Гарри Поттер и заклятье смерти (СИ)
Ощущалось, что она привыкла работать скорее со спортсменами, чем с детьми, и подгонять их она была готова хоть пинками.
— Теперь вытяните правую руку над своей метлой и скажите "Вверх!", — приказала мадам Хуч, когда все выстроились рядом с мётлами.
— Вверх! — синхронно прокричали все.
Ну, почти. В самый ответственный момент Гарри почувствовал, как перехватило горло от подступающей паники. Впрочем, он быстро справился и завопил изо всех сил:
— Вверх! — голос дал петуха от напряжения, и впридачу получилось даже громче, чем хотелось.
Слишком громко. И слишком много мётел вокруг.
— Хсссс… — успел прошипеть Гарри самые грязные ругательства, которые пришли ему на ум, когда все деревяшки в едином порыве дёрнулись к нему.
Все мётлы рванули к единственному первокурснику, вырываясь из держащий их рук или взмывая с земли. Не все среагировали на их неожиданную выходку. Невилл, неожиданно быстро разобравшийся в ситуации, упал на свою метлу, пытаясь её удержать, но это не помогло, и мальчишку понесло в общую кучу. Рон и трое слизеринцев смогли не выпустить метлы из рук, а вот устоять у них уже не получилось. Ещё один с зелёного факультета, кажется, из тех парней, с кем они встречались в поезде, не успел увернуться, и его просто снесло несколькими деревяшками. Остальным просто так или иначе досталось по дороге.
Всё это Гарри успел запечатлеть в памяти будто отдельные кадры, пока он поднимал руки в надежде защитить хотя бы голову.
* * *— Удивительное везение, мистер Поттер, — проворчала мадам Пофмри, целитель из лазарета Хогвартса.
Гарри мог бы поспорить с ней, что почти два десятка метёл, обрушившихся на человека, далеки от удачи. Но он видел других пострадавших. Синяки, ссадины и несколько царапин? Да, ему повезло. Поэтому он решил посидеть в стороне, пока мадам Помфри помогала остальным.
И ворчание пожилой женщины мальчик тоже прекрасно понимал. Урок полётов по его воле закончился катастрофой с полдюжиной пострадавших, и это только тех, кого отправили в лазарет.
— Как остальные? — спросил Гарри, когда ведьма закончила наносить мазь на солидную ссадину на лбу.
Кажется, туда прилетело Роном.
— Мистерам Уизли, Лонгботтому и Забини предстоит остаться в лазарете до вечера. Мисс Булстроуд и Гринграсс почти не пострадали, слава богу, они отпустили мётлы до того, как влетели в вашу кучу-малу. Совсем бы задавили бедных девочек!
Скорее мисс Булстроуд задавила бы их всех вместе. Гарри ничего не имел против крупных людей, но давайте смотреть правде в глазе, из него, например, дух бы она выбила запросто, особенно впечатвшись на скорости метлы. Ему и Невилла, впрочем, хватило. Не то чтобы его кто-то спрашивал.
— А вот мистеру Малфою весьма не повезло, — между тем укоризненно покачала головой мадам Помфри. — Ему придётся остаться в лазарете по крайне мере на весь завтрашний день.
Если Гарри правильно помнил, это был тот парень, которого первым снесло мётлами, и которому Поттер в поезде хорошенько врезал ни за что. Бедолага, он всё время оказывается не в том месте не в то время. Надо будет обязательно извиниться перед ним при случае.
* * *Приближался Хэллоуин. Гарри всегда его не любил.
После этого года? Просто ненавидит.
Глава 20. Три-С
Приближался Хэллоуин. Гарри всегда его не любил. Сложно любить день, в которых погибли твои родители, особенно если для всех вокруг, кроме семьи, это долгожданный праздник. Надо надевать костюмы чудовищ и веселиться! Сладость или гадость! Все дела, да.
Гарри не мог избавиться от тёмной мысли, что все вокруг радуются смерти его мамы и папы.
Джестеры никогда не украшали дом на Хэллоуин, собирались — иногда вместе с мистером Эльгаузером и Эмили — в гостиной, вспоминали старших Поттеров, особенно Лили. Тётя Пэт к концу посиделок при свечах — свет не зажигали, чтобы не привлекать внимание шатающихся по улице детей, — напивалась и начинала бессвязно бранить сестру за раннюю смерть. Хотя Гарри всего пару раз досиживал до этого времени, предпочитая тридцать первого октября пораньше лечь спать. Родители никогда не снились.
И дверь у Джестеров в этот вечер никогда не отпиралась.
Для магов же Хэллоуин последние десять лет был ещё и днём победы над Тем-Кого-Нельзя-Называть, что делало этот день для Гарри ещё более неприятным. Правда, в Хогвартсе, как он узнал, праздник ограничивался украшением Большого Зала и пиром после уроков тридцать первого октября. Ну и печёной тыквой, да.
Понимая, что если просто внаглую не прийти на пир будет, пожалуй, чересчур, Гарри решил предупредить профессора Макгонагалл как своего декана. Для этого он и задержался после трансфигурации ближе к концу октября.
— Хорошо, — поджав губы, сказала заместитель директора, выслушав Поттера. Ей явно не нравилась идея мальчика, и она видела в этом какое-то страшное нарушение дисциплины, но и возразить что-то на его слова ей было нечего. В конце концов, женщина не могла не понимать его чувства, с её-то опытом. — Можете остаться в гостиной Гриффиндора, я предупрежу эльфов, чтобы они принесли вам еду. Если вы захотите поговорить о родителях или посетить их могилу, можете смело обращаться ко мне.
— Спасибо, профессор, мэм, — искренне поблагодарил Гарри. Честно говоря, о еде он как-то даже не подумал. О идее посетить могилы родителей тоже, да и вообще не чувствовал себя готовым к такому. Возможно, через пару лет?
— Не стоит, мистер Поттер, — кивнула профессор Макгонагалл, принимая благодарность, — У вас есть что-то ещё, нет? Тогда вам стоит поторопиться на следующий урок. Хорошего дня.
Тридцать первое октября не задалось с самого начала. Профессор Флитвик решил, что пора дать им первое настоящее заклинание, Вингардиум Левиоса, заставляющее предметы летать. Был, конечно, уже Люмос и парный к нему Нокс, но маленький огонь на кончике палочки — это всё-таки не то.
Уже через десять минут Гарри с Невиллом, который достался ему в напарники, наблюдали за парящим пером. С одной стороны, оно определённо летало, это да. С другой — вряд ли заклятье предполагало, что летающий предмет будет объят обжигающе холодным голубым пламенем.
Невилл уже с ногами забрался на стул, стараясь быть подальше от быстро расползающегося по столу инея. Гарри с отрешённой задумчивостью тыкал в сторону пера палочкой, пытаясь заставить его двигаться, но даже изменить высоту не получилось. К их столу уже спешил профессор Флитвик с летящей рядом банкой.
— Я вижу, вы совсем не здесь, Гарри, — осуждающе сказал декан Равенкло, ловя перо банкой и закручивая крышку. Стекло быстро покрывалось морозными узорами. — Любопытный эффект, конечно, получился, но вам стоит сосредоточится на отработке заклинания. И вы пугаете своего напарника.
— Прости, Нэв, — повинился Гарри. Кошмары с зелёными вспышками в эту ночь были особенно подробны, особенно бледные лица.
— Н-н-ничего, — заикаясь, ответил тот, осторожно сползая со стула, — б-б-бывает.
— О, мисс Грейнджер, отличное исполнение! — отвлёкся от них профессор Флитвик, увидев летающее перо.
Остальной день тоже прошёл в тумане. Кажется, после чар Рон что-то ворчал, а девчонки говорили о Гермионе, о чем-то беспокоясь. Только в тишине гостиной, когда все давно ушли в Большой Зал на пир, стало спокойнее. Гарри даже успел задремать в кресле, потому встрепенулся, когда рядом раздался хлопок. Поттер спросонья попытался протереть глаза от сна, но наткнулся на очки. Чертыхнувшусь, мальчик вгляделся в гостя.
Это оказался домовой эльф с подносом, уже расставляющий тарелке на небольшом столике у камина. С трудом Гарри припомнил, что заместитель директора действительно обещала прислать кого-нибудь с едой.
— Ох, простите, волшебник, сэр, — домовик вздрогнул, заметив, что мальчик пошевелился в кресле. — Ракти не хотел вас будит. Профессор Макгонагалл велела накрыть вам в гостиной. Обязательно стоит поесть, волшебник, сэр.