Золото для вороны (СИ)
— Удивительно, что ты до сих пор ухаживаешь за одной девушкой, не в силах сделать следующий шаг, и спокойно уступаешь ее другому мужчине, которого знаешь лишь несколько дней.
Тяжесть в душе нарастала, а слова больно кольнули в самое сердце.
Фаин всегда знал, куда нужно бить. Порой, одной его ауры и леденящего взгляда хватало, чтобы многие падали на колени. Слова же оказывали убивающий эффект, словно он видел абонента насквозь. Боюсь представить, на что он способен в реальной схватке.
— Не вам мне это говорить, — проглотив боль, что ревностью отзывалась на слова о драконе, я стойко выдержал удар. Ради Элис. Это все ради Элис. — Почему вы не позволили врачам помочь Арис? Она все же ваша жена.
В скучающих глазах на миг зажглось озорство. Будто ему принес удовольствие неожиданный удар с моей стороны. Как будто он даже не думал о том, что я посмею возразить ему.
— Не беспокойся, Маин. Она же никогда не нравилась тебе, — медленно сделав глоток коньяка из снифтера, ответил лорд, словно речь шла о надоедливой, дворовой собачонке.
— Что с Арис? — чувствуя подвох всем своим нутром, спросил я с нажимом. Тяжелое чувство угрозы камнем тянуло на дно, предвосхищая неладное.
— Ничего страшного, — отмахнулся Фаин, не глядя на меня. Сосредоточив все свое внимание на темном алкоголе, обволакивающем изнутри стеклянные стенки.
— ЧТО С НЕЙ?! ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ С АРИС?! — тревога усилилась настолько, что я не смог сдержать эмоции. Вскочил с места, уперев руки на стол и случайно задев бокал рукой. Тот со звоном крутанулся, но не упал, чем привлек внимание хозяина.
Лорд лишь усмехнулся, холодно посмотрев мне в глаза.
— Она в коме и не проснется, — я задержал дыхание, не веря его словам, но Фаин продолжил: — Умрет где-то через день-два. Если хватит сил, то, может быть, протянет неделю. Арис хоть и оказалась сильнее Ниэсиль, но всему рано или поздно приходит конец, — с хищной улыбкой проговорил он, вновь вкушая коньяк.
Брови сдвинулись в ярости, а напряженное тело уже готово было снести проклятый стол, дабы голыми руками задушить этого ублюдка.
Это лишь шутка для него?! Фея умирает, а ему весело?! СМЕШНО ТЕБЕ, СУКИН ТЫ СЫН?!
— ДА ЧТОБ ТЫ СТАЛ НЕЧИСТЬЮ ХАОСА, ФАИН Н'ОДЕРРИТ!!! — вырвался рев из моего рта.
За красной пеленой гнева я видел только свои руки со вздувшимися от злости венами, что обхватывали чересчур расслабленное горло гада. Противного. Мерзкого, словно тысячи ядовитых змей. И никакая красота не могла спасти его от незавидной участи.
Но… ничего не произошло…
Ни одна жилка не пульсировала под теплой кожей, выдавая волнения. Ни капли холодного пота не стекало на мои влажные ладони. Даже снифтер, и тот не покачнулся.
Словно не было нападения вовсе…
Будто я зря сотрясаю воздух… Зря кидаюсь с кулаками на скалу, что в тысячи раз больше меня.
Тихое потрескивание огня в камине бликами отражалось в спокойных голубых глазах. Холодных и беспристрастных. Что сияют золотом, но не могут согреть никого своим ярким блеском.
Лорд по прежнему улыбался, но ни один мускул на каменном лице не изменил своего положения от моего выпада. Опасность? Нет. Он даже малейшей угрозы во мне не видел. Я лишь пустой звук. Я не ровня ему.
Осознание данного факта отрезвило и вместе с тем напугало до ужаса. Липкий страх потом прошелся по спине, заставляя сначала сгореть на месте, а после замерзнуть от влаги, неприятно стекающей по позвоночнику. Страх. Животный страх обуял тело, сковывая.
А Фаин… Фаин засмеялся, подняв голову кверху. Я чувствовал, как от смеха вибрирует ненавистное мне горло под пальцами, что я никак не мог сжать. Тело не слушалось меня, замерев истуканом. Но фей резко замолчал, тут же посмотрев на меня леденящим кровь взглядом. Не в глаза — в душу.
— Арис была прекрасной женой, доброй госпожой и заботливой матерью для не своего ребенка, — начал мужчина, медленно стирая со своего лица улыбку. — Каждый, кто знал ее в особняке, сейчас скорбит, обращаясь в серое подобие жизни. Но даже так, она заслужила спокойную смерть, а не бесконечные муки от язв, что не пройдут. Может я и не любил ее, но уважал и ценил. И это моя ей благодарность за все, что она сделала.
— Да что ты несешь?! — сквозь зубы прошипел я, пытаясь крепче сжать тиски на его шее. — Благодарность?! СМЕРТЬ — ТВОЯ БЛАГОДАРНОСТЬ?! ТЫ ДАЖЕ НЕ ПОЗВОЛИЛ ВРАЧАМ ЕЙ ПОМОЧЬ, И ЕЩЕ СТРОИШЬ ИЗ СЕБЯ БЛАГОРОДНОГО?! СДОХНИ-СДОХНИ-СДОХНИ!!! — крикнул я, с усилием сжимая пальцы. Все тело трясло от напряжения, но ни один миллиметр плоти не подчинился мне. ДА КАКОГО ХРЕНА?!
— Я не тот монстр, кем вы меня считаете, Маин, — как-то устало и лениво зашевелились его уста. — Я бы не стал убивать жену по собственной воле. Тем более, Арис… Ни в коем случае… Вот только я знаю, что от этой заразы нет спасения, как и не было его у Ниэсиль. Она погибала в муках, а лучшие врачи лишь оттягивали этот чудовищный момент, и то ненадолго. Мне с трудом удалось выработать иммунитет у Элиссии, но… какой ценой… — он замолчал на мгновение, хмурясь, и продолжил более тихо: — Арис… уже не спасти. Так пусть же умрет, не мучаясь в агонии.
— Как же… так?… — воздух выбило из легких, не позволяя произнести и звука. Лишь губы по привычке медленно открывались и закрывались. Кто этот энлид передо мной? Разве Фаин, которого я знал, способен на такое?… Способен… сожалеть?… — У Элис есть иммунитет? Как? — я вмиг остыл. Информация приводила в шок, но я не мог поверить ни единому его слову. Словно передо мной не тот лорд, которого я знал. Это совершенно другая его грань, которая таилась внутри настолько глубоко, что казалась нереальной. Выдуманной. Ненастоящей.
Он. Опасный. Холодный и размеренно-ленивый. С цепким взглядом и сумасшедшей силой. Разве тот монстр, которого мы знали, мог позаботиться о своих близких? Нет. Бред, какой-то.
Да! Точно! Вот-вот, еще секунда и морок спадет! Это не может быть правдой! Он столько лет мучал родную дочь! Это не может просто так пройти! Не может!
— Да, мне… удалось взрастить в ее теле силу, что препятствовала более жуткой болезни, чем у Арис и Ниэсиль, — продолжал убивать мои доводы отец Элис. — Это одна из разновидностей черных язв, что могла полностью сгубить Элиссию, превратив в монстра. Вот только за это пришлось забрать у нее счастливое детство… Я никогда не прощу себя за это, но зато у нее есть шанс на будущее. Счастливое будущее, в отличии от моих жен…
— Ты… Неужели ты… — я все не мог поверить в услышанное. Он…
— Заботился о своей дочери? Конечно же, — подтвердил лорд мою мысль. Я наконец убрал руку с его горла, а мужчина продолжил: — Я всегда любил свою маленькую дочурку. Поэтому позволил вам "сбежать", но даже так опекал ее. Видел, как она росла… Хоть она и боится меня, ненавидит… презирает… но я всегда любил, люблю и буду любить свою сильную девочку. По этой же причине я не хочу видеть ее рядом с драконом. Я знаю, в какое дело он ее впутал и чего добивается. Это слишком опасно для нее. То не ее война. Она не должна ввязываться в это.
— Но с помощью дракона она могла исцелить Арис, — вырвалось у меня само собой. Удивительно, но я впервые был согласен с лордом. Их дело мне никогда не нравилось. Слишком много неоправданных рисков… Слишком много чешуйчатых ящеров на одну маленькую фею.
— Исцелить? — впервые на моей памяти лицо хозяина особняка выражало неподдельное удивление, но быстро вернулось к привычной форме. — И как же?
— С помощью какого-то осколка, что дал ей дракон, Элис буквально вытягивала язвы из тела Арис.
— Вот как… — Фаин задумчиво потер подбородок, отпивая глоток из пузатого бокала. — Что ж, скорее дело в осколке, а не золотой рептилии. А значит, можно обойтись и без принца. И в таком случае, мы можем… Нет, обязаны попробовать спасти Арис. Элиссии придется вернуться домой. Ты ведь не будешь мешать, Маин?
— Ни в коем случае… друг.
Глава 22. Кому верить?
Громко хлопнув, закрылась дверь за моей спиной. Дома. Наконец я дома.