Пожалеть розгу (ЛП)

Ривер улыбнулся и сжал плечо Эйвери.
- Извинения приняты.
Тейлор появился рядом с Ривером, держа в руках рубашку Эйвери. Ривер обнял Тейлора за плечи, и они оба наблюдали, как Эйвери надевает ее обратно. На другом конце комнаты Грей, Уоррен, Фил и Чарли устроились за покерным столом, и все они смеялись над Чарли и Греем, которые добродушно спорили, пока Уоррен тасовал карты. Фил покачал головой, как бы отстраняясь от детских игр, но не смог скрыть веселья в глазах.
  
Грей любил их. Конечно, Эйвери знал это с самого начала. Но, наблюдая за ними сейчас, он вдруг осознал: Фил, Уоррен и Чарли были сердцем Грея. Несмотря ни на что, они четверо были тем стержнем, который никогда не сломается. Эйвери, возможно, и нашел бы место рядом с Греем, но он никогда не стал бы частью этого круга.
Он отвернулся от них и повернулся к Риверу и Тейлору, которые наблюдали за ним, улыбаясь теперь, когда он все понял.
Тейлор шагнул вперед и поцеловал Эйвери в щеку.
- Видишь? Теперь ты действительно один из нас.
 Глава 20 
На следующий день после покерной вечеринки, в баре было меньше посетителей, чем обычно. Роберту пришлось прервать выступление, чтобы помочь клиенту, поэтому Эйвери объявил, что на сегодня все. Вместо этого он задержался в баре, где собрались Мэгги, Чарли и Корал.
Эмили присоединилась к ним, как только очередь клиентов была обслужена.
- Хорошо. Вы все здесь. Я хотела посоветоваться с вами, ребята.
- Что-то не так? - Спросила Корал.
- У меня появилась идея, вот и все. - Она прислонилась бедром к барной стойке. - Я думаю, нам стоит устроить вечеринку в честь «Черной пятницы».
Никто не ответил. Эйвери подумал, что это из-за того, что никто не был до конца уверен, что она имеет в виду.
Молчание нарушил Чарли.
- Скоро состоится акция «Мишек Тедди». Я все хотел спросить, можно ли провести ее здесь.
- Ты имеешь в виду установку ящика для пожертвований? - Спросила Мэгги.
- Ну, и это тоже, - сказал Чарли. - Но лучше всего всегда предлагать людям прийти на конкретное мероприятие. Черная пятница - хороший день для этого, своего рода неофициальный первый день рождественского сезона, и многие люди все равно отправляются за покупками.
- В это время года церковь обычно устраивает распродажу выпечки, - сказала Корал. - Все вырученные средства идут в продовольственный банк. Как ты думаешь, мы можем сделать и то, и другое в один день?
- Не понимаю, почему бы и нет, - сказала Мэгги. - Я приготовлю мороженое по цене «два за одно» для каждого, кто внесет пожертвование.
Эмили кивнула.
- Я могу продавать пинты за полцены.
- Я могу пригласить и хор, - сказала Корал. - Эйвери и Роберт могли бы выступить со своим обычным шоу, но мы могли бы закончить его рождественскими песнями?
До того, как Эйвери ушел в тот вечер, план был разработан. На следующий день все четыре компании скинулись на приобретение микрофона и новой звуковой системы.
- Люди уже жаловались, что не слышат тебя, если не приходят достаточно рано, чтобы занять один из столиков во внутреннем дворике, - сказала ему Эмили. - Таким образом, они смогут слышать музыку, даже находясь в пекарне или в дальнем углу пивной.
Это было не единственное изменение. Ярко раскрашенное пианино Эйвери было перенесено на место Роберта. Теперь у Эйвери был блестящий черный рояль, на котором он мог играть.
- А что было не так со старым? - Спросил Эйвери.
Роберт рассмеялся.
- Ты что, шутишь? Ты заслуживаешь чего-то гораздо лучшего, чем это старье. Ты не поверишь, насколько лучше ты будешь звучать теперь, когда у тебя есть достойный инструмент.
Эйвери хотел сказать, что это не имеет значения, что он питает сентиментальную привязанность к вертикальному, но как только он сыграл на новом, ему пришлось признать правоту Роберта.
В целом, это было самое волшебное время в жизни Эйвери. Он должен был быть счастлив.
И он был счастлив большую часть времени.
Но иногда его охватывало мрачное предчувствие.
В «Тап Хаусе» все было замечательно. Дома тоже было замечательно. Но ни то, ни другое не могло продолжаться вечно. Грею стало бы скучно. Он бы ушел. Эйвери узнал достаточно о прошлом Грея, чтобы понять, что он никогда не был долго счастлив с одним любовником. Почему с Эйвери должно быть по-другому?
И в «Тап Хаусе» было то же самое. Увлечения приходили и уходили. То, что было модным в один прекрасный день, на следующий могло стать устаревшей новостью. В конце концов, людям надоедала музыка. Они находили какое-нибудь новое место для времяпрепровождения. И что бы тогда делал Эйвери? Куда бы он пошел, если бы это случилось? У него по-прежнему не было другой работы, кроме как подрабатывать несколько часов в неделю у Эмили. У него не было никакого опыта работы, на который он мог бы опереться, и это пугало его до чертиков.
Единственное, что всегда скрашивало день Эйвери, это игра в Центре. Если бы кто-нибудь сказал ему несколькими месяцами ранее, что выступление перед группой пожилых людей станет его любимым занятием, он бы никогда не поверил, но было что-то волшебное в том, как музыка трогала людей, напоминая им о прошлом. Персонал сказал ему, что среда была единственным днем, когда все пациенты просили подать еду в столовую, а не в номер. Они смеялись и хлопали в ладоши от восторга, когда Эйвери исполнял песню из их прошлого.
- О, это навевает воспоминания, - часто повторяли они.
- Я совсем забыл об этом. Это было одно из моих любимых блюд.
- Я не помню, что ел вчера на завтрак, - сказал ему однажды один из них. - Но я помню каждое слово этой песни. Насколько это безумно?
Однако Эйвери понимал. В этом и заключалась сила музыки, и особенно, музыки, которую люди любили в подростковом возрасте. Чаще всего он ловил себя на том, что после игры разговаривает с кем-нибудь из них, слушает какую-нибудь историю, дополненную песней. Однажды, когда он играл, женщина разрыдалась. Эйвери в ужасе остановился, но женщина замахала ему, хотя по ее лицу текли слезы.
- Продолжай, - сказала она. - Мне нужно дослушать до конца.
Позже она обняла его, смущенная, но в то же время благодарная.
- Мы с мужем танцевали под эту песню на выпускном вечере. Я потеряла его двадцать пять лет назад, но когда я услышала ее снова, то вспомнила, как сильно я его любила.
Незадолго до Дня благодарения кое-что изменилось.
Во-первых, Эйвери закончил свои общественные работы и снова получил водительские права. У дома родителей его по-прежнему ждала машина. Они хранили ее для него все это время. Его мать часто писала сообщения, спрашивая, не хочет ли он приехать и когда именно, и планирует ли приехать домой на День благодарения. Эйвери хотел избегать своей семьи, всех этих нотаций и несбывшихся ожиданий, но избегание заставляло его чувствовать себя виноватым. Ему было двадцать пять лет, и они все еще платили за его сотовый телефон и страховку автомобиля. Самое меньшее, что он мог сделать, это поужинать с ними. В конце концов, он согласился приехать на День благодарения, хотя при мысли об этом у него скрутило живот. По крайней мере, у него будет повод забрать свою машину.
К его радости, Грей немедленно вызвался поехать с ним.
- А как же твоя семья? - Спросил Эйвери.
Грей только пожал плечами.
- Может быть, мы заскочим туда на десерт по дороге домой.
Во-вторых, однажды днем Фил и Ривер пришли в «Тап Хаус» послушать игру Эйвери. Он был приятно удивлен, увидев их. Это было похоже на подтверждение того, что они простили его за прошлое и готовы непредвзято смотреть в будущее. Вскоре появился Грей, и Эйвери присоединился к ним, как только представление закончилось.
  
Он застал Грея за разговором с Ривером, а не с Филом, что Эйвери воспринял как признак того, что его давняя одержимость Филом пошла на убыль. Конечно, недостатком было то, что Эйвери оказался наедине с Филом, с которым ему все еще было не совсем комфортно.