Черному коту повезет (СИ)

— На зарплате? А что такое зарплата? — прикусила ноготь Санура.
— Не важно… Просто прекрати называть всех рабами.
— Как же так, без рабов? Вот у Сануры когда-то было много рабов. Но это было очень-очень давно!
— Рад за тебя…
Вернулся Альберт с большим бокалом в руках наполненным водой. Вода манила меня, как оазис жаждущего путника.
— Спасибо, — я опрокинул его залпом, осушив в три глотка и почувствовал как силы постепенно начали возвращаться.
— Ваше благородие, там наш бригадир хотел пообщаться с… новым владельцем. С вами, в общем, — поведал Альберт, затем достал из кармана маленький, грязный, жёлтый блокнот и принялся внимательно изучать записи. — Поговорите пожалуйста с ним, по поводу фронта работ. Я совсем уже старый стал, не поспеваю за всем и сразу.
— Конечно. Сказано — сделано! Где я могу его найти?
— Вон он, — кивнул дворецкий в сторону мужичка, — двери меняет.
Я спокойным шагом направился к худенькому мужичку лет пятидесяти. Тот, завидев меня, отвлекся от дела.
— Так ты значит бригадир? — я посмотрел на мужичка в неброской, заляпанной строительной смесью одежде.
— Все так, ваше благородие, Кузьмой меня звать.
— Хорошо, Кузьма, — я мягко улыбнулся ему и положил руку на плечо, — говори не стесняйся. Какие у вас проблемы? Если дело в оплате, то я могу покрыть часть прямо сейчас.
И улететь в ноль. Но хотя бы не подведу рабочий класс. Терпеть не могу работодателей, которые в первую очередь себе набивают карманы и брюхо, а как только дело доходит до вознаграждения тех, кто реально тащил на своем горбу всю работу, так всё! Денег нет, вот вам скидка на наши новые флешки. Не тратьте все сразу. Деньги? Вы хотите денег? Вы что, на работу ходите ради них? Вы должны гордиться тем, что мы вообще вас взяли на эту должность. Или ценности компании для вас пустой звук? Знаете что? Вы уволены! Нашей компании с вами не по пути. Мы думали, что мы команда, а у вас столь наплевательское отношение к коллективу и фирме, когда у неё кризисный период. Прежде чем исчезнуть и попасть в чёрный список, вы должны отработать квартал, пока мы не найдем вам замену. Ах да, страховку мы аннулируем с этого же момента. Что? У вас её и не было? Ну и хорошо, меньше хлопот!
Вот примерно так обстояли дела в Геоне. Да и во всем остальном Эндерале.
— Что вы, что вы. Мы понимаем, сейчас у вас трудно с эм… деньгами. Но мы рады наконец получить работу. В Горелово совсем туго с этим, ваше благородие.
— Представляю, — я убрал руку и почесал подбородок, — это первая проблема, которую я решу.
— Ваше благородие, — сухонький мужичок перебирал в руках восьмиклинку, — есть еще одна проблема.
— М? — ну что там еще, не говорите только, что случайно разбирая подвал открыли там портал в Асфодель, — что случилось?
— Пришли люди, — он указал в сторону входной двери, — очень хотят видеть вас. Они не дают нам работать. Требуют, чтобы мы убрались с «их» территории.
Судя по тому, как мужичок потупил в пол водянистые глаза. Возможно, те люди хотят меня видеть, чтобы потом больше никогда не видеть. Ладно, пообщаюсь с засранцами, из-за которых встал мой ремонт!
И за моё время, они мне заплатят по двойному тарифу!
Пресвятые наномашины… я начинаю думать как корпорат.
Я открыл дверь нараспашку. Дом окружило с десяток крепких парней, часть из них азиатской наружности, остальные такие же жители Горелово, как и мои ремонтники. А возглавлял их мужчина в черном смокинге и зализанными назад светлыми волосами.
— Вы кто такие? — спросил я, — я вас не звал, идите на…
— Моё имя Алексей Булгаков, — надменно усмехнулся мужчина, — и это место принадлежит мне.
Он выставил вперёд документ с какими-то печатями. Которые ни о чём мне не говорили.
— Вот ещё, — оскалился я, — Это мой родовой особняк, бумажкой своей можете подтереться.
Я только обрёл дом и отдавать его какому-то придурку с бумажкой не собираюсь.
— Ошибаетесь. Это место подлежит сносу. А Горелово принадлежит мне! Я здесь главный! — вспыхнул Булгаков, — Это всё моё! И холопы эти, — с отвращением посмотрел он на работяг, — тоже мои!
 
— Размечтался. Это земля Чернокотовых и так уж вышло, что я последний из рода.
— Последний? Брехня! Чернокотовы давно сдохли, — сморщил лицо барон, будто говорил о прилипшем дерьме к своей подошве.
— Да хрена с два, — продемонстрировал я перстень с чёрными котом.
— Быть такого не может… Что ж! Ладно, допустим! Парни, — он щёлкнул пальцами, — отправьте эту дворнягу на задворки истории, где ей самое место.
— Кто там пришел, хозяин? — выглянула из-за моего плеча Санура.
Я улыбнулся, напитывая кулаки маной.
— Твой завтрак, дорогая.
  
Глава 17
 
Бандиты расчехлили оружие. В основном дубинки и короткие клинки. Засветилась пара огнестрелов. Нехорошо! Я прищурился.
Можно конечно дать Сануре команду фас. Но тогда я распугаю всех работяг. Они явно не привыкли к кровавому мессиву. Да и меня от подобного будет тошнить. Все же не ублюдков аристократов убивать, а простой народ, у которого туго с работой.
А вообще удачно, что у нас здесь ремонт. Пара несчастных случаев для гражданских без касок обычное дело. В Геоне на каждой стройке погибал минимум один человек каждый день. Только по официальным данным. По неофициальным, половина фундамента будущего небоскреба состояла из костей. Уж я то знаю.
Я втянул носом воздух, и прокричал:
— Друзья! — никакие они мне не друзья, но я выкрутил вежливость на максимум, — нам нет нужды драться!
Булгаков закатил глаза:
— Прикончите его!
Ну, я пытался.
— Ладно! Но учтите, — оскалился я, — за своих людей я встану горой. Как и за всех жителей Горелово! Тимофей Чернокотов держит своё слово. И если вы посмеете поднять руку на моих работников, я каждому из вас руки переломаю и закопаю в саду. У меня там места много, ещё и цветы сажать. Удобрение пригодится. Так что спросите себя, вы правда хотите закончить свою жизнь у меня во дворе?
— Ваше благородие, — Кузьма вышел со стороны сада вместе с парой других строителей, — спасибо что дали нам работу. Мы эту шелупонь не пропустим. Не дадим в обиду наши труды!
— Что вы стоите? — прошипел Булгаков, — проломите ему череп!
Пара азиатов выдвинулось вперёд. Однако, остальные нерешительно переглядывались.
Санура рывком положила одного на лопатки. Второму хватило её хищного взгляда, чтобы выронить клинок и отступить к забору.
— Если вы не хотите драться, — поднял я руки, — Прекрасно! Я дам вам честную работу, с честным заработком. Да, он пока не шибко большой, — это я наверно сказал зря, — но, зато вам больше не придется марать руки, занимаясь шантажом и рэкетом.
Основная часть бандитов всерьез задумалась. По ним было видно, что подобный образ жизни не для них.
— Мужики, эт самое, — почесал загривок Кузьма, — нам помощь не повредит. Работы ещё завались.
— Вы совсем охренели? — рыкнул Булгаков, понимая, как стремительно меняется ситуация, — Что ж, ладно, — он паскудно ухмыльнулся, — пока ваша взяла, но я ещё вернусь. Чернокотов. Это моя земля!
— Скатертью дорога, — помахал я, — мы не будем скучать.
Граф щёлкнул пальцами и исчез в черной дымке. Чего-чего, а эффектности у засранца не отнять.
— Эт, ваше благородие, — один из новоприбывших с длинным шрамом через нос, посмотрел на меня мутными глазами, — вы правда дадите нам где побатрачить?
— Разумеется, господа, добро пожаловать на мою фазенду. Все вопросы к Кузьме. Или к Альберту.
* * *
— Что это за клоун? — спросил я у Альберта, когда вернулся в дом. — По какому праву, он вообще претендует на Горелово?
— Никто точно не знает. Булгаков приехал в Горелово два года назад и начал устанавливать собственные порядки. На самом деле, всерьез его практически никто не воспринимает… Кроме Петербургской Триады, небольшой преступной организации, — поведал Альберт.