Владыка костей (ЛП)

— Ты не тронешь ее, — мой голос был полон яда, и Левиафан отшатнулся от зеркала.
— Успокойся, успокойся. Ты упрямый и жадный, Белиал, — произнес он, и я захотел пройти через зеркало и ударить его по клыкам.
— Чего ты хочешь, Левиафан? — прорычал я, желая поскорее закончить этот разговор. — У меня много дел, а ты тратишь мое время.
— Твоего питомца зовут «много»? — Он усмехнулся, явно довольный собственной шуткой. — Тогда я не буду больше тебя задерживать. Приготовь этот пыльный развалившийся замок. Скоро увидимся.
  
Его образ замерцал, а затем исчез, оставив меня смотреть на свое собственное отражение.
Если Левиафан знал о моей маленькой воровке, можно было с уверенностью предположить, что остальные мои братья тоже знали, и это меня беспокоило. Я не доверял половине и мертвые души, не говоря о живой. И тем более мою хрупкую маленькую смертную.
Я боялся того, что может случиться, если все они окажутся в одной комнате с ней, но не за нее. Я боялся за них. Боялся, что разорву их на куски и нарушу древний баланс между уровнями ада, если они прикоснутся к ней. И я сделаю это с улыбкой на лице.
Взяв темное полотно со стола, я накинул его на зеркало, бормоча ругательства, и направился к двери. Как бы мне ни хотелось этого признавать, Левиафан был прав. Мне нужно было привести замок в порядок, если через три дня по его залам будут разгуливать восемь других королей ада. Было так много дел, так много вещей, которые нужно было подготовить.
Для начала мне нужно было убрать с территории часть душ, которые ждали Суда. Все они знали, что я на несколько десятилетий отстаю из-за нехватки душ, попадающих в нижние слои, но вид того, сколько их сидит без дела, привел бы их в ярость.
Несмотря на всю серьезность ситуации, маскарад был последней вещью, о которой я думал. В канун Дня всех святых должно было произойти нечто гораздо более важное. В полночь время моей маленькой воровки истечет, и она станет моей навсегда.
Эта мысль подстегнула меня, и я ускорил шаг, направляясь к Библиотеке душ. Чтобы вовремя привести это место в порядок, понадобилось бы много душ, но это было возможно. Это будет самая великолепная вечеринка, которую когда-либо видели девять кругов ада.
Кроме того, это будет первый случай, когда в одном из кругов появится Королева.
Я взглянул в окно и заметил кроваво-красное небо. В моем царстве небо окрашивалось в красный цвет, как жестокая смерть, с наступлением ночи.
Первый день прошел.
Она все еще не звала Белиала.
Это не имело значения. Я скоро увижу ее как Владыка Костей. Рэйвен должна была знать, что я наблюдаю, жду.
Считаю дни, пока она не станет моей.
Глава 17
Рэйвен
Небо стало кроваво-красным, когда стемнело. Это был закат?
Скоро наступит ночь, и у меня останется всего два дня, чтобы сбежать. Фрустрация скручивала мне внутренности. Я так мало достигла.
Снова пошел дождь, пропитав землю, создавая на ней грязные лужи. Я промокла до нитки и замерзла, а с темнеющим небом становилось все холоднее.
Боль пронзила мои ноги, когда я медленно пробиралась по извилистым тропинкам лабиринта, надеясь найти выход.
— Ты ужасно выглядишь, — сказала одна из голов в кустах, когда я проковыляла мимо. У нее не было носа и половины уха.
— По крайней мере, у меня все еще есть тело, — пробурчала я, проходя мимо нее.
— Как грубо, — ахнул впереди другой труп.
— Очень грубо, — крикнула голова, что была позади меня. — Посмотрим, помогу ли я тебе найти сад.
Я замерла на месте и резко обернулась к голове, которая меня оскорбила.
— Что?
— Сад Хозяина, — сказала она, и я сделала несколько осторожных шагов к ней. Она смотрела на меня молочно-белыми глазами и кривой улыбкой. — Ты же туда направляешься, не так ли?
— Я ищу выход, но сад может быть полезен, — задумчиво сказала я. — Он там выращивает еду? Фрукты? Или только цветы?
— Там ты найдешь прекрасную сливовую рощу.
Мой желудок затрепетал при мысли о сочной сливе, которую я съела, и обо всем, что произошло после этого. В моей голове всплыли грязные мысли, образы трона и цепей. Вино и воск. Я покраснела, вспомнив все это. Я умирала от голода и еще от кое-чего.
— Это прекрасно, — сказала я, и мое настроение поднялось. — Ты можешь сказать мне, как туда добраться?
— Куда? — сморщился лоб головы.
— В сад, — прошипела я. — Ты можешь сказать мне, как добраться до сада твоего хозяина?
— Я не знаю никакого сада, — она сжала губы.
— Но ты сказала… — разочарование в моем голосе было очевидным, и я ненавидела себя за то, что на мгновение возложила на это надежды.
— Я ничего не говорила. Лабиринт сводит тебя с ума.
— Сумасшедшая, как мелодия, — сказала другая голова, и последние остатки моего терпения лопнули, как сухие спагетти.
Глупые, бесполезные трупы. Не успев себя остановить, я потянулась к обезглавленной голове, схватила ее за спутанные волосы и вытащила из куста. Она закричала, издавая хриплый, сдавленный звук.
— Я тебе покажу сумасшедшего, — я швырнула голову и со всей силы ударила ее ногой, так что она полетела по тропинке и закатилась в лужу. Она забурчала, дергаясь в воде.
— Хочешь присоединиться к нему? — С возмущением я посмотрела на другую голову, лежавшую в нескольких футах от меня.
— Нет, спасибо, дева. Я просто… буду молчать. Заниматься своими делами.
— Я так и думала.
Раздраженная, я продолжила свой путь, повернув направо на развилке впереди. Может быть, вытаскивать все отрезанные части тел из кустов было не такой уж плохой идеей. Это помогло бы мне отмечать дорожки, по которым я прошла, как крошки хлеба из сказки о Гензеле и Гретель, но в более мрачном варианте. Я на мгновение задумалась, но потом отбросила эту мысль. Если тропы постоянно менялись, в этом не было смысла.
В конце концов дождь прекратился, и небо потемнело.
Лабиринт был по-прежнему запутанным, но что-то в пути, проложенном Белиалом, изменилось. Деревья и небольшие кусты разбавляли монотонность запутанных кустарников, а одинаковые тропинки выходили на поляны размером с комнату.
Я все еще была в ловушке, но чувствовала себя менее тревожно. Мне казалось, что я добилась какого-то прогресса.
Глубокая и широкая река пробиралась через лабиринт. Багровые воды были заполнены разлагающимися трупами, лениво плывущими между кустами, исчезающими под стенами лабиринта и перекрывающими дорожки. Каждый раз, когда я натыкалась на реку, мне приходилось возвращаться назад. Я слишком боялась пересечь ее или даже подойти к ней. Это было место для мертвых, и я не могла избавиться от ощущения, что, если подойду слишком близко, то присоединюсь к ним.
Когда над головой исчезли последние лучи солнца, страх проник в мою кровь. Где я проведу ночь? Здесь не было ни укрытия, ни места для сна. Ничего, кроме бесконечных стен из живых изгородей и не слишком приятных голосов, которые следовали за мной повсюду.
Единственное, что давало мне хоть какое-то утешение в том, что я застряла здесь на всю ночь, было отсутствие хищников. За исключением бесчисленных трупов, окружавших меня, я, казалось, была одна. Отрезанные головы, может, и были для меня настоящей занозой в заднице, но они не представляли угрозы. Поблизости не было никаких зверей, за исключением, возможно, Белиала и монстра, которого он держал в штанах.
Я была совершенно одна, вынуждена пережить ночь в глуши, безнадежно заблудившись в лабиринте. Я могла бы сдаться и попросить Белиала отвести меня обратно в замок, чтобы я могла поспать в постели.
  
Черт. Постель. Мои ноющие мышцы ликовали при мысли о ней, но я быстро отбросила ее. Нет. Это не вариант. После всего, что пережила, я не могла отступить.
Я подняла руку, чтобы потрогать кинжал-серьгу, которую я надела на правое ухо. Даже если он не смог бы перенести меня в замок, я все равно могла бы вызвать его. Но о чем я попрошу? О массаже? О пенной ванне? О том, чтобы вернуть мой телефон, чтобы я могла заснуть под звуки моей последней аудиокниги о романе с монстрами? Нет. Все это глупые человеческие вещи. Он бы посмеялся надо мной, а у меня сейчас не было сил с ним разбираться.