Скромный метаморф (СИ)

— Тише ты! — Гарри толкнул Рона локтем, опасливо оглядываясь на преподавателя. Не хватало ещё, чтобы он услышал последние слова Рона.
Когда все расселись по местам, Локхарт громко прокашлялся, и в классе стало тихо. Он протянул руку, взял «Тропою троллей» — экземпляр, принадлежащий Невиллу — и поднял его, демонстрируя собственный подмигивающий портрет на обложке.
— Это я, — сказал он и тоже подмигнул. — Гилдерой Локхарт, рыцарь ордена Мерлина третьей степени, почётный член Лиги Защиты от Тёмных Сил и пятикратный обладатель приза «Магического еженедельника» за самую обаятельную улыбку. Но не будем сейчас об этом. Поверьте, я избавился от ирландского привидения, возвещающего смерть, отнюдь не улыбкой!
  
Гилдерой замолчал, ожидая смеха. Несколько учеников довольно кисло улыбнулись.
— Я вижу, вы все купили полный комплект моих книг. Как это прекрасно! Пожалуй, начнём урок с проверочной работы. Не пугайтесь! Я только хочу проверить, как внимательно вы их прочитали и что из них усвоили…
Вручив каждому листки с вопросами, Локхарт вернулся к столу.
— Даю вам полчаса, — сказал он. — Начинайте.
1. Какой любимый цвет Гилдероя Локхарта? 
2. Какова тайная честолюбивая мечта Гилдероя Локхарта? 
3. Каково, по вашему мнению, на сегодняшний день самое грандиозное достижение Гилдероя Локхарта? 
И так далее и тому подобное. Последний, пятьдесят четвёртый вопрос звучал так:
54. Когда день рождения Гилдероя Локхарта и каков, по вашему мнению, идеальный для него подарок? 
Спустя полчаса Локхарт собрал работы и быстренько просмотрел их.
— Ай-яй-яй! — покачал он головой укоризненно. — Почти никто из вас не помнит, что мой любимый цвет сиреневый. Я об этом пишу в книге «Йоркширские йети». А кое-кому не мешало бы повнимательнее читать «Встречи с вампирами». В главе двенадцатой я чёрным по белому пишу, что идеальный подарок для меня в день рождения — благорасположение между всеми людьми, магами и немагами. Но, разумеется, я не отказался бы и от бутылки доброго огненного виски Огдена!
И Локхарт ещё раз проказливо подмигнул. Рон уставился на него недоумённым взглядом. Сидевшие впереди Симус Финниган и Дин Томас тряслись от едва сдерживаемого смеха. Гермиона же, наоборот, вся обратилась в слух. Вернуло её к действительности только произнесённое на весь класс её имя. Впрочем, там было не только её имя.
— А вот мисс Гермиона Грэйнджер и мистер Льюис Лавгуд (я с помощью магии скопировал ответы Гермионы) знают мою честолюбивую мечту. Да, я хочу избавить мир от зла и наводнить рынок составами для сохранения шевелюры моего собственного изобретения. Молодцы, дети! — он ещё раз перелистал наши работы. Пока он это делал, я показал удивлённо взирающим на меня парням палочку, отчего их лица посветлели от осознания моей хитрожопости. — Вы заслуживаете самой высокой оценки. Пожалуйста, поднимите руки.
Гермиона вместе со мной подняла руку. Её рука так и дрожала.
— Отлично! — излучал восторг Локхарт. — Отлично с плюсом! Двадцать баллов Гриффиндору. А теперь перейдём к делу…
С этими словами он нагнулся за своим столом и поднял с пола большую, завешенную тканью клетку.
— Сегодня я вас научу как обуздывать самые мерзкие создания, существующие в мире магов и волшебников. Предупреждаю: вы будете лицезреть в этой комнате нечто действительно ужасное. Но не бойтесь, пока я рядом, ничего плохого с вами не случится. Единственно я прошу — сохраняйте спокойствие.
Гарри на это невольно выглянул из-за баррикады, чтобы лучше видеть происходящее. Локхарт опустил руку на ткань, закрывающую клетку. Дин и Симус перестали трястись от смеха. Невилл явно трусил, сидя за столом в первом ряду.
— Ведите себя тише, — понизив голос, погрозил пальцем Локхарт. — Они могут перевозбудиться.
Весь класс затаил дыхание, Гилдерой сдёрнул ткань.
— Да, это они, — драматически произнес он. — Только что пойманные корнуэльские пикси.
Симус Финниган не сдержался и так явно хихикнул, что даже Локхарт не принял его смешок за вопль ужаса.
— Что такое? — расплылся он в улыбке.
— Но… Но ведь они совсем… Не опасные, — выговорил сквозь смех Симус.
— Не скажите, — Локхарт покачал головой. — Их забавы могут быть чертовски неприятны.
Пикси были ярко-синие, ростом сантиметров двадцать, с заострёнными мордочками. Оказавшись после темноты на свету, они пронзительно заголосили, точно в класс ворвался полк трубачей, заметались по клетке, стали барабанить по жердям и корчить рожи, не то дразня зрителей, не то забавляя.
— А теперь посмотрим, — повысил голос Гилдерой Локхарт, — Как вы с ними справитесь! — и он открыл клетку.
Что тут началось! Точнее могло начаться… Не будь тут меня. Быстрыми и точными заклинаниями я сбивал тех, которые пытались приставать к детям. Но на этом всё. Кроме попыток домогаться до детей, несколько штук разбили окно, вылетев из класса. Остальные принялись крушить всё, что попадало в их проворные ручки, с яростью разъярённого носорога. Били пузырьки с чернилами и залили ими весь класс, рассыпали корзину с мусором, рвали в клочки книги и тетради (на творения Локхарта я закрывал глаза, от остальных отваживал чарами). Не прошло и пяти минут как весь класс сидел под столами. Я тоже. Что? Не испугался я, но не показывать же всем как я жую пикси! И вообще, эти мелкие тоже улизнули через окно, кто говорит иначе — лжёт!
— Ну же, смелее! Действуйте! Гоните их обратно в клетку! Это ведь всего лишь пикси! — кричал Локхарт.
Он засучил рукава, взмахнул волшебной палочкой и быстро произнёс:
— Пескипикси Пестерноми!
Его слова, однако, не укротили разбушевавшуюся нечисть. Один даже выхватил у него волшебную палочку и выбросил в окно. Локхарт охнул и нырнул под собственный стол. Очень вовремя — люстра не выдержала раскачивания и упала прямо на то место, где секунду назад стоял профессор.
Тут как раз прозвенел звонок, и весь класс ринулся к двери. В кабинете стало потише, Локхарт вылез из-под стола, увидел нашу неразлучную троицу, наблюдающую за представлением, готовую уже выскочить за дверь, и приказал:
— Прошу вас, друзья, загоните оставшихся пикси обратно в клетку.
Профессор резво пронёсся мимо нас и, выскочив из кабинета, захлопнул дверь.
— И ты после этого будешь ему верить?! — гневно воскликнул Рон, с возмущением глядя на Гермиону.
— Он просто хотел поместить нас в реальную жизненную обстановку… — неуверенно сказала Гермиона. Не раздумывая, она наложила заклинание заморозки на двух пикси и без труда отправила их в клетку. Я тем временем стал раскидывать парализующие чары направо и налево.
— По-твоему, это реальная жизненная обстановка? — сказал Гарри, недовольно глядя на маленького чертёнка, который плясал перед ним, высовывая язык. — Да Локхарт просто сам не знал, что с ними делать!
— Глупости, — сказала Гермиона. — Ты ведь читал его книги. Вспомни все те удивительные подвиги, которые он совершил.
— Это он только пишет, что совершил, — уточнил Рон.
— Ладно, ребят, давайте быстренько закончим здесь и пойдём, — сказал я, готовясь к неоднократному использованию заклятия Репаро.
— Хорошо! — воскликнули все разом, а продолжил один только Рон, осторожно наклонившись в мою сторону и начав шептать. — Льюис, я понимаю, что тебе было интересно их попробовать, но можешь делать это немного незаметней? — с намёком глянул он в сторону моего рта.
— Не понимаю о чём ты… — невозмутимо ответил я, заталкивая непослушное крыло пикси в рот до конца.
  
***
Тук-тук-тук! 
— Да-да! Проходите! — послышался из-за двери жизнерадостный голос.
— Здравствуйте, профессор Локхарт, — дружелюбно сказал я, проходя в его кабинет.
— О! Мистер Льюис Лавгуд, я правильно помню? Рад вас видеть, пожалуйста, проходите. У вас есть какой-то вопрос по моим книгам? Судя по тесту, вы отлично с ними знакомы! — после сегодняшнего инцидента с пикси уверенности в нём не убавилось вообще ни капли.