Подменная дочь (СИ)
После полудня за нами прислали адъютанта генерала, и мы снова отправились в главный дом, где вовсю суетились слуги, прибывали гости, накрывались столы для мужчин и, в отдалении, несколько столиков для женщин. Около них щебетали наложница и немногочисленные представительницы местного бомонда всех возрастов и комплекций.
Нас с матриархом (в кресле) встретили враз наступившей тишиной, пристальным вниманием и чуть погодя — вежливыми приседаниями в качестве приветствия. Первой, естественно, заговорила новая госпожа Гу, чье лицо было тщательно загримировано.
— О, старшая госпожа Гу, мы так рады Вас видеть! Позвольте, я представлю наших дорогих гостей. Это…
Я усмехнулась и оборвала ее неуместный спич:
— Уважаемая вторая госпожа, насколько я могу судить, здесь все друг друга знают и в Вашем представлении не нуждаются, поэтому не утруждайтесь! Уважаемые дамы, приветствую вас в нашем доме. Надеюсь, вы проведете здесь время с удовольствием и пользой. Бабушка, с кем ты бы хотела поговорить?
Матриарх помахала рукой в сторону пожилой полной госпожи, которая со слезами на глазах приблизилась и тихо сказала:
— Дорогая моя Лу Сы, как давно мы не виделись! Я скучала по тебе. Рада, что ты в порядке…
Наложница Нин растерялась на секунду, потом отвернулась к остальным дамам, что-то быстро проговорив, а мы с бабушкой и женой сослуживца деда Гу (это уточнила новая — для меня — знакомая) медленно двинулись вглубь парка. Никто из собравшихся вокруг наложницы более не пытался обратить на себя внимание, и я выдохнула с облегчением.
Оставив старых подруг общаться под присмотром момо Го, я с Шеньками решила немного осмотреться, пока не пригласили к столу, и, не торопясь, пошла по дорожкам, желая найти неприметное место для наблюдения: надо же женихов поискать!
Глава 45
Меня опять охватило чувство, что я присутствую на съёмках исторической дорамы: старинные одежды, мужские распушенные длинные волосы или, наоборот, пучки, собранные заколками, разноцветные ханьфу с широченными рукавами, вычурные прически дам, пестрящие драгоценными изящными украшениями, шелковые платья всех фасонов и стоимости, приглушенное звучание гуциня в качестве фона, «кружки по интересам» и негромкий мужской говор, женский стеснительно-показательный смех и шелестящий шепоток, любопытные взгляды самцов в сторону женской аудитории (пока еще ширмы не установлены), небрежные якобы позы и ленивые движения вееров в руках молодых франтов, нарочитое смирение девушек при активном кокетстве украдкой. Ярмарка тщеславия, не иначе! Где же тут женишки хваленые?
* * *Я с Шеньками стояла чуть в стороне от кучкующихся гостей и наслаждалась ожившей сценой неснятого сериала из жизни псевдо-исторической тусовки, когда наше уединение нарушил неучтенный элемент нагнанной массовки.
— Вы и есть вторая барышня Гу, Чень Ю, если не ошибаюсь? — раздался прямо за моей спиной нагловатый мужской тенорок из эпохи «малиновых пиджаков»… — А Вы выглядите лучше, чем я себе представлял. Что ж, это радует, не придется напрягаться после свадьбы, делая детей. Надеюсь, Вы не совсем безнадежны и быстро понесете? Иначе придется отправить Вас в…
«На ловца и зверь бежит!». Медленно обернулась — а вот и он, северный олень номер раз! Племяш военного министра, уже примеривший на себя роль моего мужа. Откуда в людях такое самомнение? Никогда не понимала, как можно быть настолько самоуверенным? Есть же зеркала, пусть здешние и не могут похвалиться качеством изображения, но все-таки…
Не говоря ни слова и не показывая эмоций, я пристально рассматривала обратившегося ко мне субъекта: чуть выше меня ростом, со следами склонности к излишествам, несмотря на возраст, на лице и фигуре, без проблеска интеллекта в глазах цвета жидкого чая парень лет двадцати в зеленом ханьфу, подчеркивающем его дебелость…Да уж, экземпляр…
Настроение резко перешло в состояние боевой готовности. Церемониться с этим хамом я не собиралась. Глядишь, сам откажется жениться!
Меж тем обнаруженный кандидат продолжал излагать перспективы моего будущего с ним, то ли не обращая внимания на моё молчаливое разглядывание его персоны, то ли воспринимая это как несомненный комплимент себе — типа, потеряла дар речи от его великолепия:
— Впрочем, это не важно, родить может и наложница, ведь так, дорогая невеста? Главное, будьте хорошей девочкой и не доставляйте мне проблем нытьем, болячками и невниманием к моим родителям! Я смогу обеспечить основные Ваши потребности после получения чина, который мне обещал устроить Ваш батюшка, но не больше! Запомните, я терпеть не могу глупых баб, выедающих мужьям мозг всякими капризами и истериками! Вы меня поняли… — «добрый» молодец откровенно оглядел меня с головы до ног и снисходительно хмыкнул по итогу, что следовало понять, как «не фонтан, конечно, но…с горчичкой сойдет».
«Забавный кент, однако!» — ухмыльнулась про себя, не меняя выражение лица, которое было отстраненно-равнодушным — для знающих меня, и туповатым — для других.
Краем глаза заметила приближение еще одного кандидата на руку и сердце: некоего Хэ Ки из трудовых резервов (шучу). «Столкнуть их лбами, что ли? Чтоб одним камнем двух птиц?» — мелькнула озорная мысль.
Пока решала, из-за кустов, закрывающих поворот дорожки, показались братья Гу и еще двое незнакомых молодых людей. «Они тут мини-сейшн устроить задумали? Ну, раз все заинтересованные лица в сборе, чего тянуть?» — решила я и открыла сомкнутые ранее уста:
— Послушайте, молодой господин, а Вы, собственно, кто? Я не припомню, что когда-либо видела Вас раньше…
Звездный оратор поперхнулся слюной от возмущения!
— Я — Ваш жених, вторая барышня Гу! Я — Ма Шен Ли, племянник военного министра, и через месяц наша свадьба! Я… — выпятил грудь (скорее, живот) пухлячок.
Не дала договорить, бросив встречную реплику:
— Жених? Мой? Чем докажете, милейший?
— Это возмутительно! Ваш отец, генерал Гу, писал моим родителям и дяде… — забухтел племяш министра, но я опять резко прервала его монолог:
— Отец писал, он умеет писать, это нормально! А Ваши родные читали — тоже хорошо! И что дальше? Старшие заключили помолвку? Есть брачное письмо? Я Вас первый раз вижу и слышу тоже, и не могу сказать, что рада этому! Никто в моей семье даже не заикался о помолвке как о свершившемся факте, а Вы уже мечтаете отправить меня в… — помахала в воздухе рукой, — куда-то там как неспособную родить ребенка! Господин Ма, Вам голову напекло или Вы не проспались после бурно проведенной ночи, поэтому не осознаете себя здесь и сейчас? Что за непристойные фантазии Вы тут излагали без всякого стеснения перед благородной девушкой в ее же доме? Где Ваши манеры? Неужели там же, где и трезвый взгляд на себя самого? Если хотите найти дураков, посмотритесь в зеркало, мой Вам совет! В семье Гу таких нет! Подите прочь, видеть Вас не желаю! — величественно закончила отповедь и развернулась, намереваясь покинуть горе-кандидата.
Не тут-то было!
— Ты?!. Посмела⁈ Дерзить… мне⁈ Да я тебя, сука, сейчас… — раздухарился мультяшный Мальчиш-плохиш (ну правда похож!), намереваясь показать, кто в доме хозяин, но его за поднятую руку схватил «жених номер два».
«О, оживляж пошел!» Меня охватил какой-то нездоровый азарт, подогреваемый явным интересом окружающих, в том числе, и братьев, остановившихся чуть в стороне, но определенно в зоне слышимости нашей перепалки.
— Ты куда лезешь, Хэ Ки? Что, и тебе пообещали должность за женитьбу на этой старой деве? То-то ты принарядился, и мамаша твоя трется около новой женушки генерала? Думаешь, тебе что-то обломиться, если будешь кроток и тих перед этой сушёной фасолью до свадьбы, а потом отправишь в вашу деревню на границе, единственную, что у тебя осталась после пьянок отца и мотовства матери? Ха, не мечтай! Она или выйдет за меня, или… — ярился пухляш, пытаясь вырваться из захвата второго претендента на мою тушку.