Водитель голема

– Поверь, я очень это ценю! – сказал я и обнял её.
Валентина Александровна была на месте.
– Валь, ты вообще спишь когда-нибудь? Ну и вообще… нельзя же всё время на работе находиться! – преувеличенно возмутился я.
– Так я же не по принуждению, а по зову души! – расплылась в улыбке Валентина Александровна, – для меня это не работа. Это моя жизнь и есть. Я себя не заставляю это делать. Людей надо кормить, и я кормлю. Такой у меня образ жизни. Другого и не желаю!
  
– Ты нашла себя и обрела гармонию среди кастрюлек и сковородок! – сказал я.
– Нет! – покачала головой Валентина Александровна, – это инструменты. Не они дают мне чувство гармонии. Сюда приходят голодные люди, а уходят сытые. И это благодаря мне! Вот в чём моя гармония, а не в кухонной утвари!
– А мы как раз можем посодействовать твоей гармонии, – улыбнулся я, – очень хочется чаю, и ты прямо сейчас можешь осчастливить двоих человек.
– С превеликим удовольствием! – искренне сказала Валентина Александровна и повернулась в сторону кухни, но вдруг оглянулась, – а к чаю чего-нибудь желаете?
– Да нет, – пожал я плечами и посмотрел на Риту, – ну, или на твой выбор, если есть что интересное.
– Придумаем что-нибудь, – подмигнула нам повариха и ушла.
– Какие здесь все хорошие! – вздохнула Рита.
– Хороших людей в мире вообще большинство, – сказал я, – просто плохие обычно более заметны, потому что доставляют проблемы. Вот и кажется, что кругом одни говнюки.
– Как же всё-таки удачно тебя тогда взрывом забросило в реку… – мечтательно сказала Рита.
– Да уж, куда удачнее! – улыбнулся я, – но, кроме шуток, если бы я не полез тогда в логово врага делать диверсию, то мы могли бы никогда не познакомиться. Сложная цепочка событий, а также траектория моего полёта верхом на взрывной волне привели к нашей встрече… а, может быть, она была неминуема? Может быть, судьба именно так и работает, что избежать её невозможно? Нам кажется, что всё было на тоненького, а на деле это сложный план, не допускающий осечек.
– Философ! – сказала Рита.
– Вот ваш чай! – добродушно сказала Валентина Александровна, – и кексики. Сама пекла, даю только по очень большому блату.
– Хорошо, что я попала сюда именно с тобой, – радостно сказала мне Рита, – а то была бы с кем другим, осталась бы без кексиков! Чувствую, что блат здесь у тебя самый большой!
– У него-то? У него да! Максимальный уровень блата! – улыбнулась Валентина Александровна, – ладно, не буду мешать! Чашки потом в мойку поставьте, мыть не вздумайте, у вас нет к этому допуска! – с напускной строгостью сказала она.
– Тогда не будем! – вскинул я руки, – не хочется нарушать закон!
– Вот так-то! – кивнула повариха и гордо удалилась.
Мы с Ритой остались вдвоём.
– Надо же, – вздохнула Рита, – я не перестаю удивляться, что где-то ещё существует нормальная жизнь. Мне из воды казалось, что мир окончательно рухнул. А оказывается, что пока есть надежда! Может быть, ещё всё наладится… не сразу, но когда-нибудь?
– Мы все на это надеемся. Но для этого нужно многое сделать. Последние две недели сильно изменили мою жизнь. Я многое узнал из того, что раньше ускользало от моего внимания. Оказывается, что все копят силы. Как… назовём их обобщённо: не очень хорошие люди, так и нормальные. Теперь я знаю, что есть кураторы убежищ и некие объединения, желающие возродить порядок в обществе. Но есть и другие, кто хочет установить свои порядки ради достижения своих собственных целей. Идёт игра, соревнование, большая конкуренция и кто в ней победит, пока что совершенно неочевидно, – сказал я, – всем рано или поздно нужно будет выбрать сторону. Если этого не сделать, то всё равно окажешься на чьей-то стороне, только принудительно. И скорее всего, эта сторона тебе не понравится.
– А ты выбрал сторону? – с наслаждением откусывая кексик, спросила Рита.
– Да, давно уже. Но не буквально, а по ценностям. Я буду на стороне людей, чьи ценности разделяю. И буду бороться с теми, чьи ценности считаю порочными, – сказал я.
– А может быть, не стоит во всё это лезть? Может, стоит отсидеться в стороне, пока сильные не поделят всё между собой, – сказала Рита.
– А кто сильные? – улыбнулся я, – за последние две недели мы уничтожили три сильных группировки… ну, точнее, первую не уничтожили, там только главаря обезвредили. Но вот банду Водяного истребили, можно сказать, под корень. Да и у Воланда там мало что осталось. Того, что было, уже не будет. И кто получается здесь сильный? Судить нужно по результату, а не по понтам. Хотя… хорошие понты иногда тоже очень даже выручают!
– Всё равно, страшновато лезть во всё это, – вздохнула Рита.
– С одной стороны, да, – сказал я, – с другой стороны, если бы я не лез, то не встретил бы тебя… да и множество других прекрасных людей. Многие бы погибли, кто этого совершенно не заслуживает. Я не заработал бы себе блат в этом убежище, и ты не ела бы сейчас этот божественный кексик! Вот к чему ведёт пассивность!
– Да! Кексик того стоил! Будем продолжать в том же духе, и, как знать, вдруг нас угостят чем-нибудь подобным ещё раз! – блаженно улыбаясь, сказала Рита.
Я пододвинул к ней свой кексик, который так и не начал есть, увлёкшись рассуждениями.
– Не искушай меня так! – возмутилась Рита, – я слабая девушка, я не могу сопротивляться этой силе!
– Не сопротивляйся, – кивнул я ей, – отпусти себя!
Рита схватила кексик и со стоном впилась в него зубами.
В этот момент в столовую решительной походкой вошёл купец, услышав стон, тут же вышел обратно, но поняв, что здесь не происходит ничего особенного, снова вернулся.
– Тьфу ты, подумал, что не вовремя! – слегка смущённо хохотнул он.
– Присаживайся, – сказал я, кивнув ему на стул, – чай будешь? Только вот Валя ушла, придётся самому наливать.
– Да нет, я не хочу, – махнул рукой Афанасий, садясь рядом с нами, – я поговорить зашёл. Искал тебя, встретил Валентину, она сказала, что вы здесь. Вхожу, а тут стоны… в общем, растерялся немного.
– Очень извиняюсь, – облепленными крошками губами сказала Рита, – так вкусно, что не могу себя контролировать!
– Зачем ты меня искал? – спросил я у купца.
– Хотел оставить… как бы это сказать… контакты! Ну, варианты для связи. Вдруг нужно что-то будет? – сказал купец.
Так и подмывало сказать, что связь у нас теперь будет прямая и бесперебойная, но я удержался. Нельзя было выдавать секрет.
– Да, бывает, встречаются хорошие и одарённые люди, – вместо этого сказал я, – и у меня есть мысль направлять их к вам. Вы же можете их трудоустроить? А то потерянных людей без определённых занятий много, и некоторые вполне могут послужить общему делу.
– Да, я сам хотел тебя об этом попросить. Мы, правда, не всех принимаем, отбор у нас жёсткий. Нет задачи собирать балласт вокруг себя. Организация у нас занимается активной деятельностью… и чего уж там, опасной. Это не приют для сирых и обездоленных. Люди должны работать и зачастую рисковать жизнью. Но взамен мы даём им дело, ради которого стоит жить, и хорошие бытовые условия. В общем, им не приходится больше думать о пропитании и крыше над головой. Но нам в наших рядах нужны именно энтузиасты, желающие построить новый справедливый мир, – сказал купец, – мы, естественно, с порога таких требований не выдвигаем, сначала смотрим, что за человек, на что способен, чего хочет от жизни… и только потом, постепенно, начинаем вводить его в курс дела.
– Логично, – сказал я.
– Но если к нам придут люди от тебя, у них сразу будет определённый кредит доверия, – сказал купец.
  
– А вот этого не надо! – тут же возразил я, – кого и когда я к вам пошлю, я даже сам пока не знаю. А вдруг ошибусь? И будете мне потом претензии предъявлять, что порекомендовал вам кого-то не того. Нет уж! При случае наводку на вас давать, естественно, буду, но и вы свои процедуры проводите как положено, без всяких скидок.
– Ладно, разберёмся! – усмехнулся купец, – ты главное присылай.