Подменная дочь (СИ)
Я ожидала официанта, чтобы сделать заказ, а девчонки удалились в «соломенную хижину». Наискосок от нашей беседки (сразу я их и не заметила — так мечтала присесть и вытянуть гудящие от усталости ноги) разместилась компания мужчин, к которым спешил паренек-подавальщик с пустым подносом — видимо, за расчетом.
Я лениво проследила за ним глазами, поэтому увидела и услышала разгоревшийся там скандал. Что точно произошло, от моего взора ускользнуло: то ли парень споткнулся, то ли гостям что-то в его поведении не понравилось, но блеск меча над головой оказавшегося на коленях служки и его крик ужаса заставил меня подскочить и в два шага оказаться рядом.
Картина маслом: три мужика с перекошенными рожами и оголенными мечами стоят над сжавшимся от страха парнем, и в глазах читается их явное желание убить несчастного. На меня был брошен полный гнева взгляд ближнего мечника и резкое «Не лезь!» на японском.
«Вот те раз» — подумала я и по инерции заговорила на нем же:
— Не делайте глупостей, господа! Убийство жителя империи в столице, недалеко от дворца императора, вряд ли пойдет на пользу межгосударственным отношениям! Остановитесь, прошу вас! Уверен, мы сможем разобраться в том, что случилось, без лишнего кровопролития! — и поклонилась со всем возможным смирением в традициях Страны восходящего солнца, даже не задумываясь о собственной безопасности.
Потом я поняла, что нас с парнем спасла внезапность моих действий и японская речь, которую гости никак не ожидали услышать в этом заведении. Даже хваленое хладнокровие мечников-островитян спасовало перед моей отчаянной смелостью: на меня посмотрели удивленно и с явным интересом.
— Откуда тебе известен наш язык, мальчик? — не опуская смертоносный клинок, спросил самый ближний ко мне воин. Он только слегка повернул голову в мою сторону, что я смогла заметить, немного подняв глаза, но не изменяя почтительной позы.
— Ты знаешь его? — Мужчина кивнул на стоящего слугу.
— Нет, господин! Я просто посетитель, как и вы. Но не хочу проблем для вас, как и смерти для него. Простите и позвольте помочь разобраться в том, что случилось. Прошу вас, уберите мечи! Пожалуйста! — и склонилась еще ниже.
Спустя томительные секунды, минуты, часы — время замерло, как и я — меч над головой парня был отведен в сторону, как и остальные, и мужчины отступили вглубь беседки.
Я распрямилась и выдохнула, а слуга свалился кулем на пол.
— Спасибо, господа! — искренне поблагодарила воинов и снова поклонилась. — Прошу вас, скажите, чем этот слуга оскорбил вас?
Они были похожи на самураев, но без характерных для этого сословия моей истории причесок. То есть, волосы в пучки собраны, но выбритой полосы ото лба к затылку я не увидела: просто зачесанные кверху гладкие черные пряди, обвязанные кожаным шнурком. Одеты в кимоно и хакама, вооружены парными мечами. Не бедно, но без вычурности. Лица темные, с маской безразличия и надменности.
— Он подал нам холодный чай! Это непозволительно и грубо! Мы гости, и мы платим! Так в империи демонстрируют гостеприимство?
Не буду вдаваться в подробности, но конфликт мне удалось погасить до того, как вернулись мои девочки. Уж точно — их задержка была устроена небесами. Короче, дело было в элементарном недопонимании, проистекающем из разницы вкусовых пристрастий и национальных особенностей чайной церемонии.
Оказалось, что в жару в этой чайной гостям вначале подавали холодный зеленый чай с охлажденными закусками, а потом уже — обычный или специально приготовленный по заказу горячий. Объяснить этот ньюанс парень-официант и не смог, и не успел. И если бы я не вмешалась, лишился бы или руки, или головы.
Удивительно, но, несмотря на иной мир, мой японский позволил договориться с гостями, прояснить ситуацию, свести к минимуму взаимные претензии и разойтись полюбовно. Пришедший в себя подавальщик поспешил на кухню за основным заказом и бонусом от хозяина, слушавшего, оказывается, наш диалог из-за угла, японцы сменили гнев на милость и приступили к трапезе, а я вернулась за свой стол, где уже сидели девчонки, пропустившие веселье. Хозяин лично принес наш заказ и молча положил передо мной небольшой сверток, глазами показав, что благодарит.
Шеньки ничего не спрашивали до самого дома, где я смогла пересказать лайтовую версию инцидента. Вряд ли поверили, но выяснять подробности не стали. Вот и славно! А презентом от трактирщика стали вкусные миндальные печенья — его фирменное блюдо.
Уходя, японцы попрощались со мной легким поклоном. Спасибо, что не заговорили!
Глава 20
Это происшествие стоило мне отката в ночи и нескольких дней пребывания в особняке. Я боялась выйти в город! Вдруг опять во что-нибудь встряну? Но уходящее лето, приближение праздника середины осени, а, следовательно, возвращение семьи Гу в усадьбу и связанные с этим ограничения в плане свободы передвижения пересилили страх, и мы снова «пошли на дело».
Почти две недели вылазки проходили в штатном режиме: утром перелезали через стену, вечером возвращались также. Мы посетили мастерские на окраине города (любопытства ради), прокатились почти по всем городским каналам, еще раз взобрались на Тигровый холм и зашли в Храм таинства (нравился мне тамошний антураж и атмосфера), облазили побережье Тайху, куда раньше не забредали, ну и просто походили по становящимся все более многолюдным улицам столицы.
Чем ближе был праздник, тем насыщеннее жил город. Вернувшиеся из провинции аристократы попадались все чаще, их повозки и паланкины затрудняли движение на центральных и торговых улицах, в магазинах шла активная распродажа сувениров, фонариков и прочей сопутствующей мелочи, а я понимала, что каникулы подошли к концу.
Шень Мяо несколько раз предлагала зайти в ресторан «Небожителей» и узнать, вернулся ли наш агент, господин Ли. Я тянула, пока не посчитала оставшиеся деньги.
Пришлось написать письмо, мол, как там наши дела, и Мяо отнесла его в ресторан. Самого ученого не застала, но то, что он в городе и уже приступил к работе в академии, ей сообщили. Осталось ждать действий со стороны компаньона.
Неприятным моментом стал отказ хозяина ресторана выдать Мяо часть хранящихся там денег без господина Ли, формального владельца вклада. Новость не радовала, поскольку я только сейчас поняла — подарки девчонкам и старейшине я не подготовила. А праздник их предполагал!
То, что меня на семейное застолье вряд ли пригласят, не волновало, а вот то, что я не смогу проявить уважение, нервировало. Надо снова извернуться! Ну, девочек я все же побаловала, не обидятся, да и фонарики мы выбирали по их желанию. А вот что делать с домочадцами?
* * *Просите — и дано вам будет, правда! Я грузилась мыслями о дарах, и случайно, в парке при храме, нашла несколько красивых птичьих перьев. «Вот и подарок — сделаю „ловец снов“! А в дополнение можно вышить повязку на глаза для сна — реально помогает!» — мелькнуло в голове.
Найденное решение приободрило, и в один из дней я потянула служанок на рынок у пристани, где рассчитывала прикупить нужное по самой доступной в настоящий момент цене.
Мне вообще нравилось бывать там. Многолюдье, суета, необычные товары, звуки чужой речи, громады кораблей, пестрота нарядов меня привлекали как мёд пчел. И цены — тоже.
Дело в том, что здесь можно было купить как редкий товар, так и очень дешевый. Причины просты: редкости часто скупали прямо с кораблей, а вот непроданное в городе, чтобы не везти назад, торговцы отдавали задешево. Это могли быть как некондиционные вещи (испорченные, некачественные, нереализованные остатки — ну, такое), так и невостребованные почему-то у местных купцов и ремесленников товары.
Здесь, среди развалов, я нашла некоторые мелочи в соответствии со своей страстью к шопингу «на будущее»: мотки джута, кокосы, морские ракушки, бракованный жемчуг, куски кожи ската, даже немного кофе и пластины сушеной ламинарии!