерть. Остальные стояли в отдалении, стараясь не попасть под шальной выстрел, но стараясь рассмотреть всё в деталях. Похоже, что ребята успели выпустить друг по другу не одно оммёдо, так как земля вокруг них была перекопана и разбросана по сторонам.
Сэнсэй Норобу спокойно прохаживался поодаль, старательно делая вид, что его вовсе не касаются разборки двух бугаев. Даже поглядывал на небо, как будто старался разглядеть в рваных ватных комьях облаков остатки своей совести.
— Дыхание Болот! — выкрикнул Малыш Джо и выпустил в сторону противника зеленоватый туман.
Этот самый туман выплеснулся из центра ладоней и заструился по земле, двигаясь по направлению к противнику. Сочная трава тут же пожелтела и зачахла в тех местах, где её коснулось "дыхание".
— Разрез Ветра! — гавкнул в ответ Мрамор.
С двух сторон его прикрыли два воздушных щита. Они сложились в форму острия топора, а после рванулись вперед, разбивая оммёдо Малыша на две части.
Бывший сумоист еле-еле успел выставить Водяной Щит, о которое и разбился Разрез Ветра. Впрочем, сам Щит тоже разлетелся на несколько частей. Обломки Щита упали на землю и тут же растаяли лужицами. Два бойца снова застыли друг напротив друга.
Я бросился вперед и встал между ними. Хмуро взглянул сначала на Малыша Джо — он виноват в том, что не смог урегулировать дело словами, а воспользовался кулаками и, тем более, оммёдо. Малыш Джо опустил голову после двух секунд напряжения.
После этой демонстрации признания вины, я точно также посмотрел на Мрамора. Кин дерзко взглянул в ответ. Он не опускал взгляда даже после истечения долгих десяти секунд. Выдерживал характер...
Что же, этого было достаточно для того, чтобы разобраться в ситуации. Мрамор спровоцировал своим поведением Малыша и тот, устав доказывать неправоту босодзоку словами, решил действовать кулаками. А так как Малыш мог запросто накостылять Мрамору, то босодзоку перевел бой на уровень оммёдо.
В итоге мы едва не получили смертоубийство или членовредительство.
— Я правильно понимаю, что ваш спор уже не разрешить словами? — спросил я негромко.
— Босс, мы сами... — прогудел Малыш.
— Да, Такаги, мы сами разберемся. Нечего заступаться за своих друзей! — насмешливо воскликнул Мрамор.
Не сделал к фамилии уважительную приставку, намекнул, что я выскочил защищать друга, сделал укол интонацией... Парень явно нарывался на хорошую взбучку. Вот только зачем ему это нужно? Показать свою крутость перед остальными? Попытаться возвыситься?
Мрамор и драку затеял не просто так... Чего же он хочет? Я внимательно вгляделся в его лицо. А ведь он волнуется! Да так волнуется, что мама не горюй!
 
При волнении происходит покраснение кожных покровов. Вегетососудистая система начинает активнее работать, за счет чего кровь приливает к самым маленьким капиллярам, наполняя их. Это неподконтрольное действие, которое выдает волнение.
Играют «желваки». При волнении мышцы напрягаются, заставляя двигаться скулы. Это чаще выдает мужчин, так как у них мышцы лица более развиты. Раздуваются ноздри из-за частого и неровного дыхания. Волнение провоцирует выработку адреналина, который вызывает учащенное сердцебиение, ускорение дыхания. В процессе этого ноздри раздуваются, чтобы вобрать больший объем воздуха.
И это волнение не после драки — Мрамор чего-то боится. Он бросил вскользь взгляд на своих друзей и я понял, чего именно он боится...
Показать слабость!
— Что же, я и не думаю, что надо заступаться за Малыша. Тем более, что он сам может за себя постоять. Я не хочу допустить только смерти на территории базы. Не нужно тут больше смертей, — произнес я неторопливо, следя за тем, как краска понемногу покидает лицо Мрамора.
Он неправ, но не хочет отступать, так как в этом случае извинения примут за позорное отступление.
Взгляд Мрамора, брошенный в сторону выхода, а также устремленные туда глаза Малыша подсказали предмет спора. Шакко щурилась на солнышко, поглядывая на всё сквозь полуприкрытые веки. Скорее всего пацаны начали разборки из-за брошенных слов Мрамора. Тот что-то ляпнул про Шакко, Малыш потребовал извиниться и вот итог. И если я сейчас начну требовать извинения за его неправоту, то он тоже воспротивится этому. Произойдет ещё один конфликт и я, чтобы не потерять лицо, буду вынужден прогнать его.
Мда-а-а, похоже, что из-за одной особы женского пола могут разрушить не только город Трою. И оба бойца сейчас начнут отпираться и говорить, что это только их дело. Что же, не будем их пытать, но надо взять на заметку, что на базе нужно больше женского пола. Чтобы у мужчин было поменьше соревновательного настроения.
— А смертей и не будет, Такаги-сан, — проговорил Мрамор. — Я по-мужски хотел перетереть одну тему с этим... — он сделал паузу, словно подбирал слово, а потом проговорил, — с Малышом. Поболтали бы ерундой и на расход. Чего разнимать-то?
Всё-таки в этот раз сделал уважительную приставку. Следовательно, мой авторитет для него кое-что да значит. И вроде бы начал успокаиваться. Зато чуть заметно заволновались остальные — своим присутствием я лишал из зрелища, да при том это зрелище было сродни бою за правое дело.
Малыш потупил взгляд, стараясь не встречаться со мной глазами, а вот под возрастающим бурчанием краска снова вернулась на щеки Мрамора. Похоже, что он снова начал закипать. Всё-таки ему надо было выпустить пар...
Выпустить пар, наказать за слова, восстановить честь девушки, не задеть чувства Малыша, не уронить своё лицо... Всё это можно было сделать единственным способом.
— А ты прав, — с улыбкой начал я своё наказание. — Да-да, ты прав, Мрамор! Я не буду заступаться за своего друга и пользоваться положением.
Мой небольшой спич вызвал новое бурление в рядах зрителей. Я заметил проблески улыбки на губах Малыша. Он понял, что если я начинаю так издалека, то явно приготовил что-то для зарвавшегося босодзоку.
— И я смогу накостылять этому толстяку? — Мрамор от радости даже не сразу поверил своим ушам.
— Конечно сможешь. Только не "толстяку", а мужчине средней упитанности. Не стоит переходить на личности и тем самым выказывать свою слабость. Если вести бой, то вести его достойно! И с достойным противником! Хотя...
— Ну всё, мужчина средней упитанности, тебе не сдобровать! — крикнул Мрамор.
— А также не стоит перебивать начальственное лицо до тех пор, пока оно не высказало свою точку зрения, — всё также с улыбкой и негромко заметил я.
— Прошу прощения, Такаги-сан, не сдержал проявления эмоций! — поклонился Мрамор. — Прямо ух как захватило...