Проблемы с проклятым (ЛП)

— Дойл? — мило сказала я, и он поднял палец, чтобы я подождала, пока он будет давать кому-то указания. Сжав челюсти, я встала, перенеся вес на одну ногу с руками на животе. Злая.
Наконец последнего из мужчин выволокли, ведьмы в униформе нервно поглядывали на меня, обсуждая, как разрушить магию, удерживающую их неподвижными. С сонными зельями они могли справиться, но произнесенные проклятия были им не по зубам. Они знали, что я могла помочь, но поскольку Дойл собирался взять на себя ответственность, они не могли попросить.
— Понятия не имею, — слабо услышала я, и в момент сочувствия я подправила произносимые проклятия, и они прекратились.
— Дойл, — позвала я снова, видя, что он удобно забыл обо мне и вышел вслед за последним из офицеров.
— Чего ты хочешь? — язвительно спросил он, и я развернулась, ударив его ногой в подбородок.
Он с глухим стуком ударился о стену, и его внезапный крик заставил офицера подойти к двери. Мужчина бросил один взгляд на Дойла, лежащего на полу, а затем убежал.
— Морган, что за черт! — прошипел Дойл, и я неторопливо подошла ближе, бросив ему разорванное покрывало, чтобы вытереть лицо, прежде чем протянуть руку, чтобы помочь ему подняться.
— Не за что, — сухо сказала я, оттолкнувшись, и мужчина, пошатываясь, поднялся на ноги.
— Ты сгниешь за это, — сказал он, его лицо покраснело, когда он сгорбился в отчаянии с черными зрачками, но он не осмелился сделать шаг против меня. Не тогда, когда я была зла. Не тогда, когда лей-линия прожигала меня насквозь, требуя направления. Были только он, я и шепотки из передней комнаты. Я чувствовала исходящий от него запах старой крови, опасности, но, пожив с Айви, я могла сказать, что он был мелкой сошкой. И теперь он знал, что я знала.
— Сгнию? Может быть, когда-нибудь, но не из-за тебя, — тихо сказала я, и он отбросил мою руку, прежде чем я смогла разгладить его рубашку. — Если на тебе не будет немного крови, твои боссы узнают, что все, что ты делал, это сидел в машине. Я — демон-суброса и не допущу, чтобы мой крот из ОВ попал под подозрение в неправомерных действиях, потому что он взял кредит, когда кредит явно не был причитающимся. Теперь ты выглядишь так, будто ты что-то сделал. Не за что.
Дойл фыркнул, в его глазах с черными зрачками появился увеличивающийся коричневый оттенок, когда он взглянул на переднюю комнату.
— Твой крот в ОВ?
Сияя, я отступила на шаг назад.
— Разве это не то, что ты делаешь? Прикрываешь мою задницу? Держа мои действия в секрете? — вздохнув, я проверила телефон. — Хорошо, что ты предвидишь мои потребности, но в следующий раз сначала позвони. А теперь, если ты меня извинишь, Айви приедет завтра с представителем из Вашингтона. Если хочешь принять в этом участие, я буду в церкви через час на встрече со своей командой, чтобы обсудить, как с этим справиться. Надеюсь увидеть тебя там.
— Какого хрена, — прошептал он, когда я вышла, не уверенная, появится он или нет.
Держать паранормальные явления Цинциннати в узде было непростой задачей. Несмотря на огромные офисы ФВБ и ОВ, занимающиеся повседневными делами, я была там, где все зависело от меня, и ни один лакей ОВ не собирался ставить это под угрозу. Отобрать контроль у Констанс стоило слишком дорого, чтобы пустить все на самотек. Я очень нуждалась в нем или в ком-то подобном ему в ОВ.
Я просто надеялась, что он никогда этого не поймет.
  
Глава 2
 
— Спасибо, — сказала я мужчине, придерживающему для меня дверь в кафе «У Джуниора», уходя, когда я собиралась войти. Глухо звякнули зачарованные дверные колокольчики, и я замешкалась на пороге, радуясь сухому холоду, который Марк поддерживал в заведении, пока ждала Пайка. Кофейня со смешанным населением находилась в нескольких улицах от набережной, достаточно близко к стадионам, чтобы ею нельзя было воспользоваться в день игры, и достаточно далеко от площади Фонтанов, чтобы она не была переполнена туристами. Тем не менее, тут всегда было полно народа. Кондиционер сильно ревел, и все еще слабо пахло потными оборотнем и вампиром. Нет, это Пайк…
  
— Э, я закажу, — сказала я, когда Пайк, шаркая, вошел следом за мной, мужчина все еще прижимал к носу шелковый платок. — Почему бы тебе не выбить нам столик.
— Ладно, — пробормотал он. Судя по его порванной рубашке, ободранным костяшкам пальцев и опухшему лицу, на него обращали внимание. Наблюдение за сменой выражений лиц, когда он лавировал между столами, почти стоило допуска к моей странной жизни. Улыбаясь, я направилась к длинной очереди.
Обстановка в Джуниоре была… уникальной. Нарисованные круги украшали пол, стену, прилавок, возможно, в стиле ар-деко, но я знала, что они на случай, если возникнут проблемы и потребуется установить надежный защитный пузырь. Богато разрисованный круг сзади был местом, где демоны могли входить и выходить, не опасаясь приземлиться слишком близко к кому-нибудь, но линии пылились. Там, где когда-то были десятки фотографий младенцев, одетых как фрукты, теперь красовалась только одна, и кто-то нарисовал огромные витрины с американскими горками и иглой на Кингс-Айленде.
Мне нужен был кофе. Рука болела от удара по чему-то глупому, и грудь болела, когда я пыталась сделать глубокий вдох. Уставшая, я устроилась в конце очереди у холодных полок. Это могло занять некоторое время. Человек перед кассой оформлял заказ будто для целого офисного этажа. Хуже того, три молодых оборотня передо мной хихикали, пытаясь заигрывать с последним работником Марка: оборотнем с татуировками из трех разных стай. Его длинные волосы были собраны в мужской пучок, и все же ему каким-то образом удавалось выглядеть привлекательно неряшливо под своим зеленым фартуком и аккуратными брюками. Я не смогла сдержать вздоха, когда парень спросил, может ли он заказать овсяно-молочный карамельный латте-мокко с обезжиренными взбитыми сливками и мятной посыпкой.
Ссутулившись, я взглянула на Пайка, который что-то рисовал на салфетке, такой жесткой, что она не годилась ни для чего другого.
— Логотипы, верно, — прошептала я. Рука действительно болела, и когда парень подошел к стойке самовывоза, а трое щенков начали делать свои заказы, я развернула свою большую холщовую сумку, чтобы найти амулет от боли. Палочка для пуска крови, чтобы активировать заклинания, лежала в боковом кармане, и я почти не почувствовала укола, когда открыла ее и ткнула в мизинец.
Сразу же живые вампиры, наслаждающиеся солнцем у входа в магазин, повернули головы, чтобы найти меня. Входящая смешанная группа тоже заметила это, и Пайк, который оторвался от своих логотипов, чтобы слабо улыбнуться мне.
«И Дали», подумала я, быстро размазывая каплю крови по деревянному амулету и вешая его себе на шею. Угрюмый демон часто прятался в подсобке, пока не становилось тесно, после чего он выходил на двадцать минут, использовал магию, чтобы проредить очередь, а затем снова прятался. Сегодня, однако, он работал на проходной с помощью пикси. Марк серьезно относился к тому, чтобы быть работодателем с равными возможностями. Или, может быть, это было потому, что заставить кого-либо работать с демоном было трудно. Его вывеска «Требуется помощь» была выполнена неоновой краской.
— Извините, — одними губами произнесла я вампирам на солнце, когда боль в руке исчезла, а плечи с облегчением опустились. Нахмурив брови, они вернулись к разговору. Запах моей крови был незначительным раздражителем, особенно по сравнению с Пайком. Проработав с ним несколько месяцев, я начала подозревать, что ему нравится носить чужую кровь в качестве знака почета. Я считала совершенно несправедливым, что это делало его более привлекательным. Я же выглядела просто как месиво, покрытое кровью.
Очередь почти не двигалась, и, воспользовавшись случаем, я повернулась, чтобы найти свой телефон, чтобы позвонить Дженксу. Он сразу же взял трубку, его приветствие было громким, перекрикивая голос Аттенборо, рассказывающего на заднем плане документальный фильм о природе.