Калгари 88. Том 8 (СИ)

Арина взбила пышную причёску. Со стороны казалось, будто волосы, как мягкие крупные волосы, плавно вздымаются над головой и плавно стекают на плечи. Укладка напоминала причёску Сандры и Арине очень нравилась. Соколовская тоже пышно взбила свои светлые волосы, и Арина из части волос заплела ей две маленькие косички, падавшие на виски и касавшиеся плеч. Такая причёска казалась необычной и должна была означать стремление человечества к совершенству и прогрессу. Тане Малининой Арина заплела из передних прядей две косички, которые обегали голову по макушке и соединялись на затылке. Косички прикрепила булавками-невидимками к волосам, и вышло прекрасно. Даже благородно, что должно гармонировать с её «Чёрным лебедем».
  
— Я вас ещё и накрашу так, что офигеете, — пообещала Арина. — Все ахнут!
В её словах был резон. Как Арина заметила, многие фигуристки на чемпионате мира носили короткие причёски, и красивым внешним обликом можно было выгодно оттенить себя на их фоне. Всё должно быть играть на победу: техника, хореография, причёска, макияж и костюм.
Сложив аккуратно платье, колготки и прочее в спортивную сумку и ещё раз всё проверив, Арина почувствовала себя готовой к чемпионату. Короткую программу она не считала сложной: как-нибудь да сделает. Проблема с надёжностью в последнее время перед ней не стояла. Естественно, существовал форс-мажор, который мог подействовать на результат, самое распространённое — попасть лезвием конька в трещину во льду, но тут уже ничего не поделать…
…Дождавшись полудня, фигуристки покинули номер и встретились у входа в отель с тренерами, переводчиками, врачами, Шеховцовым, Шмутко и товарищем Судаковым. Все вместе, дружной компанией, отправились в ледовый дворец «Тивали».
— А вы сегодня, кажется, превзошли себя, — одобрительно сказал глава федерации. — Наверное, точно будете лучше всех.
Когда автобус подъехал к дворцу спорта, то все сразу почувствовали, что сегодня в нём царит настоящий аншлаг. Впрочем, в этом не было ничего удивительного, короткая программа — это не унылые и скучные обязательные фигур. Это артистизм и шоу!
На стоянке находилось множество автомобилей и автобусов, намного больше, чем на первенстве СССР в ледовой арене «Крылья Советов», хотя арены были одинаковые по числу зрителей. У входа стояли несколько микроавтобусов с надписями «ТВ» и «Пресса» на борту. А ещё прямо у двери стояла та французская журналистка, Габриэла Рубио, которая восхищалась Хмельницкой в Москве и которая разнесла о ней весть по всему миру. И ведь она ждала целенаправленно приезда советской делегации. Увидев выходящих из остановившегося автобуса спортсменок, женщина радостно улыбнулась и подошла к ним.
— Девчонки, как я рада вас видеть, — с улыбкой сказала журналистка. — Извините, что не приехала на обязательные фигуры, но я вижу, что вы сами со всем хорошо справились. Поздравляю вас с ведущими местами и желаю удачи в короткой программе. Приду обязательно на после стартовую пресс-конференцию.
— Спасииибо! — смущённо пропищали юные звёзды и пошли вместе с остальными в ледовый дворец.
Попав внутрь, сразу же почувствовали, что соревнования идут полным ходом. Из служебного коридора доносилась громкая музыка Шостаковича. Кто-то катал свою короткую программу под музыку великого русского композитора.
— Дуйте в раздевалку, потом в тренажёрный зал, — велел Левковцев. — 40 минут будем разминаться и делать легкую тренировку и растяжки.
Больше тут добавить тут было нечего и фигуристки отправились в раздевалку. Вот и началось…
  
Глава 18
 
Оригинальный визаж
 
В раздевалке ожидаемо царило столпотворение и вакханалия. Как всегда, кто-то приходил, кто-то уходил, кто-то раздевался, кто-то одевался, кто-то плакал тихонечко в углу, а кто-то радостно делился впечатлениями от проката, не в силах держать эмоции внутри себя. У каждого спортсмена мерило успеха разное… Кому-то просто приехать сюда было за счастье, став лучшей фигуристкой своей страны. Кто-то лишь хотел откатать чисто, без оглядки на занятое место, и эта мечта осуществилась, пусть даже эта фигуристка и прыгнула всего несколько одинарных и двойных прыжков. Зато ей аплодировала публика, и о ней хоть кто-то да скажет что-то приятное. Кто-то ехал с большими надеждами занять хотя бы десятое место, ведь попасть в десятку — это был его предел. И в самом деле, попасть на чемпионате мира в десятку — это великое дело, это самый топ-уровень. Но у кого-то были и более весомые ожидания, — любая медаль как минимум, как максимум — золотая медаль. Вот только фигуристок много, а медали только три…
Сейчас шла третья разминка. У фигуристок из четвёртой разминки впереди ещё час до выхода на раскатку. За этот час нужно размяться, подготовившись к прокату, надеть платье и нанести макияж. На все манипуляции надо потратить примерно как минимум, 30 минут, учитывая, что Арина похвасталась сделать всем крутой раскрас.
В тренажёрном зале присутствовало много народу: фигуристки, участвующие в последней разминке, их тренеры, врачи. Но особого рвения в тренировках не наблюдалось: сейчас усиленно тренироваться было поздно. В основном фигуристки неспешно тянули руки, ноги и вращали корпус в разных направлениях. Кто-то вставал мостиком или вообще на руки. Советские фигуристки начали заниматься примерно так же, что и зарубежные, при этом тренировочные процессы опять разделились. Ксенофонтов занимался только Малининой, Левковцев двумя своими фигуристками. Но тренировка протекала примерно по одному образцу.
— Начните с ног, — велел Левковцев. — Когда закончите, продолжите корпусными упражнениями.
Арина подошла к шведской стенке, подняла ногу, положив на перекладину, и начала тянуть икроножные и бедренные мышцы, попеременно меняя опорную ногу. Соколовская расположилась рядом и начала делать то же самое. Размявшись, фигуристки стали исполнять аттитюды, чередуя ноги.
Иногда прекращали растяжку и по договорённости исполняли парные балетные упражнения — фуэте, аллонже, арабески. Так как эта практика была давно наработана, то она вызывала неустанное восхищение видевших её. Советские фигуристки ловили на себе восхищённые взгляды, но и сами не уставали посматривать, чем занимаются соперницы.
В процессе тренировки Арина бросила взгляд на тренажёрную. Сразу же бросилась в глаза симпатичная канадская фигуристка, которая так похожа на неё. Канадка, в красно-белом спортивном костюме, с двумя хвостиками на голове, опять увидела, что на неё смотрит Арина, улыбнулась и помахала рукой. Арина в ответ сделала то же самое. Соколовская, увидев эти знаки дружбы, недовольно нахмурилась и надулась. Ревнует, что ли? Какая глупость!
Растянувшись и разогревшись, Арина подошла к тренеру.
— Может, нам аксели попрыгать? — спросила она у Левковцева.
— Делай, — согласился тренер. — Только смотри, не потяни лодыжку.
Аксель, исполненный на полу, был хорошим упражнением, но в то же время и опасным. Дело в том, что энергия от прыжка при приземлении должна куда-то деваться. При исполнении прыжка на льду она уходит в выезд. Когда прыгаешь на полу, никакого выезда нет, и при приземлении нужно несколько раз подпрыгнуть на ноге, на которую приземляешься. Однако, если покрытие пола в спортивном зале слишком прилипчивое, то подпрыгивания давались с некоторым трудом, и можно было легко потянуть лодыжку, когда тело отрывается от пола, а нога занимает скрученное положение.
Прыгали аксели в углу, где лежат маты. Разбегались из центра, делали пять шагов, резко останавливались на чуть согнутой левой ноге, делали замах правой ногой сначала назад, потом вперёд и прыгали аксель, отталкиваясь левой ногой. Скрутив полтора оборота, приземлялись в обратном первоначальному положении, раскинув руки и три раза подпрыгнув.
  
Хорошо размявшись, Арина почувствовала, что с тренировкой нужно завязывать. Время уже подходило, и нужно было готовиться к старту, надевать соревновательные костюмы, наносить макияж.