Скромный метаморф (СИ)
Клац!
— А-А-А-А-А!!! — завизжал Пивз, быстро отлетая вверх и начиная баюкать правую ногу, на которой сейчас не хватало ступни. Он с ужасом смотрел на облизывающегося пухляша, который внезапно кинулся на него и укусил. Тело парня начало видоизменяться, как и его лицо с волосами. — Ты! Ты! ТЫ ТОТ СУМАСШЕДШИЙ МАЛЬЧИШКА! ПОМОГИТЕ, ТРУПЫ ДОБРЫЕ, ХУЛИГАНЫ КОНЕЧНОСТЕЙ ЛИШАЮТ!
С этим криком, привлёкшим внимание всех призраков, он снова завизжал и улетел в неизвестном направлении через ближайшую стену.
Установилась гробовая тишина. Но весьма быстро она была нарушена голосом Рона:
— А я говорил, что в этот раз Пивз точно попадётся, — довольным тоном произнёс рыжик, протягивая раскрытую ладонь в сторону Поттера. Гарри с недовольным лицом отдал Рону несколько сиклей.
— Вы серьёзно спорили на то, смогу ли я откусить кусочек от Пивза или нет? — удивлённо посмотрев на парней, спросил я, пока Гермиона хлопала ртом и глазами, пока ещё не отойдя от шока. В этот мой план мы её не посвящали.
— А ты на полном серьёзе планировал это сделать, — парировал Рон.
— Льюис! — воскликнула отошедшая от первого шока Герми.
— Да-да? — сделав максимально невинное лицо, повернулся я к ней.
— Что это было?! — с явно видимым на лице гневом спросила она.
— Я наконец-то смог откусить от Пивза кусочек. Как оказалось, это всё же возможно, хотя раньше я немного сомневался, — довольно сощурился я, смакуя послевкусие. Это было несомненно вкусно! Даже как-то неожиданно.
— Это… Это… Я даже не знаю что на это сказать! — воскликнула в негодованием девочка.
— Можешь спросить, каково это было на вкус, — дал я ей подсказку. Её аж затрясло всю.
— О, точно! Как на вкус? — подал голос Гарри, до этого тихо хихикавший над выражением негодования со стороны Герми.
— Будто бы сахарная вата, но более нежная и быстрее тающая. Вкус как у мятной конфеты. Оно будто на самом дело таяло во рту, преобразуясь во что-то вроде желе или эктоплазмы. Это уже было не как мятная конфета, а как мятное желе, — с энтузиазмом пояснил я, стараясь не смотреть в сторону Гермионы, а то боюсь я либо в ужасе убегу, либо начну хохотать как сумасшедший. При этом продолжал смаковать послевкусие «мяса» полтергейста.
— Круто. Надо будет как-нибудь попробовать, — сказал впечатлённый рыжик. — В смысле желе мятное, а не Пивза, — тут же добавил он, неловко кашлянув от метающего гром и молнии взгляда Герми.
— Неужели на этого взбалмошного негодяя нашлась управа? — неожиданно для всех прозвучал мрачный голос.
— А? Э-э… — Гермиона, хотевшая уже устроить нам в целом и мне в частности отповедь, резко осеклась, узнав голос и повернувшись к его обладательнице. — П-привет, Миртл… — неуверенно начала она.
Да, это к нам приблизился призрак Миртл Уоррен. Единственная, кто осмелился к нам приблизиться, ведь сейчас я для призраков стал вторым Кровавым Бароном из-за происшествия с Пивзом. Хотя, меня они обходили даже по большей дуге, чем его. И это очень пузикочесательно для моего ЧСВ, хе-хе…
— Миртл! Привет, расскажешь как померла? — задорно спросил я, отведя на себя внимание этой плаксы. Гермиона кинула на меня благодарный взгляд, который тут же стал грозным, обещая мне потом поговорить на тему Пивза.
— О-о-о! Это был кошмар! — заговорила она, смакуя каждое слово. Миртл в мгновение преобразилась, буквально расцвела на глазах, точно ещё никто никогда не задавал ей столь лестного вопроса. — Я умерла в туалете, в котором обычно сижу, прямо в кабинке, в самой крайней. Как сейчас помню, спряталась я туда, потому что Оливия Хорнби смеялась над моими очками. Обидно дразнила. Я заперлась на задвижку и стала плакать. Потом услышала, что в туалет вошли и стали говорить. Я не поняла что, наверное на другом языке. Один из говоривших был мальчик. Я, естественно, отперла дверь и сказала ему, чтобы он шёл в свой туалет. Тут-то это и произошло. — Миртл надулась от важности, лицо её просияло. — Я умерла.
— Но как? — неуверенно спросил Гарри, очевидно, не понимая как можно радоваться разговору на такую тему.
— Сама не знаю. — Миртл сбавила торжественный тон. Помню только два огромных-преогромных жёлтых глаза. Всё моё тело сдавило, куда-то понесло… — она туманно посмотрела на Гарри, который видимо уже пожалел, что задал вопрос. — А потом… Потом я снова вернулась в тот туалет. Я решила постоянно являться Оливии Хорнби. Ну, ты понимаешь, тоже ведь раньше носил очки… Ох, как она жалела, что смеялась над моими очками…
— Круто, — улыбнувшись, сказал я.
— … — мои друзья посмотрели на меня странными взглядами, будто спрашивая «Что в этом крутого?» — этот вопрос был практически осязаем.
— Согласна, — блаженно улыбнувшись, согласилась Миртл. — Ох, хорошее у меня сегодня настроение… Пойду поищу потомка Оливии! — с энтузиазмом воскликнула она и уплыла куда-то в сторону Большого зала.
— Забавная она. Надо будет как-нибудь навестить её, поболтать о всяком разном, — прокомментировал я с улыбкой её уход. Какая мстительная девочка.
Кстати, по поводу Миртл. В её убийстве ведь обвинялся Хагрид, но сейчас, после просмотра моего воспоминания и уточнения некоторых деталей, директор планирует подать апелляцию на пересмотр дела. Как раз под ещё не утихший шумок дела Сириуса. Для этого он взял некоторые элементы туши василиска (убавления туши я не заметил ни в одном месте, так что понятия не имею что он брал) и порасспрашивал саму Миртл. Ну и с Хагрида взял показания, помогая тому вспомнить детали того происшествия во всех подробностях с помощью Омута Воспоминаний. Насколько я знаю, как раз после Хэллоуина начнётся пересмотр дела. Моё участие в деле василиска тактично решили не упоминать в суде. Я сам об этом попросил. Не хочу создавать лишнюю шумиху вокруг себя, её и так достаточно, а относительно скоро ещё больше будет. Министерство узнает лишь о том, что проблема была решена силами Хогвартса.
— Ну как вам, нравится? — любезно поинтересовался Ник, выдёргивая меня из собственных мыслей. До это он не подходил, потому что не хотел мешать нашему разговору между собой и с Миртл. А ещё по причине того, что и сам немного меня опасался. Это было понятно по взглядам, которые он на меня периодически кидал.
— Очень, — дружно соврали трое и сказал правду один (некто по имени Льюис).
— Пришли почти все приглашённые, — гордо заметил Ник. — Плачущая Вдова прибыла из самого Кента… Приближается время моей речи, пойду предупрежу оркестр.
Но не успел Ник тронуться с места, как оркестр сам внезапно стих. Музыканты и гости замолчали. Послышался звук охотничьего рога.
Сквозь стену в подземелье влетели десять призрачных лошадей, на каждой — безголовый всадник. Собравшиеся громко зааплодировали. Гарри с Роном тоже стали хлопать, но остановились, заметив опечаленное лицо Ника.
Лошади доскакали до середины танцевальной площадки и остановились, встав на дыбы и роя копытами пол. Процессию возглавлял высокий призрак, державший под мышкой голову, которая трубила в рог, надувая щёки. Он соскочил с лошади и подкинул свою бородатую голову высоко в воздух, так, чтобы она увидела всех собравшихся. Гости дружно рассмеялись. Безголовый призрак водрузил голову на подобающее ей от природы место и быстрым шагом устремился к Почти Безголовому Нику.
— Ник! — прогрохотал он. — Как дела? Голова всё ещё висит на волоске?
Он громко хохотнул и хлопнул Николаса по плечу.
— Добро пожаловать, Патрик, — сдержанно поприветствовал его Ник.
— О, живые! — воскликнул сэр Патрик, заметив нашу компанию. Он высоко подпрыгнул от наигранного удивления, так что голова снова слетела с плеча. Зал покатился со смеху.
— Очень весело, — мрачно произнёс Почти Безголовый Ник.
— Перестань, Ник! — прокричала с пола голова сэра Патрика. — Ник всё ещё расстроен, что мы не приняли его в Клуб! Я могу объяснить, взгляните на него…
— Сэр Патрик! — воскликнул я, приковав к себе удивлённый взгляд названного. Да и всех остальных тоже. — Я впервые вижу отрубленную голову, можно посмотреть? — с горящими энтузиазмом глазами спросил я.