Черному коту повезет (СИ)

— Если документ не подписан кем-то из рода Чернокотовых, то он не имеет юридической силы. Вы в курсе? — фыркнул Ежов, — и Тимофей его точно не подписывал.
Я сильно на это надеюсь! Мало ли, что этот придурок мог отмочить, до моего попаданства.
— Да, это загвоздка, — потер подбородок лысый, и паскудно усмехнулся, — но подпись и не понадобится, если род окончателньо сдохнет, верно?
Мы и не заметили, как нас окружили парни в черных костюмах, с холодным оружием наперевес. Вот же! Стоило догадаться, что переговоры перейдут в горячую фазу. Ну, ничего. Я рассеял ману вокруг своего тела, формируя прочный барьер. Всё ж поедание макров солидно расширило мои резервы.
Я ощутил возросшую скорость, силу и ловкость. Мысли неслись, как скорый поезд. А все вокруг казались такими медленными и неповоротливыми, что у меня дух захватывает. Жаль этот режим «форсажа» я могу держать не дольше минуты, но мне хватит. А им и подавно.
Первый напал сзади, целя в спину Макса. Я перехватил клинок голыми руками, сжав его и вызвав резонанс, так, что меч рассыпался, будто был сделан из стекла. Глаза азиата раскрылись так широко, что теперь его можно было принять за русского. Очень удивленного русского. Я вдарил ему в торец с кулака, вбив переносицу внутрь черепа.
Добро пожаловать на больничную койку. На месяцок точно.
Следующий уже шел на меня. Я даже не стал уклоняться, встретил его пинком ноги в грудь, так, что его отбросила на двух других бандосов.
Я развернулся. Лысый здоровяк стоял спокойно, сложив руки на груди. Татуировка на его теле однако начала двигаться, отделяться от тела, стекая с него чернилами, образуя силуэт огромного тигра. Это еще что за магия⁈
Нуар! — позвал я мысленно.
«Лови, начальник!»
Из тени выскочила трость, я мгновенно перехватил её на манер винтовки, прицелился в тигра и сделал выстрел. Пуля прошла навылет, расплескивая чернила по асфальту. А вот тигру хоть бы хны. Он лишь оскалил свою нарисованную пасть.
Зараза!
Я выхватил из трости клинок, как раз в момент, когда на меня бросилась чернильная тварь. Уклонившись, нырнул под ней и вспорол твари живот, заляпывая себя черной массой. Тигр пролетел мимо, врезаясь головой в лобовое стекло авто Максима.
— Смело, — фыркнул лысый здоровяк, — мало кто решится сражаться с Тайгой!
— Это еще что, — усмехнулся я, опираясь на клинок, — я с медведем дрался. С настоящим! Не нарисованным.
— Прекратите этот балаган! — Из «Черного кота» вышла ватага во главе с тем устроителем боев, Иосифом, — Шо ви как не родные, если хотите друг другу бока намять, добро пожаловать на ринг. Мы ставочки сделаем.
— Не, папаша, — лысый покачал головой, — тут вопрос иного толка.
— Я не уступлю земли, — спокойно ответил я, — просто передайте Булгакову, пусть ищет другое место. А Горелово моё. По праву рода!
Нас стали окружать работяги. Причем примерно в равных частях. Половина встала за мной, половина за лысым.
— Посмотри-ка, многим не по нраву твоя власть здесь, дворняга, — очертил круг рукой лысый.
— Им была не по нраву власть моего отца. Он был не прав и я признаю его ошибки. Но я вернулся, и дал людям работу, — я спрятал клинок, похоже мы все-таки пришли к переговорам. — Честную и прозрачную!
— Это правда, — кричали за моей спиной, — Тимофей Чернокотов куда лучше, вас, узурпаторов!
— Да, но не вина ли Чернокотовых в целом, что вы оказались на дне? — оскалился лысый.
Позади лысого послышались одобрительные возгласы. Мне под ноги прилетела и разбилась бутылка.
— Верно, — не стал отрицать я, — И я хочу всё исправить, искупить грехи рода. Люди, что поверили в меня, не дадут соврать. Я делаю для Горелово всё, что в моих силах и даже больше. И мне было бы гораздо проще, если бы вы, и Булгаков, чья ссыкливая рожа даже не появилась здесь — свалили. И не мешали нести добро. Я понятно излагаю?
— А если они не хотят? Если господин Булгаков им милее?
— Тогда пусть идут, но потом не кусают локти, глядя, как те, кто выбрал мою сторону — преуспевают. Не спиваются и не торчат. Как их семьи рады видеть их дома. Как они не боятся, что отец вышел за сигаретами и умер от ножа в печень. Просто потому, что работа такая. То, что вы предлагаете горельцам — это хаос и неопределенное будущее. Я же, клянусь честью рода, что их благополучие для меня превыше всего!
 
— Пустые обещания, — отмахнулся лысый, — к тому же, — он надменно усмехнулся, вскидывая подбородок, — нас всё же больше.
Действительно, со стороны проулков, как поток грязной воды, отморозки хлынули на улицы Горелово. Вооруженные наемники. Такие же, каких я видел в Питере, когда пришел на черный рынок.
— Похоже ситуация накаляется, — стушевался Макс, но остался стоять на месте, — что будем делать? Бежать?
— Нет, — покачал я головой, — Хватит бегать.
Но и драться чет так себе вариант. Нас же раскатают.
— Хэй, быстро сюда! — Иосиф свистнул и рукой дал знак, чтобы мы бежали в «Чёрного кота».
Мне дважды повторять не нужно! Мы с группой работяг успели залететь в бар и наспех забаррикадироваться. А бандиты тем временем решили от души покуралесить, и начали разносить тачку Макса.
— Моя машина… — Макс смотрел на вакханалию через окно сквозь ставни и чуть ли не плакал, — отец убьет меня.
— Ниче, мы взыщем компенсацию с этих уродов, — хлопнул я по плечу Макса.
— И долго мы тут будем отсиживаться⁈ — включил он паникера. — Они же просто спалят нас вместе с этим местом!
— Не рискнут, — Иосиф подошел к нам, — считай тем самым покажут, что еще хуже Николая Чернокотова!
— Мой отец был настолько плох? — нахмурил я брови.
— Там сложная вышла история, — уклончиво ответил Иосиф, почесывая макушку под черной шляпкой. — Он же на князя Мышкина работал. А там сами понимаете. Уйти от него можно только на тот свет.
— Да? И чем же он занимался?
Йосиф скривился.
— Не уверен, что сейчас подходящее время для этой истории.
В окно как раз залетел камень, разбив стекло, но не пробив створку.
— Другого может не представится, — резонно заметил я.
— Ваш отец был неплохим человеком, таки поверьте. Многим нравился… Особенно когда помер. Не тревожил никого, не мешал никому. И может ему даже шел на шее хомут. При жизни он нас, людей простых, отводил к графу Тасманову. Говорят, на лечение. Ну прививки там, вакцины. Тестирование новых лекарств. Только никто не возвращался. А когда ваш отец решил выйти из игры… его убрали, как и всю вашу родню. Вы маленький были, не помните.
— Ага, — похоже чёрный кот перешёл дорогу не тому человеку.
— А Булгаков таки, увидел возможность и ею воспользовался. Его род претендовал на эти земли, но ваш дед в своё время обошел его батьку, вот и затаенная поколениями злоба дала свои плоды.
Прекрасно. И теперь я должен разруливать всё это. Иногда даже жалею, что получил второй шанс… и третий. И ещё семь в запасе.
— Похоже нас будут штурмовать, — Ежов пялился на улицу, — и очень скоро! Они разворачивают машину для тарана!
— Всем приготовиться к обороне! — скомандовал я, — Тащите столы, шкафы и всю мебель, что найдёте! Стройте баррикады! Быстро!
Я не дам просто так разнести это место. Я вообще не позволю что-либо здесь разносить, пока это мои владения.
За дверью донёсся рев автомобильного двигателя. Шины скрипели.
— Ну началось, — Иосиф улыбнулся, — давно сам морды не бил! Аж соскучился!
Мог бы и на своей арене подраться, для разнообразия! С медведем, например.
Машина рванула ко входу, идя на таран. Секунда и… снова скрип шин, рев и непонимающим возгласы с улицы. Чё там происходит?
Я перешагнул через столы, стулья и тумбу, по дороге схватил бутылку виски и принял её залпом. Хороший, но моторного масла всё же не хватает.
Я толкнул дверь. В глаза ударило солнце, едва выглядывающие из-за крыши дома напротив. Машина не доехала. Она газовала повиснув в воздухе. Только задние колеса касались земли, а вот бампер. Его держала Санура двумя руками, не давая автомобилю сдвинуться с места.