Ной (ЛП)

Признаться, что она приняла решение дистанцироваться от Ноя на неделю только для того, чтобы каждый вечер приходить домой и быть еще ближе к нему, чем когда-либо прежде, не имело никакого смысла. Это звучало нелепо даже для нее. Вероника объяснит это единственным доступным ей способом. Что, как бы ни старалась ее голова диктовать, что ей делать – жить так, чтобы не вращаться вокруг Ноя, ее сердце и реакция тела, когда она была рядом с ним, всегда побеждали.
У логики больше не было ни единого шанса. Ее тело каждый раз просто отдавалось тому, чего Рони действительно хотела. Ной измотал ее, и теперь даже он должен был это знать. Рони только надеялась, что он поймет, почему она пыталась бороться с этим в первую очередь.
Ной закончил разминку, и радиовещатель снаружи объявил, что подошло время боя. Толпа начала аплодировать и подзадоривать их. Вероника встала, готовая идти искать свое место рядом с рингом, которое было зарезервировано для нее по просьбе Ноя.
– Подожди, Рони.
Ной отступил от стола, где Эйбел смазывал ему лицо вазелином. Он протянул ей перчатку и жестом пригласил подойти. Она так и сделала, а когда подошла достаточно близко, то увидела, что вазелин подчеркивает маленький шрам, оставшийся от удара, который ему нанесли в канун Нового года. Рони дотронулась до него пальцами. Шрам, появившийся потому, что Ной наотрез отказался показывать рану врачу, сказав, что все заживет само по себе.
– Ты уверен, что хочешь участвовать в этом?
– Да, я уверен. – Ной улыбнулся, обнял ее за талию и притянул к себе. Ее сердце забилось быстрее, потому что за исключением того дня, когда Ной открыто обнял ее в спортзале, он никогда не делал этого перед парнями. – Пожелаешь мне удачи?
– Конечно. – Рони улыбнулась в ответ, а затем сделала то, что собиралась сделать с этого момента, перестала сдерживаться, встала на носочки и крепко поцеловала его.
Она медленно отстранилась, и Ной, наконец, отпустил ее, когда толпа снаружи закричала громче. Ной встал из-за стола, и они вышли все вместе.
Бой начался достаточно хорошо. Ной, казалось, был гораздо более сосредоточен и лучше контролировал себя, чем в прошлом бою. На этот раз толпа была намного больше и громче, и это, казалось, подпитывало адреналин Ноя.
Вероника сидела на краешке стула, закрыв лицо руками каждый раз, когда противник Ноя наносил удар, что, к ее облегчению, случалось нечасто. Ной наносил удары гораздо чаще. Затем его противник нанес ему один хороший удар, попав прямо в то место, о котором беспокоилась Вероника. Шрам на его щеке.
Увидев, как Ной покачнулся, толпа пришла в неистовство. Все по вскакивали на ноги, включая Веронику, чье сердце колотилось где-то в горле, когда она смотрела, как Ной пытается встряхнуться.
– Бей в ответ, Ной! Сейчас же! – завопил Эйбел.
Ной так и сделал, проведя хорошую серию ударов. Толпа взревела, и Ной прижал своего противника к канатам. Он нанес еще один сильный удар в живот парню как раз перед тем, как раздался удар в гонг, и судья вмешался, чтобы разнять их.
К этой части жизни Ноя определенно придется привыкнуть, потому что, боже, Рони практически рыдала. Видеть, как Ной свалился в нокаут от удара на Новый год было уже достаточно ужасно, но наблюдать и ждать, зная, что это может случиться снова, было еще хуже.
Следующий раунд прошел намного лучше. Ной провел серию ударов, отчего его противник едва стоял на ногах и бой близился к завершению. Затем Ной нанес солидный удар в челюсть парня, и тот, наконец, упал за несколько секунд до удара в гонг.
Ной был объявлен победителем, отправив противника в нокаут. Все это было горько-сладким, и Вероника чувствовала, что так будет всегда. Она смотрела на него и, пока все вокруг улыбались и ликовали, сосредоточилась на выражении его лица. Хотя он улыбнулся ей и улыбнулся еще раз, когда судья поднял его руку, объявляя победителем, Вероника видела, что ему больно.
В раздевалке Ной признался, что у него чертовски болит голова, но сказал ей, чтобы она не волновалась, что это нормально. Джек дал ему несколько болеутоляющих с кодеином, и их предполагаемая ночь празднования была официально отложена. Джио тут же объявил, что на следующий день устраивает барбекю у себя дома.
 
К тому времени, как они вернулись домой, Ноя уже клонило в сон. Вероника подумала, что они могли бы пропустить поцелуй на ночь, но, когда они подошли к дверям спальни, Ной притянул ее к себе.
– Останься со мной сегодня, пожалуйста. Я обещаю, что буду вести себя хорошо, – Ной улыбнулся даже сквозь болезненную гримасу. – Черт возьми, с этими таблетками, которые сейчас действуют, мне повезет, если я не усну еще, хотя бы на несколько минут.
Вероника не смогла сказать ему «нет». Если бы не таблетки, она, вероятно, не сказала бы «нет» и другому. Переодевшись в пижаму, она забралась к нему в постель, и Ной тут же обнял ее, прижимая к себе. Это было так прекрасно, что Рони подумала, сможет ли когда-нибудь снова спать одна.
Глава 26
На следующее утро Ной пропустил пробежку. Он чувствовал себя лучше, головная боль прошла, но решить, встать ли пораньше или остаться в постели, обнимаясь с Рони, было нетрудно. Он выключил внутренний будильник и снова заснул с Рони в объятиях.
Они спали так крепко, что было уже около десяти, когда он заметил, что Рони больше нет в постели. Дверь ванной открылась, когда он вышел в коридор, чтобы выяснить, куда она ушла. Вероника вышла и улыбнулась. Один только ее вид заставил его глубоко вздохнуть.
Он притянул ее к себе, встретив на полпути в коридоре.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила Рони, нежно касаясь пальцами его щеки.
– Гораздо лучше. Голова не болит, – Ной чмокнул ее, пробуя зубную пасту на губах. – Ты уже встаешь?
– Вообще-то я подумываю вернуться в постель, – ее лукавая улыбка и искорки в глазах заставили его сердце учащенно забиться.
– Встретимся там через две минуты.
Ной практически побежал в ванную, слыша, как Рони хихикает у него за спиной. Покончив с делами, он почистил зубы и вернулся в комнату меньше, чем через две минуты.
Когда он вошел, она уже лежала в его постели и просматривала свой телефон.
– Не могу дождаться, когда обновлю эту штуку, – сказала Рони и положила телефон на тумбочку рядом с кроватью.
Ной подполз к ней и положил руку ей на живот.
– Когда заканчивается твой контракт?
– На следующей неделе, – широко улыбнулась Вероника.
– На следующей неделе? – спросил он, уткнувшись носом ей в ухо, отчего она поежилась. – Тогда ты уже можешь это сделать. – Ной поцеловал ее пониже уха, положив ногу на ее ногу. – Обычно они позволяют это за несколько месяцев до истечения контракта.
Ной свободно прошелся рукой по ее животу и провел вверх по хлопчатобумажной футболке, замедляясь только тогда, когда он достиг ее груди. Чувствуя, как его сердце забилось быстрее, а дыхание участилось, он остановился и посмотрел ей в глаза, ожидая возражений. Одно было ясно: любые разговоры о модернизации телефонов были сейчас самым далеким от ее мыслей. Вероника обвила руки вокруг его шеи и притянула Ноя ближе.
Он глубоко поцеловал ее, лаская рукой ее грудь, и она тихо застонала у его губ. Этот звук Ной слышал уже несколько раз за последнюю неделю, и ему это нравилось. Он был так готов заняться с ней любовью, что готов был взорваться, но его беспокоила мысль, вдруг Вероника еще не была готова к этому.
– Я хочу попробовать тебя на вкус, – сказал Ной ей в рот, остановившись, когда почувствовал, что ее тело замерло. Ее широко раскрытые глаза стали еще шире, когда он добавил: – Везде.
 
Ее громкий вздох заставил его улыбнуться.
– Ты когда-нибудь испытывала оргазм от орального секса?
Вероника медленно покачала головой, заставив его улыбнуться еще шире.
– Хорошо, я буду твоим первым.
Ее ответ несколько удивил его, учитывая ее возраст, но потом Вероника сказала, что серьезные отношения у нее были только с Кратцем, и почему-то Ной сомневался, что в его возрасте придурок будет хорош. Для Ноя со времен Тессы это стало фетишем, который он совершенствовал годами.