Товарищ маг (СИ)

— Товарищ капитан, — обратился он к Звягинцеву. — Там людей сгоняют. Вам лучше самому на это посмотреть.
Предчувствуя недоброе, я тоже направился вместе с капитаном.
— Будь предельно внимательным, — шепнул я Юре. — Сейчас меня могут попытаться убить.
Мужчина кивнул, но комментировать мои слова никак не стал. На то место, где совсем недавно мы разгромили отряд немцев, на самом деле начали сгонять людей. В основном женщин и детей, которые не успели убежать, собрали человек пятьсот, не меньше. Разумеется, стало сразу понятно, с какой целью это делается, возможно, под их прикрытием хотели ворваться в лес, но это глупо, они могли убить нас и так, такая возможность была, никуда даже не нужно заходить. Эти скоты таким образом решили заставить нас выйти самим с поднятыми кверху руками. Так и вышло.
  
— Скворцов Константин Сергеевич! — Услышал я незнакомый голос, усиленный громкоговорителем. — Мы знаем, что вы нас слышите, выходите с поднятыми руками! В противном случае все эти люди будут расстреляны, а потом приведём новых. И так будет продолжаться до тех пор, пока вы не выполните приказ! Мы гарантируем вам всем безопасность и хорошее отношение.
— Твою мать! — Выругался капитан.
— Ну, капитан, что бы ты сделал на моём месте? — Спросил я у сотрудника НКВД. — Может, подскажешь?
Капитан промолчал, он только сопел и о чём-то размышлял.
— На принятие решения у вас пять минут! — Снова заорал кто-то.
— А что будет с захваченными людьми? — Уточнил я.
— Их всех отпустят по домам. Слово офицера! — Заверили меня.
— А с кем я разговариваю?
— Полковник Волкер Мюнс.
— Капитан, это что за хрен? — Уточнил я у Звягинцева, но в ответ он просто пожал плечами.
— На принятие решения мне нужно два часа! — Заявил я, повысив голос в разы.
— У вас десять минут. Через десять минут мы расстреляем сто человек, ещё через минуту умрёт следующая сотня и так далее, — ответил полковник.
— Полчаса, полковник, имей совесть. Мне вообще-то страшно! — Крикнул я.
— Двадцать минут, на этом торг закончен, время пошло, — всё же пошёл на уступки фашист. Видимо ему очень хотелось получить меня в свои руки.
В отличие от немца, Звягинцев не был столь щедр и решил не давать мне даже двадцати минут. Щёлкнул курок, потом раздался глухой удар, а следом короткая возня. Капитан допустил ошибку, нужно было предупредить своих бойцов, вместе с капитаном их трое и все вооружены, а значит, имелся высокий шанс меня убить. Только рядовых не предупредили о том, что меня в случае чего надо убивать, вот и оплошали. Юра их ловко оглушил и теперь быстро связывал руки, лишив оружия.
— Вы чего это друг с другом дерётесь? — Пискнула Васька, а Катя просто смотрела на развернувшееся действие с широко раскрытыми глазами.
— Как-то так, — улыбнулся я последней. — С руками пока придётся обождать, но обещаю, что надолго ты инвалидом не останешься.
— Господин, что дальше? — Как и всегда, когда Юра нервничал, то называл меня господином. Похоже, он уже и сам понял, что я задумал.
— Юра, слушай меня очень внимательно, — я серьёзно посмотрел в глаза охраннику. — Сейчас этих троих я приведу в себя, отведёшь их в лес и где-нибудь спрячьтесь. Позаботься о девочках, сможешь их в лесу спрятать?
— Смогу, — закивал охранник. — Уже и место приметил, но думал, что не пригодится.
— Еда у вас есть, ждите, когда придут наши и только после этого выходите, — продолжил я наставления. — Не думаю, что тут будут долго всё прочёсывать. Немцы получат то, что им надо.
— Так ты решил сдаться? — Влезла в разговор Катя.
— А у тебя есть другое предложение? — Спросил я. — Ну, давай, расскажи, как нам немцев обхитрить и толпу людей спасти. Внимательно слушаю.
Девушка промолчала, только засопела.
— У них могут быть собаки, — продолжил я. — В общем, спрячьтесь как следует, а потом уходите вместе с нашими, скоро тут советские войска будут, я уверен, просто переждите. Тебя наверняка затаскают на допросы, не наглей, отвечай, чтобы не вздумали пытать. Я тебя найду, будь уверен, и вас тоже, — я посмотрел на девушек.
— Господин, я могу пойти с тобой, — Юра выглядел растерянным. — Как же без меня-то?
— Делай, что тебе сказано! — Рявкнул я. — Если нас там разделят, где я тебя потом искать буду? На вот, сохрани это.
Я отдал охраннику свою магическую книгу.
— Спрячу, — пообещал мужчина.
— Молодец, теперь идите. Сейчас я этих в себя приведу.
— А может, его того? — Юра провёл пальцем по горлу, намекая на то, как можно разобраться с капитаном. — Господин, он же тебя убить хотел, собака вшивая.
— Им тоже спрятаться помоги, но главное сам не попадись и сохрани девочек. Понял меня?
— Всё понял, господин, — заверил мужчина. — И пусть боги будут к тебе милостивы, возможно, на смерть идёшь.
Отвечать я не стал, вместо этого привёл в себя бойцов, которых вырубил мой охранник. Капитан дёрнулся, со злостью глядя на меня, но напасть не мог, руки же связаны. Даже неприятно стало, как будто я резко стал предателем, вот ведь идиот.
— Что, о себе беспокоишься, не выполнил приказ? — Полюбопытствовал я. — Плевать на простых граждан, пусть их расстреливают, так?
— Ты не должен попасть в руки фашистов, идиот, — прошипел он. — Переметнуться захотел?
— Вижу, что нам с тобой, придурок ты этакий, не о чем разговаривать. Ты человек приказа, что сказали, то и сделаешь. Наверное, и сам запросто гражданских расстрелять сможешь, — усмехнулся я. — Особенно, если обоснование будет, мол, так нужно нашей Родине. Всё, Юра, ступай, если кто-то из этих троих будет дёргаться, убей, это мой тебе приказ.
Девушки в отличие от капитана меня не осуждали, а скорее одобряли и смотрели с жалостью, видно думали, что я на самом деле по доброй воле иду на верную смерть. Хотели бы фашисты меня убить, уже бы наши тушки обирали, была у них такая возможность, я им нужен живым, уверен в этом. Причём обрабатывать меня будут по полной программе, обещая все земные блага, лишь бы работал на них. Только я не собирался задерживаться в плену надолго, нечего мне там делать. Печально будет, если смогут найти моего охранника и Ваську с Катей, тогда появятся рычаги давления. Если учесть, что я планирую дать дёру, могут расстрелять или ещё как-нибудь убить.
Капитан просто так уходить не пожелал, но мой охранник превратился из добродушного парня в злобного бойца, которого лучше не злить. Звонкой оплеухой он всё же убедил руководство пошевеливать ногами. Конечно, я понимал Звягинцева, он мне не верил, к тому же я постоянно твердил, что не являюсь гражданином Советского Союза, вот он и подумал, что сдамся. С него потом точно спросят за потерю ценного человека, ведь он наверняка уже давно доложил обо мне своему начальству, по-другому быть не может.
Само собой, сразу выходить к немцам я даже не подумал, уселся около дерева и стал ждать, когда меня снова начнут звать. Впрочем, фашисты не дали мне ни секунды лишнего времени.
— Двадцать минут прошло! — Сообщил мне полковник. — Выходите!
— Тут больше никого нет, — заявил я. — Моих товарищей ваши бойцы ночью убили.
— Значит, выходи один!
— Дайте ещё пять минут!
Пять минут мне не дали. После короткой команды часть захваченных людей начали отделять от основной группы. Было понятно, для какой цели, поэтому больше тянуть я не стал, вышел из-за дерева и направился к немцам. В меня тут же направили оружие и я решил поднять руки, чтобы эти твари не вздумали стрелять.
— Какой невежливый приём, — усмехнулся я, когда один из подхвативших меня бойцов треснул прикладом в живот. Тут подошёл и полковник. — Вы вроде бы обещали нормальное отношение, даже слово офицера дали. Или у вас слова с делом расходятся?
  
— Это для порядка, — усмехнулся он. — Плащ свой снимите.
Жаль, конечно, одежду, но делать нечего, пришлось снять.
— Людей можно уже отпускать, — напомнил я.
— Разумеется, — кивнул он, после чего людей куда-то погнали. Надеюсь, сдержит своё слово.