Халява для раззявы

– Ты вот этого лоха не видел? – спросил он показывая Филимону бумажку, которая оказалась фотографией.
Лоховского прошиб пот, с фотографии на него глядел парень, который буквально два часа назад спас его от неприятностей. Филимон долго рассматривал изображение улыбчивого симпатичного парня в спортивном костюме, с медалью на шее. Затем собрал остатки своей воли в кулак и отрицательно мотнул головой.
  
– Заработать хочешь? – спросил качек.
Филимон опять мотнул головой.
– Дуй в задние вокзала, внимательно приглядись к пассажирам, в туалете посмотри, короче – везде. Найдешь, полтинник получишь. Я подожду в машине, красный мерс, на пятачке у вокзала стоит. Понял?
– П-понял. – торопливо ответил Филимон.
Качек двинулся дальше, останавливаясь то там, то здесь, показывая фотографию.
Что делать?!. Что делать?. Рациональная часть Лоховского сознания требовала: «Беги, беги как можно дальше отсюда. Спасай свою шкуру». Другая часть, эмоциональная, убеждала: «Ты должен предупредить парня, что за ним охотятся. Он к тебе отнесся по человечески. Ты обязан помочь ему».
Филимон Аркадьевич разрывался. Он сделал пару шагов к выходу и столько же назад к входу. Наконец, благородство одержало верх над инстинктом самосохранения. Филя бочком, бочком, чтобы не заметил качек, стал продвигаться в сторону ведущую в Зал ожидания.
Теперь надо найти парня. Господи, помоги! Лоховский прошелся по первому этажу, внимательно вглядываясь в лица молодых мужчин. Нет, парня здесь не было. Затем он поднялся на второй этаж, заполненный людьми. Опять неудача. Филимон приблизился к двери, где коротали время до прибытия поезда, обладатели билетов или имущие граждане. Филимон сразу же заметил того, кого искал. Парень сидел у дальней стены, держа в руках какую-то газету. Глаза его были закрыты, очевидно он дремал.
Лоховский хотел проскользнуть в зал, но его остановил грозный окрик дежурной:
– Куда! Предъявите ваш билет.
Лоховский, вспомнив как подействовал улыбка незнакомца на продавщицу в кафе, выдавил из себя улыбку:
– Да мне на минуту, к товарищу, п-пусти, красавица.
Однако чего-то Лоховский не учел, а может тетка попалась неподдающаяся.
– Я тебе, покажу товарища. Мозги бабе своей пудрить будешь. Есть билет показывай, нет – плати.
Отступать было некуда, Лоховский должен был как-то привлечь внимание парня в зале.
– Ну, вон, вон мой кореш, – махнул он рукой в сторону парня. – Пустите, я попрощаться с ним пришел. Эй, земляк!
Парень привлеченный шумом открыл глаза, глянул на Лоховского и широко улыбнулся.
– Ну, вот, видите – торжествуя проговорил Филимон, – а вы не верили. Стыдно. Верить нужно людям, верить.
Дежурная взглянула на парня и разрешила Филимону войти.
– Ну мужик, сегодня явно не твой день, – сказал усмехнувшись парень, усаживающемуся рядом Лоховскому.
– Это уж точно, – вздохнув, сказал Филимон. – Только сейчас речь не обо мне. Тут вас какой-то бандит разыскивает. Я решил предупредить.
Парень нахмурился, внимательно выслушав рассказ Филимона.
– Давай, сделаем так, – сказал он, – ты сейчас пойдешь к машину и скажешь, что нашел меня. Приведешь этого козла в сортир, а сам будешь ждать снаружи. Постарайся сделать так, чтоб нам не мешали. Сможешь?
– П-постараюсь.
Лоховский быстро нашел машину. В салоне сидело еще трое, с лицами из серии «их разыскивает милиция». На их фоне лысый качек выглядел просто Белоснежкой из диснеевского мультика.
Филимон передал свое сообщение, лысый отдал какой-то приказ сидевшим рядом, и вышел из машины, пряча что-то в задний карман брюк. Карман как-то подозрительно оттопырился.
«Пистолет, – подумалось Филимону. – Мамочка, во что ж это я вляпался?!»
– Пошли, – приказал бандит.
Теперь Лоховский не сомневался, что это бандит. Филе ничего не оставалось как последовать за ним. Возле туалета он притормозил и жалобно-просительно сказал:
– Ну, вы… уж… там сами, без меня… А-аа… я тут, это… покараулю.
– Лады, никого не впускай пока. Будут переть, бей в торец. Понял? – сказал лысый.
Что значит этот самый торец, в который нужно бить, Филя не знал. Но на всякий случай согласно кивнул.
Лысый скрылся за дверью туалета, а Филимон остался снаружи. Как назло, подошел солидный господинчик в очках. Филимон выпятив грудь, преградил ему дорогу.
– Сюда нельзя.
– Как это нельзя, мне надо! – заявил господинчик в добротном костюмчике, пытаясь отпихнуть Филимона от дверей.
– Это, там, это… – Филимон раздумывал, как бы соврать правдоподобней. – Там технологический перерыв. Вот. Через десять минут подойдите.
Господинчик ушел, возмущаясь безответственностью администрации.
Через пару секунд перед Лоховским возник дедок с обвислыми седыми усами с огромным мешком.
– Куды прешь, – входя в роль окликнул его Филимон, – нельзя туда.
– Дык, мне туды, – ответил дедок показывая рукой на дверь туалета – по нужде.
– У них там пятиминутка технического персонал, через десять минут придешь. – На этот раз выдумка далась гораздо легче.
На горизонте появился следующий клиент. Молодой длинноволосый парень в потертых джинсах.
Лоховский прикидывал, что ему сказать, как дверь туалета открылась и незнакомец с фотографии кивнул ему головой, зайди. Филимон обернулся и сказал подошедшему длинноволосику:
– Подождите пару минут, молодой человек, мы крыс протравливаем… Вредно для потенции… надо чтоб проветрилось. Мы в респираторах работаем.
Сообщение о потенции показалось парню важным, он решил не рисковать будущим и остался за дверью.
Изнутри на дверях защелок не было. Понятное дело, зачем они тут нужны. Филимон наблюдал, как незнакомец прилаживает швабру.
– Ну что, мужик, – сказал незнакомец, глядя на Лоховского, – давай знакомиться. Меня Максимом зовут, для близких – просто – Макс.
– Очень приятно, а меня – просто Филя.
Максим улыбнулся.
– Нет, меня на самом деле Зовут Филимон. Филимон Аркадьевич Лоховский, – церемонно представился Филя.
– Ну, Филимон, так Филимон. Раз уж ты в это дело ввязался, придется помогать мне. Давай затащим этого голубя в кладовку, пока его не хватились.
Макс указал на лежащего в углу лысого.
– Ой, вы что его убили? – испуганно спросил Филя.
– Да, нет. Так, приголубил немного. Мне из него еще информацию вытрясти нужно, так что…
Лоховский вздохнул с облегчением. К роли бомжа он уже вроде привык, а вот убийцей пока становится было страшновато.
Макс и Филя вдвоем взяли находящегося в отключке лысого и потащили к кладовке. Максим открыл кран и набрав воды блеснул в лицо бандита. Лысый открыл глаза бессмысленно уставившись на Максима.
– Очнулся, голубь, – сказал Макс, – Так, считаю до трех, не скажешь кто тебя послал – пристрелю. Пристрелю из твоего же собственного ствола. Понял?
Лысый мотнул головой.
– «Три!» – произнес Макс.
Лысый молчал.
Максим передернул затвор и направил пистолет на лоб бандита.
– Ой, может не надо? Он сейчас все скажет, все-все. – сказал Филимон, просительно глядя на Макса…
– Нет, ничего он нам не скажет. Жаль, жаль. – поигрывая оружием, ответил Максим.
«Господи, – подумал Лоховский, – и этот тоже бандит. Надо было сразу же убегать, как только лысый ко мне подошел в переходе.»
– Не надо, Максим, выстрел услышат, милиция набежит – попытался выдвинуть новый довод Филимон.
– Не-а, – ухмыльнулся Максим, – пистолетик-то с глушителем.
Максим выстрелил, пуля чиркнула рядом с ботинком лысого. Тот не ожидал такого поворота:
– Ты че, ты че в натуре?! – заорал он. – Ты мене чуть ногу не прострелил.
– Чуть не считается, – совершенно спокойно сказал Макс, – и учти, я мастер спорта по стрельбе. С 200 метров в глаз белке попадаю. А ты не белка, ты скунс вонючий. В тебя промахнутся трудно.
  
Лысый испуганно завертелся.
– Ну, что, – устало спросил Макс, – говорить будешь или ухо отстрелим? Сначала ухо. Без уха девок любить можно, а вот…