"Фантастика 2025-101". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)
Мысли мои лихо извернулись на ровном месте. В свете всего, о чём я размышлял, совсем по-другому можно было посмотреть на обстоятельства рождения княжны Александры Бельской. Очень уж походили те самые обстоятельства на фиктивные роды, под видом которых княгине Бельской принесли младенца со стороны...
Чушь. Чушь и вздор. Мысленно обругав себя за попытку мысленно же нести этакую ересь, я несколько успокоился. Нет, ну надо же было такое допустить! Не вырисовывается, ох, не вырисовывается... Нет, я понимаю, на такое могли бы пойти бездетные супруги, да и то, сначала бы подтвердили невозможность зачатия ребёнка не менее чем у двух, а то и у трёх врачей. И уж вряд ли двое или трое высокоучёных докторов могли бы почти одновременно и одинаково ошибиться. В чём ошибиться? Да в определении той самой невозможности! Напомню, у Бельских через год после Александры родилась Варвара, а ещё через пять лет — Григорий.
Дальше я припомнил свои собственные наблюдения. Да, Александра не очень-то сильно на родителей похожа, особенно на княгиню Елену Фёдоровну, но всё равно же похожа. А уж с княжной Варварой и княжичем Григорием такой вопрос и не вставал, там фамильное сходство прямо-таки бросалось в глаза.
Впрочем, мне в голову пришла идея проверить обстоятельства рождения младшей княжны и княжича, а заодно и мысль о том, как это сделать. Есть же такое заведение, как Кремлёвский архив, и есть товарищ старосты Боярской Думы Андрей Васильевич Левской, который, как я надеялся, не откажет мне в возможности оное заведение посетить. Или, на худой конец, посетит его сам, имея в памяти мою подсказку, что там искать. Кстати, бумаги о рождении княжны Александры там тоже должны храниться — интересно же познакомиться и с официальной версией этого события... Но тут пришло известие от Василия и вместо Кремлёвского архива мы с отцом и дядей отправились в Александров.
Поезд тронулся, мы втроём немного поговорили, и я вернулся к своим размышлениям. Мысленно посмеявшись тому совпадению, что по дороге в Александров думаю о происхождении княжны Александры, я вдруг понял, что версия о том, что Бельским она не родная дочь, при всей своей глупости, была бы крайне удобной и даже полезной. Удобство её заключалось в том, что она прекрасно объясняла, зачем Бельским приобретать через меня родство с дядей Андреем. Ведь если бы кто-то попытался вымогать с них деньги за молчание о тайне происхождения Александры, огласка не нанесла бы им существенного ущерба — в Кремлёвском архиве бумаги о её рождении наверняка в полном порядке и влияния думского старосты вполне хватит, чтобы это подтвердить, а если и дойдёт до расследования, то дознавателя от Боярской Думы он же и назначит. А то и велит передать дознание в Палату тайных дел, которая уберёт всё, что узнает, из открытого доступа. Был уже прецедент с тёткой Ксенией, помню. Там, правда, её записанное по бумагам происхождение не было ни подтверждено, ни опровергнуто, но никаких последствий это не имело, кроме отказа её дочери в приёме в царицыну свиту. [1] Как говорил тогда дядя, князья и бояре — опора престола и потому никаких порочащих сведений о них открытыми не оставляют. Но Бельские, насколько я знал, определить дочерей в ближний круг царицы Анны не пытались. А так — скажет староста Боярской Думы своё веское слово, вопрос на том и закроют. Недоброжелатели, а у Бельских они, ясное дело, имеются, конечно, будут ворчать по углам, но именно что по углам, потому как любые попытки выступить на эту тему публично повлекут за собой преследование за клевету и наговор.
А для меня эта версия, окажись она истинной, была бы чрезвычайно полезной. Да, именно так! Ведь в обмен на благожелательность дяди Андрея я бы, пожалуй, смог выжать из Бельских замену на месте моей невесты Александры на Варвару с сохранением тех выгод и преимуществ, что обещаны нам, Левским, при моём бракосочетании с Александрой. Попутно можно было бы сделать ещё одно доброе дело — заставить Бельских выдать Александру за лейтенанта Азарьева. Эх, а может, мне и правда стоит освоить мастерство вымогателя? У меня бы, пожалуй, получилось...
Я снова мысленно посмеялся. Нет, слишком уж всё здесь складно да ладно, чтобы так было на самом деле. Не бывает так, не бывает. Да, я отмеченный, и особая удачливость мне вроде как на роду написана, но не до такой же степени-то!
Подумавши ещё, я пришёл к выводу, что относительно складности и ладности тут тоже вовсе не настолько всё хорошо, как мне поначалу казалось. Ну сам виноват, не сообразил, перескочив с Поляновой на Бельских, что в записях, похищенных Бабуровым, говорилось-то только об одной Поляновой! Бельские там вообще никаким боком не прислонялись! А я, понимаешь, воспарил мыслями... Нет, пока не найдут и не допросят ту Полянову или как там её, нечего тут себе придумывать. Но в Кремлёвский архив заглянуть всё-таки надо.
Выйдя в Сергиевом Посаде размять ноги, я в своих размышлениях вернулся к поискам Поляновой. Как там было в списке Ломского? «В отсутствие мужа прижила неведомо от кого незаконную дочь»? И сколько же, спрашивается, длилось то отсутствие, если Полянова успела и роман закрутить, и ребёнка выносить, и родить, и пристроить дочку, и оправиться после родов, да так, что вернувшийся супруг ничего не заметил? Именно не заметил, иначе упоминание Поляновой и её дочери в бумагах Ломского никакого смысла не имело бы! Муж-то, выходит, никак не менее года отсутствовал! Военная служба? Вряд ли. В этом случае Полянова жила бы по месту службы мужа, и даже если служил он где-то на краю Камчатки или Чукотки, она бы находилась в ближайшем городе. Служи муж Поляновой во флоте, такое было бы возможно, дальние экспедиции и кругосветные плавания у флотских случаются, но тогда Полянова жила бы в Усть-Невском, Корсуни или ещё где у моря, и Ломские не то что о её грехах, о самом существовании Поляновой понятия бы не имели. Жёны послов и иных посольских чинов тоже обыкновенно отъезжают с мужьями на место их службы. То есть отсутствие какое-то очень уж необычное... А раз необычное, то и обнаружить таковое проще. А найдя тех, кто именно столь необычно отсутствовал, поискать среди их жён будет не так и сложно. Подскажу потом Шаболдину, если он сам ещё не додумался.
Мы вернулись в вагон, поезд тронулся, и мои размышления в очередной раз сменили направление. Убийство Бабурова всё ещё остаётся нераскрытым, и это нехорошо. Да, его уже похоронили, но я же обещал Лиде не только найти останки её мужа, но и выяснить, что с ним произошло... Да и самому знать хотелось бы. В конце концов, ключевого значения раскрытия именно этого преступления для распутывания всего клубка наших дел я не отменял. Вон, только с останками прояснили, а уже сколько всего за тем посыпалось!
Ладно, что Ломский Бабурова не убивал, это мы теперь знаем. Но кто-то же убил! И убил, стоит признать, грамотно, профессионально, я бы сказал. В анатомии я не специалист, но удар ножом под грудину — это, если я ничего не путаю, поражение солнечного сплетения. Получив такое ранение, человек не может ни оказывать сопротивление, ни кричать, и убийце остаётся только добить жертву, что и было проделано двумя ударами в печень. Убийство исполнено не просто технически безупречно, но и крайне жестоко — Бабуров истёк кровью, испытывая страшную боль. То есть тот, кто Бабурова зарезал, убивать ножом не только умеет, но и явно любит. А у нас такой персонаж пока что нигде не всплывал... Непорядок. С другой стороны, даже в воровской среде этот упырь должен выделяться своей жестокостью, и если воришек как следует потрясти, кто-то на такого обязательно укажет. Но это работа для губных, мне тут пока что делать нечего. Моё дело — разобраться, к кому Бабуров сунулся за деньгами. Пока что получается, что к Поляновой, но... Не сходятся тут концы с концами. И ладно, что саму Полянову мы не нашли пока что, но Бабуров-то её нашёл! Вот как ему такое удалось? Тоже вопрос.
А ещё у нас есть убийство Жангуловой, идущее в связке с убийством Бабурова. И вот пустые же людишки, что он, что она, а и таких убивать — преступление закона и Божьего, и человеческого. И потому убийцы их должны быть изловлены и понести наказание. Да, Шаболдин говорил, что собирается тряхнуть Ломского по поводу Жангуловой, но вряд ли там что-то прояснится. Причины убить Жангулову у Ломского, конечно, были — она могла бы рассказать не только про Бабурова, тут доктору особо ничего и не угрожало, но и про связи Ломского с Малецким, а это уже совсем другой оборот. Но вот то, что она могла бы поведать губному сыску про Бабурова, грозило серьёзными неприятностями тому, кто Петра зарезал и бумаги, украденные им у Ломского, присвоил. А вот кто бы это мог быть?.. Вернусь в Москву, попрошу Елисеева потрясти Лизунова посильнее. По Бабурову больше всё равно трясти некого...