"Фантастика 2023-112". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Доброе утро, мой господин! – радостно затараторила ближница. – Я так жутко соскучилась, что по-доброму завидую вашей супруге. А обижаться не обижаюсь – звоню сообщить, что уже дома и жду с нетерпением…
– Я тоже соскучился. Скоро буду. Жди… – ответил я, оборвал связь и погладил по волосам растерявшуюся Наталью: – В начале прошлой недели я восстановил пережженные каналы Великой Княжне Софье Александровне. А для того, чтобы залегендировать ее чудесное выздоровление, наша любимая наставница и, по совместительству, моя ближница увезла Рюриковну в круиз по самым известным шарлатанам-целителям Аляски. Сегодня ночью они, наконец, вернулись обратно и, судя по условной фразе «Жду с нетерпением», готовы отчитаться. Для чего прибыли в коттедж госпожи Нестеровой, в девичестве Ухтомской.
– Обалдеть… – потрясенно выдохнула Саша.
– Это еще не все! – ухмыльнулась Рыжая. – Где-то там, на Аляске, Черной Мамбе откатили возраст, так что она помолодела и вот-вот начнет восстанавливать форму под руководством Яромира.
– Мы будем тренироваться вместе с Великой Княжной? – переспросила блондиночка и нарвалась на довольно жесткий ответ:
– Не мы с ней, а она с нами: глава нашего рода сделал невозможное, поставив ее на ноги, приживив колокол и вытащив из Нави во время срыва намертво укоренившейся программы. А Черная Мамба, оценив возможности Яромира, попросила помочь вернуть ее в прежние кондиции. Так что с этого понедельника он займется этим нелегким делом и припашет нас с вами. Дальше объяснять?
Девчонки отрицательно помотали головами и почти одновременно гордо вскинули головенки. А потом Александра сделала забавный вывод:
– Программу повесил кто-то из проверенного и перепроверенного ближнего круга Софьи Александровны. Значит, теперь ни о каком доверии к этим лицам не может быть и речи. В том, что на Яромира можно положиться, она уже убедилась, а с Ольгой Валерьевной дружит с юности, таким образом, теперь дело за нами: докажем, что достойны уважения – усилим позиции Нестеровых. Нет…
– Второго варианта не будет! – твердо сказала Наташа и расцепила объятия: – Иди к ним со спокойной душой – мы все поняли и не подведем…
…Это обещание «соседок» сбросило с души очередной неподъемный камень, поэтому из дому я вышел в прекраснейшем настроении, пробежался до коттеджа Оли, метров с трехсот впечатал в память взаимное расположение телохранителей Рюриковны, бесшумно преодолел оставшееся расстояние, запрыгнул на балкон скачком и просочился в гостиную. Там добросовестно огляделся заметно более «коротким» чувством металла, обнаружил стайку микродронов и два с лишним десятка стационарных микрокамер, не на шутку разозлился и отправился домой. Описание увиденного отправил уже оттуда, а секунд через двадцать получил сообщение с просьбой подождать.
Ждать пришлось довольно долго – до двадцати минут девятого. Зато перед вторым визитом в ту же гостиную я не нашел в доме ничего лишнего, не считая телохранителей по периметру здания и в подземном гараже, дошел до кабинета ближницы, снял отвод глаз и постучал в дверь. За разрешением войти дело не стало, так что я переступил через порог и наплевал на правила, которые в меня так усердно вдалбливали сотрудники Конвоя. В смысле, поздоровался первым. И не только с Великой Княжной, при моем появлении вставшей с дивана:
– Доброе утро, Софья Александровна! От всей души поздравляю вас с возвращением в молодость. Привет, Оль. Выглядишь замотанной. Иди ко мне – верну в норму.
Как ни странно, столь хамское нарушение этикета легло Рюриковне на душу, как родное – женщина, в момент моего появления пребывавшая не в самом лучшем расположении духа, задвинула весь негатив куда подальше и беззлобно поддела единственную подругу:
– Ну, и чего сидим? Твой господин жаждет тебя пощупать! Беги к нему, страдалица!
Ближница прыгнула ко мне скачком и скользнула под правую руку. А после того, как «поймала» восстановление, очищение разума и исцеление, избавившее от начинающейся простуды, обожгла меня вспышкой такого сумасшедшего счастья, что заставила задуматься о целях Макоши, приложившей божественную длань к состоянию ее души. А Великая Княжна и не думала замолкать:
 
– Доброе утро, Яромир Глебович! Большое спасибо и за поздравления, и за подаренную возможность вернуться к нормальной жизни, и за внимание к Умнице – последние двое суток разлуки с вами эта дуреха не находила себе места. А я… я разделяла ее чувства.
– Простите? – опешил я.
– Вы не ослышались! – притворно нахмурилась она, решив подшутить еще и надо мной. – Я скучала по своему спасителю, мечтала побыстрее попасть в его ласковые руки и страшно боялась, что он передумает возвращать мне Дар.
– Он не передумает! – твердо сказал я, сообразив, что Рюриковна таким образом признается в своих опасениях. – Этот мужчина в принципе не умеет отказываться от данного слова, поэтому займется вами сразу после того, как вы переедете в МАО.
Софья Александровна облегченно перевела дух и заулыбалась:
– Я уже. В смысле, переехала. Пока на месяц. Буду жить тут, у Умницы. Но хотела бы отложить первую процедуру на час-полтора – хочу закончить кое-какие дела. Кстати, вы не прогуляетесь со мной в подземный гараж?
– Почту за честь! – ответил я, на долю секунды прижал к себе Олю, все это время нежившуюся под моей рукой, и отпустил. А через полминуты, уже в коридоре, был вынужден подставить локоть Великой Княжне и вслушался в ее монолог:
– Я, конечно, не Умница, но анализировать все и вся научилась еще в далекой юности. За долгие годы сидения в инвалидном кресле эта привычка превратилась во вторую натуру и успела прирасти довольно серьезными навыками работы с информацией. Я не изменяю ей и сейчас – сразу после того, как схлынула эйфория от возвращения к нормальной жизни, нашла и проанализировала море информации о вас, вашей покойной матушке и Ладе Мстиславовне. В результате прониклась глубочайшим почтением ко всем троим и поняла, что всей душой хочу войти в ваш ближний круг.
В этот момент мы как раз входили в лифт, и Рюриковна, поймав в зеркальной стене мой удивленный взгляд, подтверждающе кивнула:
– Да, вы не ослышались и в этот раз: не пригласить вас в свой, а войти в ваш. Причем не как Великая Княжна и далее по списку, а как единственная подруга вашей ближницы и личность, которой она доверяет, как самой себе. Чтобы в дальнейшем заслужить уважение и абсолютное доверие. Я понимаю, что это решение может показаться блажью зажравшейся аристократки, но оно принято вполне осознанно и отнюдь не для того, чтобы вынудить вас как следует вложиться в восстановление Дара. Поверьте на слово, за семнадцать лет растительного существования я научилась разбираться в людях, поэтому возненавидела свое окружение и готова на все ради душевной близости с теми, кто может увидеть во мне не ступеньку к власти, а личность.
Слово «блажь» мне и в голову не пришло – я подумал о расчете. Но еще до того, как услышал последнюю фразу монолога, почувствовал тепло под Знаком Макоши и устыдился своих мыслей. Впрочем, чувство стыда не мешало следить за окружающей действительностью обнаружением жизни, так что первый же шаг в подземный гараж оказался последним: совместив картинку, появившуюся на сетчатке глаз, с тем, что показывали этот навык, я втолкнул женщин обратно и ткнул в сенсор экстренного закрывания дверей:
– В правом «Горыныче» прячется человек. Связывайтесь с Конвоем!
– Я в курсе, и телохранители тут не нужны… – заявила Рюриковна и ткнула а соседний сенсор. – Ведите меня к нему.
Пока шли, молчала. Вероятнее всего, укладывая на отдельную полочку памяти информацию о наличии у меня еще одного легендарного навыка. Зато после того, как мы добрались до внедорожника, попросила открыть багажное отделение, дала возможность вглядеться в лицо лежащего в нем мужчины, подтвердила мои догадки и… взбесила до невозможности:
– Да, это Святополк Лазаревич Доломанов, человек, поклявшийся всем богам собственноручно отрезать вам голову и изнасиловать в извращенной форме вашу жену, оплативший ваше похищение подставным сотрудникам Службы Безопасности МАО и позавчера вечером лично явившийся забирать заказ. Этот урод был взят с поличным при передаче муляжа вашей головы и девушки, похожей на Ладу Мстиславовну, предан суду в закрытом режиме и приговорен к смертной казни с соблюдением всех процессуальных норм уголовного права.