Предсказание дельфинов

Какое счастье, что Парк культуры имени Горького расположен рядом с их гостиницей на берегу Москвы-реки! После первого рабочего дня их туда потянуло. Несмотря на начало октября, тысячи москвичей наслаждались там вечером. Многие сидели за маленькими столиками под раскидистыми старыми деревьями, играя в шашки или шахматы, в окружении любопытных зрителей, при свете больших дуговых ламп. Оркестр профсоюза железнодорожников давал концерт на эстраде. На кристально чистом вечернем небе уже виднелись первые звёзды. Хельга и Бертель сели на скамейку на берегу пруда. Было приятно сидеть так, перебирая пальцами ног шелестящие листья, глядя сквозь почти голые ветви на темнеющее небо, и слушать далёкую музыку в ушах. Как часто Хельга мечтала отправиться в долгое путешествие с Бертель, возможно, если в их жизни появятся деньги, если одна из его книг будет хорошо продаваться или если она выиграет Гран-при Австрии по фотографии! Она строила воздушные замки, одна и с ним. Она думала о Франции, Париже, Лазурном Берегу, Средиземноморье, Италии, Риме, Аппиевой дороге. Или тайно, когда воздух Инсбрука становился слишком душным, они отправлялись в страну пирамид, к Сфинксу на Ниле. К пальмам, одиноко отражающимся в речной воде, к феллахам, возвращающимся вечером с полей. Теперь великое путешествие стало реальностью и привело их сюда. Великое путешествие? И это ещё не всё.
  
Они играли - Подмосковные вечера -; Хельга часто слышала эту мелодию по радио и подпевала. Бертель уже думал о следующем дне. Завтра он будет читать сказки, интерпретировать их, комбинировать, доказывать и объяснять, что видит в текстах. Он должен был убедить всех, включая сварливого старика. После первого дня дискуссии он чувствовал себя неловко, но высокий армянин с чёрными усами и меланхоличным взглядом, этот Амбрасян, очаровал его. Доктор Шварц метко охарактеризовал его: рыцарь науки. Именно таким он и был, и у Бертеля было ощущение, что этот рыцарь высоко ценит его, его идеи и мысли, что он полагается на него, рассчитывает на него как на союзника и соратника. В конце концов, какой смысл в приглашении, если они не хотят серьёзно обдумать то, что он хочет сказать?
***
Он думал об этом на следующий день, доставая толстые папки. В них, аккуратно переплетенные и рассортированные по регионам и диалектным группам, лежали сказки гномов, которые он считал наиболее важными, хотя выбрать их из обширного материала было непросто. Он включил только те легенды и сказки, чьи утверждения, по его мнению, ясно и недвусмысленно подтверждали его гипотезу.
Его голос был спокойным и уверенным, когда он начал: - В древние времена могущественный король по имени Лаурин правил народом гномов... - Он тщательно делал короткие паузы между каждой сказкой и изначально избегал пояснительных комментариев. Тексты должны были производить немедленное впечатление. Как только его основной тезис станет известен, каждый должен был судить сам. Например, когда он читал отрывок из сказки Бехштейна о том, что гномы владеют всеми тайнами природы, даже ещё не открытыми законами, и способны за очень короткое время превратить самого глупого пастуха в мудрейшего профессора, он чувствовал, как растёт интерес слушателей.
- Очень интересно, — сказал один лысый старик в разговоре, — очень точно подмечено: в русских сказках нет гномов, есть великаны, Бабы-Яги или Емельа, но нет ничего об умных человечках с большими бородами и в камуфляжных шапках! 
- А нельзя ли также сделать выводы о возможных этапах развития техники? - — спросил другой. - Меня поражают прогнозы погоды, которые делают гномы. Что говорилось в той сказке? Не могли бы вы повторить её ещё раз? Но, пожалуйста, помедленнее, учитывая перевод
- Вы имеете в виду сказку про синоптика? -
- Да, именно это. Не могли бы вы прочитать её ещё раз? -
Бертель начал: - В Аферсе на горе стояли три уединённые фермы. Там часто появлялся симпатичный человечек, разговаривал с кем-то из фермеров и везде был радушно принят. Жёны фермеров оставляли ему сладкое молоко, а мужчины приносили хлеб. Взамен человечек точно сообщал им, когда им нужно обрабатывать поля, когда пора жать, короче говоря, всё, что касалось погоды и работы. И его слова всегда оказывались правдой: повсюду не было ни лугов, ни полей, которые давали бы более богатый урожай, чем у трёх горных фермеров. Однако однажды весной человечек появился слишком поздно. Кругом уже был посеян урожай, и трёх бездельников все соседи дразнили и дразнили… 
- Подождите — перебил переводчик доктор Шварц, — - дразнили… - - Это значит высмеяли издевались. 
- Так мы говорим у нас, в Австрии. 
- Вечно узнаёшь что-то новое.
- Их дразнили и раздражали, спрашивая, что с ними не так и почему они не справляются с работой. В конце концов им это надоело, они привыкли и пошли работать на ярком солнце.
Однако вечером, как только они закончили, маленький человечек предстал перед ними, хмурый и красный от гнева, и сказал им:
Тот, кто не может ждать, — плохой человек. Смотрите, что будет, вы, фермеры, видели меня!
После этих слов он исчез. Однако на следующий день ударил сильный мороз, и всё пошло прахом. Фермеры сетовали и обвиняли друг друга. Но всё было бесполезно. И маленький синоптик больше не появлялся.
- Очень познавательно, спасибо — сказал учёный, попросивший повторить текст.
- Не думаю — ответил вчерашний седовласый старик. - Или вы, уважаемый товарищ, верите, что у гномов был метеоспутник для долгосрочного прогнозирования погоды? -
- Почему бы и нет — ответил собеседник. - Если принять тезис доктора Хубера о том, что во всех этих сказках есть что-то, до сих пор ускользающее от нашего внимания, а я склонен к этому, то мы должны также рассматривать такие странные мотивы, как трансформация материи, мантия-невидимка, прогнозирование погоды, невидимая музыка, свет без огня, великие целительные искусства и так далее, с точки зрения наших современных представлений, возможно, даже с прогностической точки зрения. Вы бы усомнились в предсказании циклона метеостанцией, если бы циклон действительно случился, или же вы бы естественным образом не предположили, что в этом замешан метеоспутник? -
- Но, но… - — хотел начать его оппонент, но не смог вставить ни слова.
- Позвольте мне закончить, пожалуйста. Как известно, орбита такого спутника, обеспечивающая оптимальное наблюдение за облачными полями, рассчитана таким образом, что он проникает в плотные слои земной атмосферы лишь через несколько сотен лет, где сгорает. Поэтому вполне возможно, что перед посадкой, которую доктор Хубер связывает с появлением короля .Лаурина, такой спутник был выведен на орбиту, и связь с ним могла поддерживаться ещё сто лет. Мне это совсем не кажется абсурдным
- Предположим, что гномы — астронавты - Да, именно
- Для такого предположения требуется немало… 
- Желания, доброжелательности, гибкости, творческого воображения
- Но, дорогие коллеги, — вмешался Амбрасян, — дальше этого мы не продвинемся. Давайте сначала обобщим имеющиеся факты. Так называемые гномы имеют рост около 1,25 метра, носят бороды, обладают передовыми технологиями, вероятно, знакомы с радио и телевидением, могут становиться невидимыми с помощью неизвестного нам устройства, являются мастерами преобразования материи и пытаются передать свои знания людям в рамках заданных обьемов. Они действуют дифференцированно: для представителей феодальной аристократии они предстают как король гномов, для простых горных фермеров — как услужливые, безобидные и забавные человечки.
  
- И на чём вы основываете свои рассуждения? Кроме легенд и сказок, нет никаких доказательств, ничего осязаемого — возразил старый профессор. - Простите меня, товарищ Амбрасян, что я всё ещё не готов похоронить свои сомнения.
В его настойчивости было что-то трогательное и опасно заразительное; даже Бертель не был от неё застрахован. В глубине души он с ним согласился. Он подождал, пока в комнате снова станет тихо, затем открыл портфель. - Мне нелегко, дорогие коллеги... Я принёс кое-что с собой, но, пожалуйста, я совершенно не уверен, что это действительно то „осязаемое“, о чём мы говорили