Владыка костей (ЛП)

Или я навсегда останусь его.
С нервным вздохом я повернулась и направилась к высокому лесу из колючих кустарников. Я не имела ни малейшего представления, какие ужасные вещи я там найду. Трудно было представить что-то ужаснее, чем Владыка Костей.
Я остановилась, подойдя достаточно близко, чтобы разглядеть бледное нечто, украшавшее темные, скрученные ветви. Мой желудок скрутило от отвращения. Это были вовсе не цветы или плоды.
  
Это были части тел, сотни отрезанных частей тел, разбросанных среди кустарника. Руки, пальцы ног, туловища, головы.
Хуже всего было то, что они двигались.
Желчь подступила к горлу, а сердце больно ударялось о ребра. Здесь было как в темнице. К счастью, между высокими изгородями было достаточно места, чтобы я могла пройти, не задевая их, но что будет дальше? Там будет по-другому? Гуще? Придется пробиваться сквозь стены отрезанных конечностей?
Я сглотнула.
Сделав несколько шагов, я их услышала. Шепот. Тихий рокот, доносившийся из-за изгородей, голоса, неразборчивая песня. Кровь отлила от моих щек, страх пробил мою уверенность и сжал ледяными когтями.
Черт. Это было нехорошо.
Один только вид этих конечностей, особенно хватающих рук, вызывал у меня панику.
Я не могла здесь словить панику. Я не хотела, чтобы Владыка Костей увидел, как я сдаюсь, даже не начав.
Я проглотила тошноту, угрожавшую разрушить остатки моей решимости, и повернулась, чтобы войти в заросли кустарника. Я держала голову высоко, крепко обхватив себя руками, чтобы сохранить как можно больше пространства между мной и шевелящимися частями тел в стенах лабиринта. Шепот становился все громче, танцуя по моей коже, оставляя мурашки на каждом сантиметре моего тела.
Меня воротило от того, что я нахожусь здесь, но ещё больше ненависти вызывала мысль о том, что могу проиграть Владыке Костей.
Шаг за шагом медленно продвигаясь вглубь лабиринта, оглядываюсь по сторонам, боясь, что шевелящиеся руки в стенах неожиданно схватят меня. К счастью, они не казались такими жадными, как те, что были в темнице.
Когда я дошла до первой развилки, то остановилась, не решаясь принять решение, но мои мысли прервал шуршащий звук позади меня. Сжимая кулаки в ожидании атаки, я резко обернулась, но там никого не было. Я по-прежнему была одна.
Мое внимание привлекло движение в начале дороги, и я с ужасом увидела, как кусты ожили и двинулись друг к другу, пока место, где я вошла в лабиринт, не стало тупиком.
Черт возьми. Мой мозг с трудом осознавал, что происходит.
Как и замок, лабиринт был оживлен темной магией и закрывал меня внутри, а я беспомощно наблюдала, не в силах ничего сделать, чтобы это остановить. Вернуться назад было невозможно.
Я побежала по тропинке справа, боясь, что стены будут продолжать срастаться, пока не поглотят меня целиком. Неровная дорога ранила мои босые ноги, когда они касались промокшей земли. Дождь прекратился, но почва была грязной, полной камней и колючек.
Несмотря на все это, я не сбавляла скорости. К чертовой матери, я отказываюсь.
Влево, вправо, снова влево. Я заблудилась раньше, чем успела придумать план, надеясь, что удача приведет меня куда-нибудь.
Но этого не произошло.
Все проходы были одинаковыми. Те же высокие стены, те же разорванные тела, разбросанные по ним, и тот же преследующий шепот, который скользил по моей коже, как нежелательная ласка.
Я замедлила шаг и остановилась, мои легкие молили о том, чтобы отдышаться. Я задыхалась, пытаясь дышать ровно, и запрокинула голову, чтобы посмотреть на небо. Там все еще кружили темные облака. Здесь всегда было облачно? Или после дождя выйдет солнце?
А было ли здесь вообще солнце?
— Ты упадешь в небо, если будешь так смотреть вверх, — сказал кто-то позади, заставив меня вздрогнуть. Я резко обернулась, чтобы найти владельца голоса. Но там никого не было.
Я по-прежнему была одна, но ясно слышала, что кто-то говорил.
— Эй? — Мой голос прорезал шепот, и я пристально следила за любым движением.
— Не нужно кричать, — голос донесся справа, и я резко повернулась в ту сторону. Там, застрявшая среди темных кустарников и скрученных лоз, лежала отрезанная голова. Впалые щеки, редкие волосы и желтоватая кожа, она казалась спящей… пока один из ее глаз не открылся и не посмотрел прямо на меня.
Он был молочно-белым, но бегал по сторонам, как будто все еще мог видеть.
— Простите? — сказала я, ошеломленная, не зная, что еще сказать отрубленной голове.
— Ты идешь не в ту сторону. — Другой глаз головы открылся, обнажив пустую глазницу. Должно быть, черви съели его.
Я резко вдохнула.
— Вы знаете, как отсюда выбраться? — спросила я, надеясь, что удача наконец-то мне улыбнулась.
— Конечно.
Сердце подскочило к горлу.
— Правда? Можете мне сказать?
— Сказать что? — голова нахмурилась.
— Как выбраться отсюда.
Голова презрительно фыркнула.
— Кто сказал, что я знаю, как выбраться?
— Вы сами, — резко ответила я, чувствуя, как меня охватывает раздражение.
— Что сказал?
— Сказали, что знаете, как выбраться из лабиринта, — прорычала я, и мое раздражение перешло в тихую ярость. Если бы я не боялась подойти ближе к кусту, то ударила бы эту голову. — Вы знаете как выбраться отсюда, или нет?
Голова хохотнула, широко улыбнувшись, обнажив несколько дыр вместо зубов.
— Нет.
Я топнула ногой по земле, но тут же пожалела об этом, когда острая веточка вонзилась в мой мизинец. Отрезанная голова рассмеялась над моим взвизгом боли.
— Не теряй голову, дева!
Я стиснула челюсти, скрежеща зубами. Какая трата времени. Этот парень, то, что от него осталось, потерял рассудок вместе с остальной частью тела.
— Спасибо за… ничего, — пробормотала я и повернулась, чтобы пойти по тропе. Не успев далеко уйти, я услышала, как голова за моей спиной начала кричать.
— Не туда! Ты идешь не в ту сторону! — крикнул он, но я проигнорировала его. Он явно не знал, о чем говорил, и, если бы я его послушала, то, скорее всего, еще бы больше заблудилась. Я продолжала идти, чувствуя, как гнев заливает мои щеки. Я покажу ему, как и Владыке Костей. Мне не нужна была помощь ни одного из них, чтобы выбраться отсюда.
Когда я дошла до конца тропы, земля стала еще мягче, чем раньше, на мгновение почувствовав облегчение. Здесь не было острых камней и шипов, которые могли ранить ноги, но, когда земля начала проваливаться между пальцами, я остановилась. Только движение не прекратилось.
Я тонула.
Мои ноги медленно исчезали под поверхностью земли. Я пыталась вытащить их, но они не двигались. Чем больше шевелилась, тем глубже проваливалась. Земля поглощала меня, тянула вниз, и чем больше я сопротивлялась, тем быстрее проваливалась.
Я забрела в зыбучие пески.
Я закричала, пронзительный звук разрывал мне горло, и шепот в воздухе превратился в ропот.
— Потише, — резко сказал кто-то.
— Да. Постарайся умереть тихо, пожалуйста.
Игнорируя насмешливые голоса, я схватилась за кусты, цепляясь за колючие лозы, несмотря на боль, и держась за них, как за спасательный круг. Я тянула и дергала. Но что бы ни делала, я продолжала погружаться. Сначала исчезли мои ноги, потом бедра. Я царапала землю, мои ногти отчаянно оставляли следы на песке в тщетной попытке найти твердую опору.
Через несколько минут я бы задохнулась.
Я снова закричала, хотя знала, что никто не придет мне на помощь. Даже если бы кто-то услышал, я сомневалась, что он успеет вовремя.
Земля поглотила половину моего туловища, сдавливая меня и не давая дышать. Чем больше она поглощала меня, тем сильнее стискивала каждую кость в моем теле, пока не стало казаться, что они раздробятся под давлением. Когда мои руки скользнули под землю, я потеряла последнюю надежду.
  
Я не могла бороться.
Мне не оставалось ничего другого.
Я умру, и Владыка Костей вернет меня к жизни в бесконечном цикле пыток.