Перекресток одиночества 4: Часть вторая (СИ)

Пробив около трех метров льда, стараясь не ломать внешнюю корку льда, из-за чего то и дело приходилось пятиться и вытаскивать битое крошево, я вернулся в наше убежище, втянул себя наверх и меня сразу позвала высунувшаяся из палатки Милена.
— Иди сюда! Скорее!
Ее голос переполняли такие эмоции, что я сразу двинулся на зов, по пути стряхивая ледяную пыль. Заметив на ее левой щеке длинную алую полосу, встревоженно спросил:
— Как поранилась?
— Так быстро спускалась, что сорвалась — но уже в самом низу — беспечно отмахнулась она — А спускалась за забытым смартфоном с камерой. Залазь живее!
Стянув с себя куртку, я нырнул в меховой шатер, прикрыл полог и мне на плечо тут же надавила сильная женская рука, заставляя усесться перед открытым ноутбуком.
— Смотри! — почти прошептала она — Просто смотри… я как увидела так и обмерла…
Щелкнул пробел и на экране ожил ледник. Это было понятно не сразу, большей частью изображение осталось статичным, но в нескольких местах мелкие глыбы все же двинулись вниз по склону. Картинка была темной, многие участки были просто сплетением не сразу понятного серого и черного, и я напряг глаза, готовясь различить нечто необычное увиденное Миленой.
Что это может быть?
Внезапное движение льда? Движение не в ту сторону? Может там, где-то застывшее в толще льда мертвое тело? Да нет вряд ли — его просто не разглядеть в этой тьме и…
— Ах ты ж! — выдохнул я, приникая к ярко зажегшемуся экрану.
А он даже не зажегся, а вспыхнул! Всего на мгновение, но вспыхнул!
Зелено-синяя электрическая вспышка была очень знакомой и пугающей. Я уже не раз видел такое сочетание, иногда переходящее в насыщенный фиолетовый цвет.
— Жди — прошептала Милена и ее пальцы на моем плече сжались сильнее — Вот сейчас…
Еще вспышка… и на этот раз свет не ушел, а стал сильнее, засветил ровнее, вырвав из темноты мрачные белесые колонны из спрессованного льда, подсвеченные отблесками фиолетового. Из бугристого ледяного склона вырвалась длинная молния, что ударила по одной из колонн и исчезла. Следом оттуда же показалась еще одна, склон едва заметно вздрогнул, там подо льдом проявилось тусклое далеко свечение, вверх вырвалось три длинных трепещущих разряда, пробежавших по ледяным колоннам и исчезнувшим. Вновь потемнело, но лишь частично — из склона вырвался еще один светящийся объект, но уже не электрический, а скорее жидкий или же парообразный. Что-то вроде невысокого фонтана, ударившего пару раз и пропавшего. Выброшенные им светящиеся капли осели на ледяных поверхностях и почти сразу исчезли, словно впитавшись. Часть свечения повисла в воздухе и не исчезало куда дольше, превратившись в нечто очень похожее на локальное северное сияние.
— Ты узнал эти оттенки смерти? — тихо спросила Милена.
— Узнал — кивнул я — Так полыхают пульсары в торсах ледяных ходоков.
— И так же сверкают удары Столпа, когда он бьет по жалящим его крестам — добавила девушка — Включить еще раз?
— Включи. Погоди… — я опустил взгляд вниз, на шкуру, под которой скрывалась каменная массивная скала, в то время как моя рука безошибочно протянулась в нужную сторону и указала в сторону самого главного и страшного объекта в нашем мирке — Но Столп вон там. За километры и километры отсюда. Он же не может быть и здесь.
— Может — ответила она еще тише — То что я увидела в первый раз, когда рванула вниз за забытым чертовым смартфоном… там был не разряд, а нечто вроде очень длинного тонкого… даже не знаю… не щупальца… может быть волоса? Да! Что-то вроде очень длинного и живого светящегося волоса, стегнувшего по глыбам и утянувшегося вниз так, будто его дернул кто-то. Тогда я заторопилась вниз, но перед этим заметила, что склон дрогнул и часть сераков сошло с места так, будто их с низу толкнул кто-то. Как мини-землетрясение.
— Я ощутил что-то вроде толчка, когда долбил лед — медленно кивнул я — Потом услышал тяжелый рокот справа.
— Это два здоровенных айсберга поползло вниз, раскалываясь на ходу по вертикали как нарубленные поленья.
 
— Их этот волос 'рубанул?
— Сомневаюсь. Скорее просто воздействие тряски. Но теперь понятно хаотичное поведение ледника! — ее глаза полыхали в свете экрана и снова ожившей картинки — Ну? Кто из нас пойдет на наблюдательный пункт? И надо все рассказать Чиффу как только он придет следом за нами!
— Чифф уже здесь — проскрипел от входа усталый, но очень заинтересованный голос — И рад, что услышал про желание рассказать, а не утаить. Что случилось?
— Да самим понять бы — ответил я, высовываясь из шатра и протягивая луковианскому ученому руку.
Через четверть часа я в какой уж раз убедился, что несмотря на свой возраст и не слишком лестное прозвище, ставшее вторым именем, Чифф по остроте и живости ума мог дать трехкратную фору всем молодым. Он мгновенно ухватил суть, внимательно изучил видео на замедленной промотке и в стопкадрах, после чего решительно присоединился к версии Милены.
— Это Столп! — возбужденно заявил он, хватаясь за кружку с остатками давно остывшего чая.
Здесь в убежище сейчас было около нуля. Не бог весть что, но в сравнении с температурой и погодными условиями там снаружи, здесь был настоящий рай, хотя любое горячее питье употреблять рекомендовалось незамедлительно.
Следующим шагом стала повторная установка камеры у наблюдательного окошка. После этого мы сняли верхнюю одежду, залезли под медвежьи шкуры и, усевшись вокруг ноутбука меховыми коконами, погрузились в обсуждение. В любом предмете спора можно уйти как угодно глубоко и как угодно далеко, но иногда лежащее на поверхности утверждение является единственно верным.
Это Столп.
Да гигантская ледяная колонна находится за много километров отсюда и даже для него кажется невозможным преодолеть весь этот путь в промороженной земле. Но как только я вспомнил многочисленные ледяные тоннели, которыми мы добирались до тех страшных канониров, последние сомнения исчезли. К тому же на все это наложилось все то, что мне довелось увидеть в этом снежном мире.
Может ли то гигантское замороженное создание буравить землю? Этого я не знаю, но это и не обязательно. Подтащив рюкзак, я достал из него свою тетрадь для заметок, открыл на чистой странице и начал перечислять вслух, одновременно делая записи.
Раньше здесь хватало населенных пунктов. Тут были целые города. Многие здания выдержали все невзгоды и устояли. Ныне они погребены под снегом и частично забиты снегом, но все равно они уцелели и внутри них есть пустоты. Еще тут наверняка найдется хотя бы парочка автомобильных тоннелей, добавляющих подземных пустот. У этой цивилизации есть настоящая мания строить всевозможные убежища — их можно смело добавить к подземным пустотам.
— Это мелочи! — отрезал внимательно слушающий меня Чифф и ткнул пальцем в пустое место на странице — Водосборники! Коллекторы! Сеть труб! Прямо больших городов я тут не находил, но вот мелких поселений предостаточно. И в каждое из них надо откуда-то подавать воду и куда-то забирать сточные отходы. По моим скромным прикидкам мы находимся на достаточно пологом, но все же склоне. А исходя из известных мне данных, хозяева этой планеты предпочитали использовать систему самотека. Чистая вода по возможности подавалась сверху, а грязная уходила вниз — к распложенным где-то очистным сооружениям. Еще до того, как с небес упал первый ненормальный снег и все начало обращаться в лед, здесь имелась протяженная сеть подземных коммуникаций. Понятно, что по большей части все это забито мусором, передавлено и обрушено, но при желании и наличии большого количества времени отыскать проход вполне реально.
— А у Столпа есть и того и другого в избытке — вставила Милена, открывая крышку ноута и оживляя экран, куда выводилась запись с работающей у окошка камеры.
Промотав уже записанное, она огорченно покачала головой, пощелкала клавишами и снова закрыла крышку устройства, экономя заряд батареи.
— Зачем? — задал я, пожалуй, главный вопрос — Зачем ему туда? Куда он рвется?