Тайными тропами (СИ)

— И что же ты хочешь? — выкрикнул капитан, вставая на цыпочки, потому сейчас весь вид загораживала Аврора.
— Тебя, — последовал ответ.
— Нет. Так не пойдёт. Скоро здесь будет подкрепление. Тебя уничтожат. Так что время на нашей стороне.
— Не будет подкрепления! Магия будет глуха, а почтовые соколы сдохнут!
Капитан облизал пересохшие губы и быстро достал из кармана смартфон, а затем поднял над головой. По поляне пронёсся слегка искажённый динамиками голос: «Информацию принял. Оставайтесь на месте».
Вряд ли неприятель понял суть сказанного на земном языке, но главное — показать, а выводы пускай делают сами. Как говорится, делаем покерфейс и идём до конца, и чтобы закрепить результат, капитан пояснил:
— Я уже вызвал подмогу, и пусть идут в бездну и ваши птицы, и ваша магия!
— Выродок, — через силу прохрипела, трясущаяся от злости гостья, — ты лжёшь!
— А ты проверь! А лучше ответь! Зачем вам я⁈
Гостья сперва замерла, и на её лице отразилось смятение, а затем эмоции стали мелькать, словно калейдоскоп: то гримаса злости и ненависти, то поджатые от смертельной обиды губы. Но всё это в итоге сменилось диким отчаянием.
Гостья подбежала к преграде и со всей силы ударила кулаком с зажатым к руке изумрудным источником света. От удара по незримой сфере снова пошли волны, и даже показалось, что небольшие трещины, а из-под кулака брызнули зелёные искры и яркий белый свет, словно кто-то, точечно приложился сварочным электродом.
— Отдайте! Он наш! Мы его всё равно вернём!
— Кто ваш⁈ — закричал в ответ капитан.
— Хранитель рода! Я жизнью клянусь, что не остановлюсь, пока не верну! Отдайте!
Гостья била и била по преграде, разбрызгивая свет. Резкие всполохи выдёргивали из тьмы стволы деревьев и очерчивали тенями громадный стебель. А по лицу женщины покатились крупные слёзы.
— Нет у меня его!
— Он у твоего дяди, барона пришлых! Пусть он отдаст, и мы уйдём!
— Да нету у нас ничего!
— Врёшь! Ты всё врёшь! Я сама видела, что он там! — не унималась женщина. Она посмотрела на Аврору и закричала уже на неё: — Ты же знаешь, что такое хранитель рода! Я чувствую в тебе лису! Ты же знаешь, каково будет её потерять! Скажи им!
Аврора молча глядела противницу, и хотя сердце ещё колотилось, а кровь не знала, леденеть ей от страха или кипеть от ярости предстоящего боя, но в глазах уже промелькнуло нечто, похоже на жалость.
А Дмитрий, который сам уже надорвал голос, почувствовал, как на смену адреналину приходит усталость.
— Я не понимаю, о чём ты говоришь, — произнёс он.
— Единорог! Отдайте его!
Капитан хотел возразить, но замер на полуслове с раскрытым ртом. А ведь когда готовились к убытию, на базу действительно притащили зверей. И единорог там тоже был.
— А почему вы сразу не сказали? — как-то негромко и подавленно проговорил вопрос землянин.
— О чём с вами разговаривать⁈ — сорвалась на истерику женщина. — Вы самозванцы! Вы назвались нами, творите непотребные чары, но вы же просто люди, такие же жадные и мелочные, как и прочие! Стоит сказать, что нам нужно, и вы назовёте такую цену, какой просто быть не может! Вы просто ублюдки! Ради долгой жизни вы готовы даже пить кровь богов и рвать их голыми руками на куски! Я знаю! Я видела, что могут люди!
Гостья пошатнулась и внезапно собрала нервы в кулак, хмуро поглядев на землянина.
— Отдайте, и мы уйдём, — проронила она.
— Ро-Ро, пусти, — произнёс капитан, отстраняя рукой баронету немного в сторону.
— Не надо, — прошипела девушка.
— Надо, — проговорил Дмитрий и неспешно пошёл вперёд, пока землянина и гостьею не стала отделять тонкая, едва заметно пульсирующая золотистым светом пепельная черта. И сейчас, казалось, у гостьи обнажено не только тело, но и сама душа. Да что там говорить, с её души будто кожу содрали, и она сейчас кровоточит. Такое было сравнение.
— Не нужно измерять нас по общим лекалам, — проговорил капитан, вздохнул и продолжил: — Да, мы люди, и среди нас тоже есть не самые лучшие. Но ведь мы другие. Лично я — другой. Почему бы просто не поговорить? И хотя, не я принимаю решения, могу позвать того, кто может.
  
Гостья подалась вперёд, уткнулась кулаком с зажатым в нём изумрудным фонарём словно в стекло в незримую волшебную преграду, по которой побеждали тусклые золотистые всполохи.
— Если обманешь, твоя смерть будет долгой и мучительной, — выдавила из себя женщина.
  
Эпилог
 
Колесница сперва покатилась медленнее, а после и вовсе остановилась. На тропинку, протоптанную на невысокой траве, спрыгнули трое: Аврора, Дмитрий и ведьмочка Гвен. И троица посмотрела на одинокий, слегка покосившийся домик, стоящий у самой кромки старого леса. Серая, рассохшаяся дверь была заперта, а не менее серые ставни — ощерились небольшими зазорами, словно дом смотрел на незваных гостей с недоверчивым прищуром.
День был прекрасный. Небесная Пара явно щадила обителей этого мира, подарив не жаркую, но и не пасмурную погоду. По небу побегали редкие облака, а тёплый, ласковый ветер нёс, дующий в спину, запахи полыни, хвойных деревьев и полевых цветов.
Но троица не стала спешить с приближением к домику, она обсуждала более насущные проблемы:
— Ди-Ди, скажите, ваш дядюшка и вправду отдаст единорога северным халумари? — с любопытством спросила Аврора, доставая из петель на перевязи пистолеты: земной двуствольный и фамильный кремнёвый. Рыжая баронета взвела курки и принюхалась, но нет, ветер в спину, и запахи жилища не улавливались.
— Конечно, нет! — громко, даже с некой долей издёвки произнёс капитан.
— Но вы же сказали, что не такой, как говорили северянки, — изогнув бровь и глянув сверху вниз на землянина, проговорила девушка.
— Это я не такой. Мне этот единорог и даром не нужен, а дядюшка сейчас из этих двух дур будет верёвки вить. Убивать никто, ни их самих, ни единорога не будет, нам не нужна война с неизвестным народом, но вот сведения выпытывать станут. В конце концов, нам нужны связи, может быть, даже посольство. Вот чтоб бы ты сама сделала, если бы тебе попались две такие? — с легкой улыбкой закончил говорить Дмитрий и поднял взгляд на баронету. Капитан тоже неспешно достал револьвер, мало ли что там в домике.
— Если бы я была баронессой? — Аврора мечтательно закатила глаза и стал тянуть: — Ну-у-у, я бы оставила единорога себе-е-е, как залог, и потребовала от северных халумари вассальную присягу. Не знаю, может, ещё чего. И хвасталась другим баронессам, что у меня есть живой единорог.
Дмитрий усмехнулся.
— Разумеется, Ро-Ро. У нас в дома и так многие жалеют, что по вине людей насовсем исчезли морские коровы, сумчатые волки и много кто ещё.
— Ди-Ди, — проговорила девушка, недоверчиво нахмурившись, — корова в море? Это шутка? Разве такие бывают?
— Да, корова в море. Жирная такая. Вместо ног — плавники, и пасётся на водорослях.
Аврора закатила глаза и насупилась, пытаясь представить картинку, но, видимо, не получилось, так как она тряхнула головой и продолжила расспрос:
— А сумчатый волк?
— Зверь такой был. У него на брюхе сумка, в которой волчицы носили с собой волчат. У них ещё шкура полосатая, как у зебры.
— Вы меня разыгрываете, Ди-Ди. Это все сказочные животные. Таких не бывает.
— Да как сказочные? Вот драконы и единороги — сказочные. А это настоящие.
— Не, — отмахнулась Аврора от капитана, — драконы и единороги — настоящие, а волк, который с сумкой на пузе — вот это сказка.
Баронета и землянин одновременно почесали в затылках, вздохнули, а потом повернулись к замершей и бледной от страха Гвен.
Аврора коротко рыкнула и схватила девчонку под локоть.
— Хватит трястись. Осмотрим домик, если труп ещё там, посыпаем святым пеплом, а сам домик спалим.
— Ваша милость, можно я здесь побуду? — робко проговорила Гвен, бегая испуганным взглядом по лицам Авроры и Дмитрия.
— Идём! — не выдержал уже капитан, и они двинулись к домику.