Тень моей хозяйки (СИ)

— Эли, подожди, — окликнула меня она, заметив, что я собираюсь выйти. — Ты должна сказать мне кое-что.
— Слушаю, госпожа. — Я учтиво склонила голову.
— Живот ещё не заметен? — спросила она, натягивая ткань рубашки и всматриваясь в большое зеркало.
— Нет, совсем не заметен, — пожала плечами я.
Она была такой стройной, хрупкой. Трудно было представить её беременной — с раздавшейся талией, неповоротливой и неуклюжей.
— Ещё нет и двух месяцев, — прошептала она. — А у меня такое чувство, что моей тайне целый год. Я боюсь, что рано или поздно Мартейн почувствует ребёнка. Всё-таки он маг, а не обычный человеческий мужчина.
— Он обрадуется, госпожа, — успокаивающе улыбнулась я. — Разве вы сомневаетесь в этом?
— Ты многого не знаешь, Эли, — вздохнула Адриана, вновь закутываясь в длинный халат.
— Простите меня, но я слышала о ваших потерях…
— Все на острове о них знают, — кивнула она, — но дело не только в том, что я до сих пор не сумела выносить ребёнка для Тейна. Есть вещи, о которых не догадываются даже целители.
Я затаила дыхание, понимая, что не вправе задавать госпоже вопросы, но всё же надеясь узнать чуть больше. Иногда молчание вызывает у говорящего гораздо больше доверия, чем жадные расспросы из любопытства. Мне бы хотелось, чтобы Адриана знала: я никому не открою её секретов. И она, оглянувшись на дверь, поманила меня рукой и заговорила шёпотом.
— Мартейн мечтает о наследнике со стихийным даром, о сыне или дочери, которых он сможет обучать премудростям магии. Его страсть уже дважды приводила к тому, что я ждала ребёнка.
— Но ваш дар призывательницы… — Я почувствовала, как холодеет внутри от моей догадки. — Ваш дар убивает наследников со стихийной кровью?
— Не мой дар. — Госпожа погладила ещё неприметный животик. — Все теневые маги связаны с сумраком. Сотни лет мы оставались посредниками между мирами теней и живых существ. Но потом появился Орден Искателей. Инквизиторы, которые решили очистить от нас Веллирию. Они были убеждены, что несут живым божественный свет Ксая. Что без некромантов и призывателей на земле станет меньше зла. Но мало кто знает, что наша магия — это вовсе не зло.
— Я знаю, госпожа. — Мне так хотелось поддержать её, что я не выдержала, коснулась её плеча и погладила. — Вы вроде хранителей границ, верно?
— Можно сказать и так. В прежние времена нас было достаточно для того, чтобы удерживать порядок и отправлять обратно в Междумирье случайно оказавшихся на этой стороне теней. Некроманты призывали духов умерших для того, чтобы люди могли спросить совета у мудрых предков, они же возвращали в могилы восставших мертвецов. Тени призывателей или, как их называют простые люди, демоны помогали нам сражаться в войнах. Но теперь всё изменилось. В Веллирии и нескольких других государствах мы объявлены вне закона. Сотни магов были уничтожены, сожжены на кострах Инквизиции. Сбежать или спрятаться удалось немногим.
— Вы жалеете, что уехали из Веллирии? Что не стали сражаться с искателями?
— Я уехала потому, что у меня был очень скудный выбор: уехать или умереть. — Она прикусила губы, сдерживая навернувшиеся слёзы. — Но есть воля маленьких человеческих существ, пусть даже и магов, а есть законы устройства вселенной. Миру живых и сумраку сейчас нужны теневые маги, а не стихийники или целители. Сумрак пытается восстановить наш вид. Поэтому я теряла предыдущих детей. Чтобы рано или поздно родить нового теневого мага.
— Значит, ребёнок, которого вы сейчас ждёте, унаследует ваш дар?
— Да. Моя девочка родится с тёмным даром. И я боюсь, что это расстроит Мартейна.
— Но это ведь в любом случае ваш общий ребёнок, госпожа! Неужели вы думаете, что ваш муж будет меньше любить дочь из-за того, что она родится похожей на вас, а не на него?
— Я не знаю, Эли. Он так надеется, что когда-нибудь я рожу ему наследника, что это сблизит нас. Ты ведь всё уже поняла о нашем браке. Я благодарна Тейну и люблю его, но вовсе не так, как он того хочет. Он для меня близкий друг, а хотел бы стать любимым мужем.
 
Адриана нахмурилась. Думаю, она уже сожалела о том, что так разоткровенничалась со мной, но видно было, что ей необходимо выговориться.
— Мне кажется, вам всё же лучше рассказать ему, — осторожно сказала я. — Если уж не о даре вашей будущей дочери, то хотя бы просто о беременности.
— Он будет нервничать. Приставит ко мне дополнительную охрану. Запретит выходить из поместья. Будет требовать, чтобы я прекратила свои эксперименты для диссертации, ведь он уверен в том, что мой дар может навредить ребёнку. Придётся выложить всё, а я пока не готова к этому. Нет, я совсем не готова.
— Я думаю, что господин Мартейн всё же не зря тревожится за вашу жизнь. Вспомните случай с пауком в вашей комнате, — тихо сказала я.
— Да, я знаю, что у Тейна есть враги в совете, — согласилась моя хозяйка. — Но в последнее время он видит врагов даже в тех, кто ими не является.
— Вы говорите про Рида?
— И про Рида тоже. — Она вдруг спохватилась. — А почему ты не рассказала мне о своих успехах?
Меня охватило волнение: я не знала, как лучше передать историю о проснувшемся даре. Не говорить же, в самом деле, хозяйке о том, как мы с её мужем весело плескались в фонтане.
— Тейн рассказал мне прошлой ночью, — сказала Адриана и порывисто обняла меня. — Я рада за тебя, но призываю быть сейчас особенно внимательной. Неприрученный дар может натворить бед, если обходиться с ним легкомысленно.
Внизу в гостиной раздался мелодичный звон колокольчика, и госпожа Гилмур кинулась к двери. Она снова ждала вестей от своих знакомых из Гильдии призывателей, но на этот раз принесли не письмо из Бухты радости, а записку.
— Эли, это для тебя, — улыбнулась хозяйка, через пару минут заглянув в комнату. — Рид сообщает, что будет ждать тебя в условленном месте. Наверное, он готовит тебе какое-то испытание.
— Странно, ведь обычно мы идём за кладбище вдвоём, — немного удивилась я.
— Хм… — Адриана на мгновение задумалась. — Пожалуй, я выделю тебе провожатого из охраны. Не хочу, чтобы ты шла по побережью одна.
— Я пойду с ней сам и посмотрю, что за сюрприз решил устроить Рид. — Советник Фоули появился в дверях так внезапно, что я невольно вздрогнула. — А заодно хочу воочию убедиться, что твой секретарь, Ари, хорошо исполняет обязанности учителя. Может быть, стоит поискать для Эли другого наставника.
* * *
Так я снова оказалась в компании Мартейна Фоули, да ещё и за пределами поместья. Советник легко шагал по тропинке, что вилась между кипарисами и старыми кедрами. Он прихватил с собой боевой посох и крутил его в правой руке, заставляя увенчанное кристаллом навершие вспыхивать всеми цветами радуги в лучах полуденного солнца.
Я боялась, что муж хозяйки начнёт меня о чём-нибудь расспрашивать, но он шёл впереди и тихо насвистывал что-то себе под нос. Должно быть, ему хотелось почаще вот так оставлять свои важные дела в Совете Магистрата и просто прогуливаться по родному острову, отдыхая телом и душой.
Сегодня было тепло. Осени совсем не чувствовалось, пока мы шли среди хвойных деревьев и вдыхали запахи янтарной смолы и опавших иголок. Ветерок приносил со стороны моря горьковатые ароматы водорослей и соли, но мы, дети Края тысячи островов, почти не обращали на них внимания. И только ступив на бывшую землю Ниаллов, где располагалось кладбище, почувствовали что-то неладное.
Тревога царапнула меня по сердцу острыми коготками. Я издалека всматривалась в просвет между стволами, отыскивая взглядом площадку, где мы всегда тренировались с Ридом. Она была пуста. Никто не прохаживался в ожидании ученицы, не играл сухой листвой или маленькими огоньками.
 
— Где же твой учитель? — обернулся ко мне Мартейн.
— Я не… знаю, — проговорила я и тут заметила торчащие из-за камня сапоги лежащего человека. — Ой!
— Скорее! — крикнул советник и сорвался на бег.
Большой валун служил нам с Ридом столом для реквизита и подставкой для книг. Мы давно отчистили гладкую поверхность от мха и опавшей листвы и перед началом занятий раскладывали всё необходимое на камне. Сейчас там ничего не было… Ничего, кроме большой лужи свежей крови!