Чертова метка! (СИ)

— Вы.
— Я? Кажется, я веду лекцию, чтобы помочь разобраться с материалом, а не наоборот. Так что за вопросы?
— Начну с главного — почему вы всем остальным помогаете, а меня по какой-то причине считаете самым бездарным учеником? Я же не хуже других. Чем же я вас так не устраиваю? — Йёри, наконец, подошел к столу, опираясь на него руками. Доминик тут же увеличил между ними дистанцию, отодвинувшись на стуле к другому краю стола. Его рука непроизвольно прикрыла нос. Жест, казалось, и ничего не значащий — непроизвольный, но не сейчас и не для Йёри. Внутри снова начинала закипать злость на альфу. — Что, не нравлюсь? Я настолько противен, что это дает вам право делать из меня козла отпущения?
— Йёри, что ерунду за ерунду ты говоришь? Ты не так все понял…
— А как я должен понимать? Ты на меня всех собак спускаешь чуть ли не каждый урок, потом ни за что зачет ставишь… — Йёри прервался, увидев, как альфа достал из ящика стола небольшой пузырек и пытался достать из него таблетку. Трясущимися руками это получалось очень плохо. Зато у Йёри удачно получилось выхватить его из рук. — Что это у тебя? Блокаль? Значит, настолько я тебе противен, что не можешь моего запаха терпеть рядом с собой? — он отшвырнул в сторону банку, что та укатилась под дальнюю парту.
Побледневший Доминик угрюмо проводил пузырек взглядом и отодвинулся еще дальше, вставая со стула, явно боясь находиться рядом с Йёри на таком малом расстоянии. Он попытался обогнуть стол, но его ждал провал — Йёри перегородил ему дорогу, начиная оттеснять к стене.
— Я один тебе так противен, или у тебя на каждом курсе есть по любимчику? — Йёри не унимался, его глаза едва ли не метали молнии, кулаки сжимались, что побелели костяшки пальцем. Он в любой момент готовился пустить их в ход. Только вот Доминик выглядел через чур напуганным и растерянным, держа руки с раскрытыми ладонями на уровне груди. Не такой реакции он ожидал. — Отвечай!
— Нет.
— Что — нет?
— Ты мне не противен и у меня нет к тебе неприязни. И других у меня нет. Или ты ревнуешь? — на его тонких губах скользнула издевательская улыбка. Йёри глухо зарычал.
— Ты специально нарываешься? Нравится меня дураком выставлять?
— А ты не веди себя, как дурак, который только кулаками спор решает.
— А как мне еще его с тобой решать, если ты говорить не хочешь? Значит, будем драться.
— Я с омегами не дерусь.
Йёри остолбенел, не ожидая такого ответа. Этой заминки Доминику хватило, чтобы получить преимущество, и теперь уже Йёри стоял прижатый к стене, а его запястья крепко сжимали руки альфы, подняв их к самой голове. Несмотря на шок и страх разоблачения, он начал испытывать возбуждение от грубой силы, с которой его вдавили в эту стену. Лицо Доминика находилось от него в каких-то паре десятков сантиметров. И без того тонкие губы превратились в узкую линию, а глаза казались остекленевшими.
— Ну что, будешь драться? — спросил Доминик.
— Буду! Откуда ты знаешь, что я омега? Тебе нюх отшибло? — Йёри рычал, но не сильно сопротивлялся, позволяя альфе доминировать над ним, хотя ему ничего не стоило выкрутиться из его хватки. Но чувствовать власть именно этого человека ему почему-то очень хотелось. И нравилось так, что ноги слабели, становясь ватными, а по бедрам начинала течь вязкая смазка.
— Йёри, кажется, это тебе нос сломали в той драке. — с обреченностью сказал Доминик.
Йёри едва не задохнулся. Он мотал головой, отрицая происходящее. Перед глазами потемнело, и только через минуту, когда «дымка» в сознании начала рассеиваться, он почувствовал покалывание на правом запястье.
Доминик не отпускал его руки, просунув большой палец под напульсник, проводя подушечкой по контуру метки. Такая простая ласка, но у Йёри от нее начинала кружиться голова, тело горело изнутри, а ноги подкашивались, как во время течки…
Течка? Какая течка? До нее же еще недели две… он обреченно смотрел на прижимающего его альфу. Тот не сводил с него глаз, напрягшись всем телом и глубоко дышал. Он явно боролся со своими желаниями и с трудом сдерживался.
 
— Зачем ты меня пометил? Я же… У меня нет запаха… — побледневшими губами, наконец, спросил Йёри. Хотя по тяжелому взгляду альфы он бы не сказал, что тот ничего не чувствует.
— А я просто так, по-твоему, пью эту отраву? — он кивнул в сторону, где валялся пузырек Блокаля. — У тебя есть запах, Йёри. Он очень тонкий, манящий, как запах жасмина, принесенный издалека. Он кружит голову… — Доминик наклонился к шее Йёри, вдыхая его запах. От его дыхания по всему телу выступили крупные мурашки. Альфа утробно зарычал, усилием воли отстраняясь от кожи. — Уходи.
— Что?.. Почему? — это вернуло Йёри «на землю», в голове немного прояснилось.
— Я боюсь, что не смогу сдержаться. Твой запах… он меня с ума сводит. На меня уже таблетки не действуют — я к ним привык, а ты тут так близко…
— Доминик, я тебя точно побью! — пообещал Йёри, но уже без прежней угрозы в голосе. — Сначала пометил меня, потом избегал, теперь прогоняешь? Сколько ты еще собирался ждать? Почему не сказал раньше?
— Я боялся… — после долгой паузы ответил альфа. Вся его уверенность испарилась. Перед Йёри уже стоял настоящий Доминик. — Ты бы себя видел со стороны. Йёри, ты настоящий альфа, и отношения к себе требуешь соответствующего. Я еще тогда — шесть лет назад — когда впервые увидел, как ты дерешься с теми подростками, сначала принял тебя за альфу. Ведь омеги не могут так драться… я так думал, пока не почувствовал твой запах…
— Зачем ты меня пометил? Мне же из-за этого жизнь заново пришлось начинать.
— Я не знаю… Когда я подбежал к тебе, ты уже был без сознания, а те отморозки исчезли. Я понял, что ты Мой, но ты еще тогда был совсем мальчишкой. Я тогда совсем голову потерял и сам не понял, как так получилось.
— Я искал тебя… — прошептал Йёри.
— Я тоже. Но я боялся, что ты пошлешь меня, куда подальше после того, что я сделал, а твой крутой нрав просто не позволял подойти к тебе. Ты же сам кого хочешь на колени поставишь.
— Придурок. — процедил Йёри, но на этот раз на его заявление альфа понимающе улыбнулся.
— Это я уже слышал. И давно ты течешь по мне? — Доминик снова шумно втянул носом запах Йёри. Его карие глаза уже потемнели от возбуждения. — Йёри, лучше тебе уйти…
— Ты опять за свое?! Ты получаешь какое-то садистское удовольствие помучить меня?
— А ты думаешь, мне легко? Хочешь, чтобы я тебя трахнул во время течки? Я не хочу с тобой так…
— А как? Что ты из себя строишь целку и ломаешься передо мной? — Йёри, почувствовав, что его уже не держат крепко, перехватил запястья Доминика, меняясь с ним местами.
В глазах альфы проскользнул испуг и какое-то нездоровое возбуждение. Он уже давно находился на пределе, но инициативы не проявлял. Боялся? Или хотел, чтобы она исходила не от него? Йёри усмехнулся своим мыслям и приблизился к Доминику вплотную, впиваясь в его губы жестким поцелуем. Руки легли на плечи, быстро перемещаясь по шее на затылок и прижимая альфу к себе все сильнее. Тот подавался ему навстречу, с жаром отвечая на поцелуй, но уступал Йёри ведущую роль, чем не много озадачил — он вел себя, как омега. Может, еще и снизу предпочтет оказаться?
От одной только мысли об этом Йёри возбужденно зарычал в губы альфы и опустил руки, просовывая их под рубашку, а затем и под брюки, сжимая упругие ягодицы. На своей спине он почувствовал руки, изучающие его рельефное тело, опускающиеся к его бедрам. Движения альфы такие робкие, словно он боялся лишний раз прикоснуться, даже когда ему позволяли это делать. Весь напор и грубость уже давно испарились, точно их и не было, зато их с лихвой компенсировал Йёри, заводясь от податливого альфы еще сильнее. Он быстро избавил Доминика, а потом и себя, от одежды, продолжая изучать его обнаженное тело. Руки скользнули вниз по бедрам, поднимаясь уже к возбужденному органу альфы. Пальцы сжались на твердой плоти, срывая с тонких губ стон наслаждения.
— Йёри… подожди… Йёри… — тяжело дыша, позвал его Доминик, чувствуя, что уже слабо контролирует ситуацию. — У тебя течка… Я так не могу…